Месть
Шрифт:
Ажарату была стройной женщиной с очень темной кожей, высокими скулами, узким носом и изящными губами, которые говорили о том, что в числе ее предков были арабские или португальские работорговцы. На шее у нее висел простой золотой крестик на тонкой цепочке.
Она нашла баклана, застрявшего между двумя камнями, куда его принес прилив. Глаза птицы тускло мерцали сквозь толстый слой нефти, обволакивающий ее голову и тело. Пытаться спасти баклана было бессмысленно, и Ажарату своими длинными, тонкими
Положив мертвую птицу в пластиковый пакет, чтобы какой-нибудь стервятник, позарившись на труп, не отравился нефтью, она снова принялась за поиски. Удалившись на милю от основного отряда спасателей, она обогнула круглый камень, залитый нефтью, и застыла на месте. На галечном пляже лежал полураздетый мужчина в желтом спасательном жилете. Его голые ноги были бледными до синевы, кожа от длительного нахождения в воде покрылась морщинами. «Он мертв», — подумала Ажарату, опускаясь рядом с ним на колени.
Харден проснулся с ясной головой. Он знал, что остался в живых и находится в госпитале. Чернокожая женщина, стоявшая у его. кровати, судя по всему, была врачом.
Взяв Хардена за левое запястье, она считала пульс. Увидев, что пациент проснулся, она сказала:
— Добрый вечер.
— У нее было хорошее английское произношение.
— Где моя жена?
— Мне очень жаль... Мы нашли вас одного.
Хардена пронзило острое чувство потери.
— Какой сегодня день?
— Четверг.
Тогда было воскресенье.
— Ее тело найдено?
— Нет.
— Возможно, что... А где мы? В Англии? — спросил Харден.
Он лежал в светлой, просторной палате. Кроме него, здесь не было других больных. Белые занавески колыхались на окнах под дуновениями теплого бриза.
— Фоуэй, Корнуолл, — ответила чернокожая женщина. — Это городок на побережье Ла-Манша. Я нашла вас на пляже.
Харден сел в постели и попробовал спустить ноги на пол. Правое колено не гнулось.
— Может быть, ее выбросило дальше по побережью. Вы не нашли еще каких-нибудь предметов?
— К сожалению, нет.
— Может быть, шлюпку?.. — произнес он, пытаясь вдохнуть в себя надежду. — Может, что-нибудь найдено на французском берегу?..
Женщина положила ему на плечи свои руки кофейного цвета, заставив его опуститься на подушку, и сказала:
— Представители властей знают, что на берегу моря найден человек. Никто не знает, кто вы и откуда, но сбор информации продолжается. Если бы где-нибудь была найдена женщина — живой или мертвой, — об этом стало бы известно.
Харден попробовал сопротивляться, но понял, что слишком ослабел. Его тело задрожало от усилий. Он откинулся на кровать с полузакрытыми глазами и черной пустотой в сердце. Отсутствие известий о Кэролайн
— Я врач, — заявил он. — У меня было небольшое сотрясение мозга.
Чернокожая женщина недоверчиво смотрела на него.
— Вы весь день оставались без сознания. Сколько времени вы пробыли в воде? Что случилось?
— В таком случае, — поправил себя Харден, подавляя приступ страха, — у меня было сильное сотрясение. Я потерял сознание в ночь на понедельник... Трещины в черепе есть?
— Нет.
— Неудержимая рвота?
— Пока не было.
— Дыхание?
— Нормальное.
— Поэтому вы не стали вставлять мне канюли?
Он имел в виду трубки, которые вставляют в нос бессознательным пациентам, чтобы предотвратить остановку дыхания.
— С вами все время кто-нибудь находился — либо я, либо сестра. Я собиралась вставить канюли, если бы вы и дальше оставались без сознания.
Вытерев его лоб сухим полотенцем, она спросила:
— Как вас зовут?
— Питер Харден.
— Доктор Харден, я — доктор Аканке. Мне бы хотелось, чтобы вы заснули.
— Прошу вас...
— Я слушаю.
— Мои последние координаты — пять градусов шестьдесят минут западной долготы, сорок семь градусов восемьдесят минут северной широты. Пожалуйста, скажите, чтобы ее поискали где-нибудь в том районе.
Ажарату попросила его повторить цифры. Харден поблагодарил ее. Он смотрел ей вслед, пока она бесшумно выходила из палаты, затем бросил взгляд в окно. Бриз откинул занавеску в сторону, и далеко внизу он увидел зеленое, искрящееся море.
Он проснулся в темноте с колющей болью в черепе и напрягся, ожидая, когда повторится разбудившее его движение. И оно пришло. Он ничего не видел, но знал, что оно было черным и шло прямо на него. Он соскочил с кровати. Одно из окон было широко распахнуто. Черный предмет спустился на пол, и Харден пробежал сквозь него. Черное следовало за ним, обволакивало. Внезапно он оказался в воде, замедлившей его движения. Черное надвигалось, гоня перед собой белую волну.
Тогда Харден закричал.
Услышав тихий звук голоса, он почувствовал себя в безопасности. Рядом с ним оказалось лицо доктора Аканке.
— Вам приснился кошмар, доктор Харден. Успокойтесь, теперь все будет в порядке.
Комендант порта упорно называл его лейтенантом, поскольку во время длительного разговора Харден упомянул, что служил лейтенантом на госпитальном корабле флота Соединенных Штатов. Комендант был недоверчивым пожилым человеком, несмотря на свою общительность.
Когда Харден понял, что ему в третий раз придется отвечать на все вопросы, он сказал: