Месть

Скэрроу Саймон

– Неплохо сказано. Но я предпочитаю смотреть на себя как на непредусмотренного законом дельца.

Фест коротко хохотнул:

– А ты умеешь пошутить. Это хорошо. Но умеешь ли ты также и драться, господин? Поскольку я не готов отдать свое имущество, позволь сделать тебе встречное предложение. Ты и трое твоих парней сразитесь со мной и моим мальчиком, Марком, вот он стоит. Если вы победите, выигрыш ваш: десять или даже двадцать денариев. А если победим мы, вы заплатите нам столько же.

Прокруст ткнул Феста в грудь своей мощной рукой:

– Для меня оскорбителен такой легкий вызов. Я

и в одиночку с вами справлюсь. А чтобы было смешнее, я принимаю твое пари. Только давай сражаться на серьезную ставку. Если ты проиграешь, то потеряешь все, что у тебя есть, включая и этих двоих. – Он кивнул в сторону Лупа и Марка. – За них дадут неплохую цену на рынке рабов в Афинах. А уж если ты меня поколотишь и победишь… ну, тогда заплачу я тебе сто денариев. А это вдвое больше, чем стоит все твое барахло, не считая мальчишек. Ну, что скажешь?

– А если я откажусь?

– А ты не отказывайся, – произнес Прокруст с угрозой в голосе. – Если хочешь дожить до завтрашнего дня.

– Но тогда какой у меня выбор?

– Никакого. И вот еще что. Деремся только мы. Мальчишки пусть держатся в стороне. Мне они нужны в хорошем состоянии, когда я тебя прикончу.

Фест немного подумал, потом кивнул. И протянул греку деревянный меч:

– Только и ты вели своим приятелям очистить побольше места.

Пока Прокруст рычал на свою банду, отдавая приказы, Фест подошел к Марку и Лупу и заговорил тихо и настойчиво, передавая Марку свой кошель:

– Если я проиграю, бегите отсюда со всех ног. Бегите, не останавливаясь ни по какой причине. Доберитесь до Афин. Тамошний наместник должен вам помочь.

Марк покачал головой:

– Мы уйдем только с тобой. Давай прямо сейчас удерем из города. Все вместе.

– Я не могу, Марк. Мы уже сделали выбор, и в толпе нам далеко не уйти. Придется испытать судьбу.

Марк посмотрел на Прокруста – тот взмахнул мечом, испытывая его вес и балансировку.

– Он знает, что делает. Это не будет так легко, как обычно.

Фест выбрал для себя деревянный меч и проследил за взглядом Марка. По тому, как главарь бандитов стоял и двигался и как держал оружие, было ясно, что он опытный боец.

– Он точно выступал на арене, – решил Марк. – Или же был какое-то время солдатом.

– Ну, значит, толпа увидит отличное зрелище, а у меня будет возможность по-настоящему испытать мое искусство, – спокойно ответил Фест. – А мне как раз этого и не хватало во всех тех городах, где мы устраивали свои спектакли.

Он снова повернулся к Марку и Лупу:

– Помните, что я сказал, мальчики. Если я проиграю, бегите со всех ног. Сразу же! Поняли?

Луп кивнул, но Марк промолчал. Фест крепко сжал его руку:

– Думай о своей матери! Если не сделаешь, как я сказал, то никогда больше ее не увидишь!

Эта мысль наполнила Марка болью, но выбирать между другом и матерью не приходилось. Он кивнул.

– Отлично. А теперь пожелайте мне удачи и молитесь богине судьбы!

Фест повернулся и вышел на открытое пространство, освобожденное от толпы людьми Прокруста. Повернувшись лицом к противнику, он встал в боевую стойку. Прокруст сделал то же самое и покрутил головой, разминая шею. Грек зловеще ухмыльнулся, обнажив зубы, многих из которых недоставало, –

наверное, он потерял их в схватках. Шея у Прокруста была короткой и толстой, и голова словно сливалась с плечами, а грудь была похожа на бочонок. Здоровенные ноги, видневшиеся из-под края туники, стояли на земле так же прочно, как ножки какого-нибудь огромного стола. Руки бойца напоминали окорока; легко описывая перед собой круги мечом, он кричал, обращаясь к толпе:

– Эй, народ Левктр, я вас сегодня здорово повеселю! И заодно преподам урок. Вот что случается с теми, кто осмеливается противоречить Прокрусту. Левктры – мой город. Мой! И я раздавлю любого, кто об этом забудет. Ну а теперь начнем урок, да?

Он шагнул к Фесту, но приостановился на расстоянии длины двух мечей. Марк наблюдал за тем, как противники присматривались друг к другу, а потом Фест сделал шаг и вытянул руку, коснувшись оружия противника концом деревянного меча. Прокруст крепко держал свой меч и легким движением руки оттолкнул оружие Феста. Телохранитель Цезаря решительно бросился вперед, делая выпады и нанося удары греку, но тот легко блокировал каждый удар с большой скоростью и ловкостью, хотя и не слишком изящно, и демонстрировал блестящую технику. Марк понимал, что его другу понадобится все его умение и весь опыт.

– Твой друг просто дурак, – прошипел рядом чей-то голос.

Марк оглянулся и увидел женщину средних лет, закутанную в черный плащ. В ее темных волосах пробивалась седина, а глаза как будто провалились.

– Прокруст раздробит все косточки в его теле задолго до того, как кончится схватка.

– Откуда тебе знать?

Женщина повернулась к нему; ее взгляд словно пронизывал Марка насквозь, а губы дрожали.

– Оттуда, что это чудовище именно так поступило с моим сыном, когда тот отказался платить за свой прилавок на рынке. Через несколько дней после этого сын умер.

Марк некоторое время молчал, потом тихо произнес:

– Мне очень жаль.

– Прибереги сожаления для своего друга.

Марк снова повернулся в сторону бойцов.

– Фест прекрасно может постоять за себя.

– Тогда, если справедливость существует, он унизит Прокруста.

Фест немного отступил, чтобы между ним и греком образовалось пространство, и греческий бандит ухмыльнулся:

– Что, уже достаточно? Наелся? Тогда моя очередь…

Он шагнул вперед, пружиня на слегка согнутых ногах, отлично держа равновесие, и сделал несколько стремительных выпадов. Громкий стук дерева о дерево раздавался над площадью и толпой, и люди, до этого момента молчавшие, начали негромко бормотать что-то и испускать продолжительные вздохи, видя, с какой легкостью защищается Фест.

– Давай, Прокруст! – проревел один из бандитов. – Вышиби ему мозги!

Грек на мгновение приостановился и крикнул в ответ:

– Когда буду готов! Мне хочется сначала поиграть с этим отбросом!

Луп сложил ладони рупором и крикнул:

– Сделай его, Фест! Ты можешь, я знаю!

Люди в толпе посмотрели на него с удивлением, а женщина в плаще подтолкнула Марка в бок:

– Я бы на твоем месте заставила этого молодого человека замолчать. Если, конечно, ты хочешь, чтобы он остался в живых после того, как Прокруст победит вашего друга.