Мета III
Шрифт:
Утром шестого числа мы с Анной собрались на встречу с моим поставщиком ядер. Двуликая в столь ранний час уже бодрствовала. Кажется, на этот раз она вязала носки. Надеюсь, что не мне.
— Сегодня благоприятный день, — подала голос девочка в повязке.
— Благоприятный для чего? — уточнил я.
— Для охоты на Некроморфа.
— Ты так уверена, что мы будем вам помогать?
— Вероятность высока, — пожала она плечами.
— А наши шансы на победу?
— М-м, слишком много факторов, — ушла она от ответа. — Если вы
— Надеррем ему зад! — заявила Ищейка решительно.
— Хорошо, — скривился я. — Поищем Некроморфа.
— Ты действительно слепая или что-то видишь? — поинтересовалась Анна, наблюдая, как девочка быстро сплетает нити из клубков.
— Грубые очертания. Все вокруг заслоняют шевелящиеся нити, поэтому порой мне сложно ориентироваться в пространстве. Раньше… я видела лучше. До того, как меня забрал Институт.
— Тобой занимался Институт Метафизики?
Девочка вздохнула и отложила вязальные спицы. Некоторое время Двуликая молчала с хмурым лицом, словно не желая вспоминать прошлое.
— В Усть-Корсе не так много провидцев. Фактически, на тот момент я была единственной. Институт забрал меня у родителей и принялся пичкать ядрами с концентратом, чтобы усилить мои способности. И им это удалось: я стала лучше видеть нити и неплохо разбираться в вероятностях. Вот только мое обычное зрение значительно ухудшилось. А чешуя с руки распространилась на половину тела.
— У тебя не самые хорошие воспоминания об Институте? — заметил я.
— Они проводят множество разных опытов над мета-людьми. Там же и Пересвет зародился, скорее всего. Меня поместили в отдел, где занимались детьми. Доктор Азалия Ринко и профессор Роберт Садовничий были нашими кураторами. Многие мои соседи по палатам не прошли через процедуры, став одержимыми. Расправлялись с ними без всякой жалости.
— Но рразве по закону мета-человеком можно становиться не только с восемнадцати лет? — удивилась Анна.
— На мета-инициацию ребенка не возьмут, но спонтанные переходы случаются с детьми с такой же периодичностью, что и со взрослыми.
— И как ты выбралась из Института?
— Воспользовалась своей силой, выбрав день, в который вероятность побега была наивысшей… Я видела, какие ужасы творятся в застенках Института, который действует с одобрения Центра и Корпуса. У меня нет доверия к властям Усть-Корсы. Они оправдывают свои эксперименты высшим благом — развитием науки, армии, безопасностью города. Но все это… просто мерзко. Если бы шансы были высоки, я бы… устроила урок бессердечной гадине — доктору Ринко, — процедила она.
— Бедняжка! Тебе черрез многое пришлось пройти, — Анна прильнула к Двуликой и приобняла девочку, лизнув в лоб.
Теперь понятно, почему одиннадцатилетняя девчонка ведет себя словно прожженный ветеран боевых действий. Да и ее суперсила накладывает свой отпечаток. Оракулы всегда были не от мира сего.
— Не надо меня жалеть. Я
— Что, не смогла предвидеть такой поворот событий и избежать его? — усмехнулся я.
— Я не пялюсь на нити двадцать четыре часа в сутки! Нитей миллионы только в этой комнате. Их все просмотреть невозможно!
— Все-таки у тебя такой прриятный запах, несмотрря на змеиную составляющую. И вкус тоже!
— Хватит меня лизать! Песец, забери от меня свою гончую!
Девочка сопротивлялась, однако справиться с Громилой у нее не было никаких шансов.
— Она свободный человек, и сама выбирает, кого лизать, а кого кусать. Кстати, а что насчет профессора Садовничьего? Он больше не занимается экспериментами?
— Кто знает. После моего побега его понизили и перевели на мета-полигон, но не удивлюсь, если и там он чем-то промышляет. Да отцепись ты уже!
— Все, я запомнила твой вкус! — отлипла от нее Анна. — Полетели, Арртоф! Покатай меня, большая черрепаха!
— Черепаха? Это еще откуда?
— Не знаю. Мама так иногда говоррила. Наверное, из мультфильма времен до Падения. И надень рремни для полетов вдвоем! — достала она застежки со шкафа, которые мы привезли со Станции.
— Зачем? До города рукой подать.
— Но потом ведь отпрравимся на поиски Некроморфа?
— Ленивая такса.
— Я не такса!!! — возмутилась девушка. — Волкодав, алабай, волчица. Но никак не такса!!!
Похоже, мне удалось найти ее слабое место. Жаль я плохо разбирался в породах местных псовых.
— Гиена? — протянул я задумчиво, вспомнив учебник по зоологии.
— Я тебе покажу гиену!
На улицу я вышел вместе с Анной, которая запрыгнула мне на спину и принялась кусаться за разные доступные части головы.
Ибрагима удалось перехватить по пути на мета-маркет. Купец получил от меня пять обычных фильтров, которые я успел сконструировать ранее. Мужчина пообещал через несколько дней раздобыть ядра для обмена, но многое будет зависеть от экспортера, с которым вел дела Ибрагим. О связи Стального Курьера с купцом было известно, хотя в последнее время мы не встречались в людных местах. Поразмышляв, я все же передал одну из запасных раций мужчине, чтобы он сразу дал знать, когда придет товар. Будем надеяться, что в нашу следующую встречу опасаться Паука уже не придется.
Я подлетел к Анне, которую оставил в тупичке неподалеку.
— До завтра у нас еще есть время. Слетаем, осмотрим левый берег Корсы.
— Давно порра!
— Лететь придется далеко, — повернулся я спиной. — Так что держись крепче, моя сука.
Вдруг я почувствовал, как на моем плече сомкнулись острые клыки.
— Ты что творишь?! — рявкнул я на Ищейку, прокусившую мою одежду.
— А как мне еще рреагировать! — протянула Анна с глубокой обидой в голосе, отпрянув. — Нельзя так обрращаться к девушке!