Место Снов
Шрифт:
Зимин работал с гирей. Несмотря на отсутствие высококалорийного питания, он окреп еще больше, и ему уже не приходилось впрягаться в веревку всем телом. Иногда он подтягивал гирю даже просто руками. Зимин даже подумывал, не заняться ли ему гиревым спортом, хотя раньше никакой страсти к тяжелому железу не испытывал. Но заняться гиревым спортом ему не удалось.
Сидящий на камне охранник встрепенулся и выпустил в небо красную молнию.
– Зашевелились, гады! – радостно крикнул Перец. – Эй, пердолетчики, я знаю, отчего вы зашевелились! В
– Заткнись! – ответил охранник.
Охранники забрались на самый высокий камень и стали совещаться, размахивая руками и указывая в сторону горизонта.
Зимин бросил гирю, влез на булыжник.
С востока приближалось что-то красное и расплывчатое. Ляжка на камни забираться не стал, продолжал бежать в своем колесе, делал вид, что не обращает внимания.
– Что это? – спросил Зимин.
– Не знаю, – улыбнулся Перец. – Я такого никогда еще не видел. Но красиво. Мне кажется, что в нашей жизни наступают большие перемены. Ты любишь перемены?
– Я люблю помидоры.
Это было неправдой, помидоры Зимин не очень любил.
– Воин не может любить помидоры, – сказал Перец. – От помидоров желудочная сырость развивается, особенно если на ночь есть. А с такой сыростью далеко не уедешь… Красное что-то…
Зимин вспомнил. Тогда, когда Перец и Магистр играли в карты, Магистр что-то говорил о красной пыли… Красная пыль… Там, где пропали эти всадники, там все было засыпано красной пылью…
– Эй, пердолетчики! – весело крикнул Перец. – Сдается мне, ваши дружки вас тут подзабыли! А Воин Зла между тем приближается! Вон он! Я вижу на горизонте его передовые отряды!
– Быстро приближается, – сказал Зимин. – Надо бы что-нибудь сделать…
– А что тут сделаешь, бежать отсюда все равно некуда… Посмотрим лучше. Эй, Ляжка, вылезай из колеса, не время норму выполнять, солнечное затмение сейчас будет.
– Какое? – спросил Ляжка.
– Полное. Прохождение Венеры через солнечный диск.
– Это что, действительно Воин Зла? – спросил Зимин.
– Не знаю, – Перец взвалил кувалду на плечо. – Все может быть в нашем мире. Эй, Ляжка, ты вроде бы хотел с Воином Зла познакомиться? Наверное, это он.
Ляжка вылез из колеса и тоже вскарабкался на камень.
– А почему оно не черное? – разочарованно поморщился Ляжка.
– У тебя заурядное мышление, – заметил Зимин. – У многих народов зло красного цвета…
– Так это зло? – Ляжка сощурился, даже больше – для сведения лучшего фокуса растянул пальцами глаза.
Охранники засуетились. Один из них достал подзорную трубу и стал пристально смотреть в сторону надвигавшейся красноты. Смотрел долго. Потом опустил трубу, ничего не сказал, только поглядел на своих товарищей. Тогда трубу взял второй.
– Эй, колдоперы, дайте поглядеть. – Перец перепрыгнул на соседний камень.
Охранники насторожились.
– Давайте, давайте, не упирайтесь рогом,
И Перец нагло отобрал у охранника трубу, прямо от глаза отобрал.
Перец долго не пялился, взглянул в трубу и сразу же крикнул:
– Все на скалу! Быстро!
Крикнул он это громко и уверенно, по-командирски, так что не только Зимин и Ляжка, но даже охранники быстро полезли на скалу. Перец забрался последним – закинул на скалу свою кувалду, затем подтянулся сам.
– Сдается мне, – Перец вытер со лба пот, – сдается мне, что для нас это добром не кончится.
Со стороны наступающей красной пыли подул ветер, ветер пах горелым. Перец сунул Зимину трубу. Зимин прижал трубу к глазу.
Это была не пыль, это были звери. Похожие на ящеров, только в шерсти. В красной.
– Кто это? – спросил Зимин.
– Не знаю, я таких раньше не видел. Какие-то твари. Мало ли кто чего напридумывал на нашу голову… Красные волки. Будем называть их красными волками. Жаль, записать некому, но, может, кто запомнит…
– Что делать? – спросил один из охранников и посмотрел на Перца.
– Ждать. – Перец сел на камень. – Тут только ждать и думать. Вообще, в таких ситуациях жизнь должна проноситься перед вашими глазами…
Трое охранников разом поглядели на Перца.
– Судя по всему, перед вашими глазами ничего не проносится. Жить надо было лучше! Подумайте о маме, это всегда помогает.
– Что происходит? – глупо спросил Ляжка. – Зачем о маме думать?
– Ты что, не понял? – голос у Зимина пропал до половины. – Мы тут умрем.
– Чего?
– Умрем.
– Как? – проскрипел Ляжка.
Зимин поглядел на кувалду возле ног Перца и сказал:
– Видимо, смертью храбрых.
– Как, мастер? Мы умрем?
Зимин скосился на Перца. В такой ситуации Перец должен был ответить стандартно: «А что, насекомое, ты собрался жить вечно?» – это было героически, это было мощно, это было железобетонно.
Но Перец так не ответил. Перец сказал:
– Угу.
Тогда Зимин понял, что дело действительно плохо. Зимин попробовал понять, что он чувствует, но не понял. Ему было страшно. Но не только. Внутри все просто подпрыгивало. Будто в кишки поместили маленькую стиральную машинку. Хотелось самому подпрыгнуть и заорать. Но Зимин не подпрыгнул. Он сел рядом с Перцем и стал ждать.
Красное стало ближе. Появился звук. Будто на копи несся табун мустангов. И еще тряслась земля. Мелкие камешки откалывались от скалы и падали вниз, мир наполнился грохотом, мир дребезжал и готов был взорваться. И вдруг, когда от грохота у Зимина стало закладывать уши, Зимин вдруг почувствовал, что сейчас, через несколько минут произойдет самое важное и самое прекрасное событие в его жизни.
Тогда Зимин вскочил на ноги и все-таки заорал.
– Почувствовал! – засмеялся Перец. – Ты почувствовал! Это великое чувство! Оно бывает перед атакой! А потом, даже когда в тебя попадает стрела – тебе не больно!