Месть гор
Шрифт:
Тот положил гитару на одно колено и плавным движением взял несколько аккордов.
Потом его пальцы заиграли вступление самого любимого романса Анари.
Взгляд Тенекина в который раз за этот день затуманила ностальгическая пелена. Он
вскинул голову, и запел:
В лунном сиянии снег серебрится,
Вдоль по дороге троечка мчится.
Динь-динь-динь, динь-динь-динь -
Колокольчик звенит.
Этот звон, этот звук
Много мне говорит.
В лунном
Помнишь ли встречи, друг мой, с тобою?
Колокольчиком твой голос юный звенел:
Динь-динь-динь, динь-динь-динь -
О любви сладко пел.
Вспомнился зал мне с шумной толпою,
Личико милой с белой фатою.
Динь-динь-динь, динь-динь-динь -
Звон бокалов гремит.
С молодою женой
Мой соперник стоит.
В лунном сиянии снег серебрится,
Вдоль по дороге, вдоль по дороге,
Вдоль по дороге троечка мчится.
Динь-динь-динь, динь-динь-динь -
Колокольчик звенит.
Этот звон, этот звук
Много мне говорит.
Снова проигрыш - и прекрасный финальный аккорд. Тенекин обвел присутствующих
насмешливым взглядом. Оные же присутствующие не в силах были захлопнуть варежку
от удивления. Раздались неуверенные аплодисменты, кто-то выдал: "Бис!", и был
прав, ибо Теня не пел уже месяца три. Сначала случайно сорвал голос, потом
настроения не было - так немного погодя объяснил Тайнар.
А голос у блондинистого нарцианца был необычайный, хоть и не такой подвижный,
как у Тайки - тенор с бархатистыми нижними нотами и сильными верхними.
– А чего это у нас рыженькая молчит?
– вдруг прищурился Нэффел.
– Правда, Ани, спой!
– подхватил Миид.
Анари вздохнула и приняла у Тенекина гитару. Но почувствовала, что пальцы ее не
слушаются.
– Ой, пацаны, не могу, - призналась она.
– Не в голосе нынче.
– Какого хрена?
– возмутился Нэффел.
– Обещала же!..
– Завтра я вам столько напою, что надоест, - вскинула голову Анари.
– А теперя
расходим-м-мси, расходим-м-мси, уважаемые! А ты, именинничек, обещался со мной
новоселье справить! И не ты один! Теня, Миид! Пойдемте гулять на полную катушку!..
Глава 6.
– Змей бы вас побрал всех! Я же велела: убери Меркола с нашего пути! А теперь
марш все отсюда! Это тебя не касается, Рнес! Рнес, мать твою, куда пошел!?
Балахонистая фигура остановилась как вкопанная прямо перед дверью, в которую как
раз хотела выскользнуть.
– Это не я.
– ?
– Меня подставили!
– Опять эти твои шутки-нанайки, спасу от них нет... Так
велела замочить этого контрабандиста с самого начала...
– А то я не в курсах прям. Не получалось ничего. Вот.
– Это с какого перепоя не получалось?
– С большого и толстого! Эх, дура ты, Риллис. Неужели не чуяла, что рядом с ним
тэнр?
– То есть сан-тэнр?
– Говорю же - дура. Не сан-тэнр, а именно тэнр, настоящий, выученный как
подобает и в нагрузку очень даже сильный! Правда, целительство у него барахлит...
– Что ж ты мне раньше не сказал, ...?!
– Цыц! Самой думать надо было.
– Ладно, ладно. Проехали. Значицца, будем искать другие пути...
Приграничные районы Иртании.
– А говорил - не могу, не могу!
– недовольно пробурчал Меркол.
– Случайность, - в который раз ответил Асинай.
– Случайность, мать твою... У всех случайности, а выходит, что порталы и в горах
вешать можно!
– Баран ты тупорылый, господи прости! Говорю же - случайность!
– Случайность, тьфу!..
В кои-то веки у Асиная получилось повесить портал в гористой местности. До
Колинеи не дотянул - сложно, а вот в горных районах Иртании, ближе к границе с
Колинеей, высадка прошла вполне благополучно. Неделя пути - и они будут в
Арнаринне.
Рядом по камням звонко переливался маленький кристальный ручеек. Меркол
облегченно вздохнул и поспешил к нему.
– Пей до дна, пей до дна!
– подковырнул Асинай, наблюдая, как Меркол жадно пьет
ледяную воду из сложенных лодочкой ладоней.
– Я те ща выпью!
– Ой, как страшно!
Мерин щедро полил воды себе на башку. Черные обрезанные волосы нагло топорщились
в разные стороны, создавая ощущение ощетинившегося ежа. Это обстоятельство
изрядно выводило Меркола из себя, поэтому он решился на сей ход.
– Лучше б ты этого не делал, - хмыкнул Асинай.
– А чего?
– поинтересовался Меркол, освобождая из тугого узла необъятные рукава,
коим те были практично завязаны.
– На лоха смахиваешь.
– На себя посмотри!
Студеная вода потоком бежала по скуластым загорелым щекам и черной рубахе,
заставляя бежать сотни тысяч бешеных мурашек по озябшей спине. Волосам она
помогла мало - теперь непокорная челка вся легла на глаза.
– Кстати, у рыжей хели через неделю день рождения, - медленно проговорил Асинай,
глядя, как Мерин остервенело зачесывает мокрые патлы назад.
– Че, серьезно?
– Меркол поперхнулся и начал шарить по бесчисленным карманам.
–