Мертвый разлив
Шрифт:
– Магия – как высшая ступень творчества, – задумчиво молвил председатель. – А есть кто-нибудь повыше мага?
– Может, богочеловек, – предположил Игорек, – в котором обе стихии присутствуют постоянно? Но чтобы остаться в нашем мире, равновесие в нем должно быть идеальным, – ведь каждая тянет к себе с чудовищной силой. Либо нужны прочные корни, запущенные в сознания других.
– Стало быть, душа характеризуется не только глубиной, но и широтой, верно? – спросил председатель. – А еще, наверное, прочностью сцепления с телом.
– Назовем
– Назовем это совестью, – усмехнулся председатель. – И чем шире душа, тем совестливей. Кстати, вовсе не обязательно это напрямую связано с глубиной – помните юродивых, блаженных, убогих? Много ли среди них было мудрецов, зато как почитались народом!..
– Между прочим, большинство из них выделялись повышенной жизнестойкостью, – не утерпел Вадим. – Выходит, для телепатостанций тоже требуется жизне-сила ?
– Если она расходуется на телепатию, на остальное вряд ли останется, – сейчас же возразил Игорек.
– Совесть – штука инерционная, – ответил Вадим. – Иначе не было б угрызений. Сначала включаются рефлексы, вплоть до животных, затем начинаешь оценивать ситуацию. Видимо, из соображений экономии связь работает в импульсном режиме и только при крайней надобности переключается на постоянный. Но для дальнего приема резервы мощности должны быть немалыми.
– Сразу видно технаря, – проворчал бородач. – Сейчас разложит душу на составляющие, начертает блок-схемку…
– А почему нет? – пожал плечами Вадим. – Очень способствует пониманию. Здесь уже поминались модели – так почему не смоделировать сознание?
– А как в него войдет, скажем, волевое начало? – поинтересовался бородач. – Чего мне всегда не хватало!.. Отдельным блоком?
– Не обязательно. Проще представить его в виде энергетической перегородки между рассудком и остальными частями, продуцирующими желания, эмоции, страсти, – сродни внешней оболочке, образованной жизне-силой . Если перегородка прочна, эмоции не замутняют рассудок, а при дальнейшем повышении порога вообще перестают влиять на него впрямую. Тогда поведение субъекта, все его поступки и реакции, определяются здравым смыслом – разве вот это и не зовется силой воли?
– И человек превращается в робота…
– Нет, если у него нормально функционирует совесть.
– Тоже представленная в виде блока? – брезгливо спросил субъект.
– Да, – подтвердил Вадим. – В виде телепатостанции – достаточно мощной, чтобы принимать без искажений самые дальние сигналы. К слову сказать, сейчас этот блок неисправен у многих, а у большинства других для него недостает жизне-силы .
– Например, у нас? – уточнил Игорь. – Ну да, мы же сплошь бесхребетные да слабохарактерные, и мало кто здесь уберегся от соблазнов!.. Куда нам до праведников или героев, верно?
– Верно, – спокойно кивнул Вадим. – Жизне-силы у вас недобор. Даже у спецов ее больше.
– Так
– Игорек, Игорек! – укоризненно призвал председатель.
– Опять эмоции, да? – огрызнулся тот. – Что ж делать, мы им подвержены! Может, потому еще и годны на что-то.
– Да кто же на них покушается?
– Вот он, – Игорек ткнул пальцем в Вадима. – Совесть, говорит, это блок, а “эмоции замутняют рассудок”.
– У тебя – так точно. И ведь жаль: соображаешь ты отменно – когда ни на кого не обижен. А часто ты не обижен?
Против воли субъект хихикнул.
– Нет, – признал он. – Но ведь – эмоции!..
– Эмоции необходимы, – сухо признал Вадим, – как объект для рассудочного анализа, как материал для творчества.
– “Объект, анализ, материал” – я с ума сойду! – взвился Игорек, даже руками всплеснул. – И это – о моей бессмертной душе!
– Кто-то недавно призывал к терпимости, – заметил бородач, умильно улыбаясь. – Что, Игорек, на святое покусились?
– Кстати, о бессмертии, – сказал Вадим. – Интересно, как вы его представляете? Что происходит с душой после гибели тела? И почему, собственно, оно стареет?
– У вас надо спросить, – откликнулся Игорь. – У вас-то его куда больше. И про силу вы все так здорово понимаете!..
– Хорошо, вернемся к жизне-силе , – согласился Вадим. – Что это, как ни энергия? А где есть энергия, там уместны понятия: “заряд”, “напряжение”, “ток”, “проводник”, “конденсатор”, “батарея”, – короче все то, с чем вы знакомы не близко. Так почему не обратиться к тем, у кого эта методика отработана досконально? Зачем изобретать велосипед?
– То есть к спецам? – уточнил “басмач”, улыбаясь уже язвительно.
– Именно. Кстати, в информатике они тоже ориентируются неплохо и с охотой представят вам человека в виде прямоходящего робота – с рассудком-компом, характеризующимся оперативной памятью и быстродействием; с блоком памяти, заодно включающим в себя программные файлы, то есть инстинкты и рефлексы; с портами для ввода данных и телепатостанциями; наконец со всей скелетно-мускульной машинерией, управляемой рассудком и программами через промежуточный блок. А вам останется только вдохнуть в это безобразие жизнь – то есть элемент непредсказуемости и хаоса, а также ваши ненаглядные эмоции.
– То бишь “бессмертную душу”, – с той же ухмылкой ввернул толстяк. – Ну, кто возьмется?
– “А теперь попробуем со всей этой фигнею взлететь”, – тихонько пробормотал кто-то. – Щас!
– И есть еще одна занятная человечья порода, – сказал Вадим, – до сих пор вами старательно игнорируемая. Имею в виду крутарей.
– Крутари? – со смешком переспросил Игорь. – Это у которых бицепсы тяжелее мозга?
Как будто это характеризует что-нибудь, кроме самих бицепсов.
– Про вес не скажу, – вмешался бородач, сам весивший вдвое против Игорька, – а вот свою мужскую силу они растрачивают на тренажерах. К тому же их мускулы только с виду мощные, а на деле…