Мигранты
Шрифт:
Вообще-то эта собаковладелица может возникнуть на прогулочном пятачке в чем угодно, вплоть до халата, или пеньюара. Тогда, в июле, она разминалась под окнами в шортах и майке, что было вполне по сезону, но при этом то ли забыла снять, то ли намеренно оставила короткий кухонный передничек, придававший ее крупной фигуре слегка цирковой, клоунский колорит. В ее курчавых темных волосах что-то ритмически вспыхивало, в такт упражнениям. Заинтригованный, я наспех добрился, и, прихватив цейссовский полевой бинокль (подарок дяди, военный трофей) вернулся в ванную. Украшенье в волосах оказалось небольшой златой на вид короной - да-да! размерами и формой подобною чайной чашке-пиале. Я еще раз подивился экстравагантности дамы и поспешил на службу. Удивительно, как это я не обращал до сих
Дело в том, что по роду занятий своих я как раз и специализируюсь в той области декоративного искусства, что занимается геральдикой и ее воплощениям в канонизированных формах предметов монаршего культа. С помощью телеобъектива я вскоре получил несколько отчетливых цветных слайдов короны (это из целой кипы испорченных снимков), на двух даже видно клеймо мастера, и теперь я окончательно убедился - это или сама корона легендарной властительницы германиков, или же ее факсимильная копия.
Подлинная корона была то ли похищена, то ли уничтожена в 1915 году, когда артиллерийский обстрел вызвал пожар и разграбление крыла замка, где хранилась раритеты; таким образом, корона зафиксирована лишь на трех черно-белых фотопластинках, где, кстати, нет многих деталей, обнаруженных мною на слайдах. Но - идентичные царапины, сдвижка клейма, характерная обработка зубцов и лепестков - все говорит о подлинности.
Теперь пораскинем умом. Элементарно просто - заявиться к самой даме и прямо сообщить о своих предположениях. Но одно лишь соображение о чудовищной стоимости короны (ведь даже факсимильная копия должна потянуть не меньше чем на полмиллиона) заставляет меня тут же отбросить такую мысль. Это смертельно опасно. Хотя, если в дело вовлечены мощные преступные силы, зачем такая открытая демонстрация? Или же все-таки невежество нуворишей, не соображающих толком, что завладели сказочным достоянием?
Второе - уголовное расследование. По чести, мне, как искусствоведу, претит начинать с доноса и грубого силового дознания женщины, не сделавшей мне никакого вреда и вообще-то даже чем-то симпатичной. Скорее всего, она по природному своему легкомыслию просто воспользовалась своим доступом к сокровищнице банды, чтобы пощеголять (хотя бы во дворе) в роскошном уборе. Вот так.
Но тогда почему она время от времени иронически посматривает на мое окно - именно мое, я не ошибаюсь, - демонстрируя заодно глубокое декольте? Почему я еще ни разу не видел ее где-либо помимо собачьей площадки - а ведь здесь я знаю всех соседей наперечет. И вообще, откуда она появляется в этом уединенном местечке? За все время я ни разу не видел самого процесса ее появления или ухода, всегда либо она уже здесь, либо ушла.
Недавно Теодора (с некоторых пор я называю ее так) долго и, как бы я сказал, нарочито возилась с ошейником своего шнауцера (присев возле него, с оголенным до ягодицы бедром, само собой), пока я не вооружился цейссом и не вгляделся в эту собачью сбрую. Заметив меня с биноклем, она тут же оставила это занятие и побежала трусцой вокруг двора, я же вновь был сбит с толку. Ошейник тоже оказался исторической реликвией поры галльского похода, обширная документация по нему хранится у меня, более того, он (ошейник) вовсю фигурирует в моей диссертации, как свидетельство стилевого родства двух отдаленных эпох. Насколько мне известно, никто больше этим ошейником не занимался.
Значит, ошейник мне показали, зная обо мне...
Вот он, простор предположений
Я на острие! В один миг я из наблюдателя, из детектива-любителя, так сказать, мгновенно обратился в объект чужого действия, в марионетку, реакциями которой манипулируют, в картонную фигуру, от каковой ждут вполне определенных вещей. На что меня вызывает мафия? Где гарантия, что как бы я ни "сработал" в этой непростой игре, то останусь цел? Может ли спасти бездействие?
И еще соображение - царица Теодора подлинный персонаж, иначе зачем такая сложная и длительная интродукция, этот ритуал прогулок с собачкой, ставящий всю ситуацию с раритетами на грань нелепого. Но, предположим Теодора. Оказавшись здесь (уж не знаю, каким образом), на кого же еще ей рассчитывать, как не на знатока той эпохи, способного персонально удостовериться в ее царственной подлинности, по сравнению с которой корона и прочие атрибуты - мишура, регалии суверена, всего лишь вещественные доказательства ее властительной сути. И в награду за признание - любовь царицы, ведь не зря же она демонстрирует себя так изобильно, и, кроме того, пора варварства, надо полагать, была эпохой раскованной. Итак Теодора или мафия. Надо что-то делать, на что-то решаться.
Обо всем этом я мрачно размышляю нынче в пасмурное осеннее утро, когда свежая после сна румянощекая бандитка в короне и в красном нейлоновом трико (на этот раз) энергично вращает своим торсом посреди площадки, тогда как ее спутник в экзотическом ошейнике сосредоточенно и угрюмо гадит в углу.
ПРОГНОЗ ЭКОЛОГОВ (ЛИСТОВКА)
...В результате непредвиденных мутаций, а также ускоренного (черезфазного) эволюционного развития, чем погибающая биомасса пытается хоть как-то противостоять индустриальной агрессии, мы вскоре (на памяти одного-двух поколений) увидим зачатки совершенно иной живой природы. Это будут деревья с металлизированной корой, стойкой не только лишь к ножам хулиганов, но и к скребкам бульдозеров. Это будут рыбы, утилизующие мазут, пресноводные скаты, оводы и осы с цианидами в жалящих органах, это будут травы с режущей, словно бритва, кромкой и парализующим соком. Полчища бездомных собак и кошек не уменьшатся, напротив, благодаря эволюционному уплощению (подобно камбале), эти животные станут практически неуязвимыми для колес автомобилей и смогут успешно блокировать автотрассы.
Предвидится возникновение живых (и неживых) форм, использующих электромагнитный, высокочастотный и радиационный фон. Совершенно особым и ускоренным путем идет эволюция микроорганизмов, результаты которой мы можем лишь смутно представлять. Однако биологическая эволюция человека выглядит даже в этом ряду достаточно радикально. Предвидится разделение человечества на ряд специализированных подвидов, из которых "человек хищный" и "человек исполнительный" могут иметь тенденцию к доминированию, тогда как "человек разумный", возможно, будет окончательно вытеснен. Постинтеллектуальное общество, если можно будет употребить это понятие, станет существовать на принципах, нам пока неясных.
ЕЩЕ ЛИСТОВКА
Серые люди произвели цветных людей.
Серые люди до этого были дальтониками, они вкалывали, трудились, пахали, рожали, любились, раскулачивались, воевали, отсиживали, выпивали и веселились - в сером.
Цветные люди открыли им глаза, они показали озадаченным серьмягам, как танцевать на ушах, как любить в разные места, как штамповать розовые червонцы из воздуха, как подкрашивать жизнь коноплей, как разъезжать на двух колесах, как разгораживать мозг на два отделения - одно для цветных, второе - для серых.