Милашка
Шрифт:
Он ударил по струнам.
— В солнечный зной, ранней зарей — я с тобой. Зимней порой, в стуже любой — лишь с тобой. Пусть идти дорогой мне крутою. Радость и боль, только с тобой, лишь с тобою…Сайю охватило неизвестное ранее чувство. Ее переполняли радость и гордость одновременно. Самый красивый и известный в стране мужчина пел со сцены, и она понимала, что исключительно
Влад умолк. Зал разразился аплодисментами. Влад поклонился, отдал рик и спрыгнул со сцены. Подошел к Сайе.
— Спасибо! — сказала она.
— Не стоит, — улыбнулся он. — Если хочешь, буду петь для тебя каждый день.
— Хочу! — подтвердила она.
Он обнял ее и поцеловал. Сайя ответила. На них смотрели, им хлопали, но ей было все равно. Сейчас они были одни во всем мире.
15
— В укрытие!
Парни рысцой бегут к стенке из мешков с песков. Не спеша иду следом. Причин прятаться нет — мы испытываем взрыватели, но парням нужно вбить в головы правила обращения с взрывчаткой. Ибо в случае нарушения их последствия тяжелы.
Захожу за стенку и машу крановщику.
— Давай!
Металлическая плита на тросе ложится на землю у флажка. Хлоп! Сработал. Плита скользит вверх.
— Следующий!..
Тол мы получили быстро. Сначала — в лабораторных условиях, затем — в промышленной установке, созданной по моим чертежам. С взрывателями повозились. Инициирующие вещества я знал, но подобрать нужный состав… Опасная работа! Вел я ее один, выгоняя парней за дверь. А потом пришлось потеть над конструкцией.
Я хотел взрыватель, аналогичный тому, что используют в противотанковой мине в моем мире. Он срабатывает под весом более двухсот килограммов. Это снижает риск для саперов. Наступил нечаяно — будешь жить. А вот бронеходу поплохеет. У него вес от трех тонн.
Сделать удалось. Под плитой в двести килограммов взрыватель не срабатывал. Мы добавили еще сотню. Ввернули взрыватели в макеты и закопали в землю. Места отметили флажками. Теперь кран опускает на них металлическую плиту в триста килограммов.
Хлоп! Хлоп!.. Парни лыбятся — испытания идут без запинки. Энтузиасты, мать их! Дай им волю — взорвут все, включая себя. Я набирал их по лабораториям. Работать в них не престижно, платят мало. Химией занимаются мужчины, женщины желанием не горят. Вот и взял на свою голову. Когда объяснил для чего, у парней загорелись глаза. Они сделают новые вещества! Их мины остановят врага! Они будут работать на Дом Сонг! (Это как в Google на Земле.) Энтузиазм приходится сдерживать. Они не видели, что делает взрыв с человеком, поэтому страха нет. Я не хочу их терять.
Хлоп! — сработал последний взрыватель.
— Ким! — подзываю парня с круглым лицом. — Остаешься за меня. Продолжайте испытания. С взрывателями осторожно. Если кто останется без пальцев… — обвожу строй злобным взглядом.
— Понял, тофин! — говорит Ким. — Можете не сомневаться. Лично прослежу.
В глазах у него прыгают бесенята. Доволен. Босс уедет, они останутся сами по себе. Порезвятся… Подношу к его носу кулак и показываю на камеру, закрепленную на кране.
— Проверю!
Бесенята в глазах Кима принимают невинный вид. Смотрите у меня! Иду к машине — мне на другой конец полигона. Там стреляют из ружей. Над изделиями работаем параллельно. Сначала тол и порох, затем взрыватели и патроны. В финале — мины и стволы.
Подумав, я решил не городить сущностей и не создавать пушки или тот же КПВТ [23] .
23
Крупнокалиберный пулемет Владимирова по патрон 14,5х114 мм.
24
Противотанковое ружье.
Мой дед был ветераном войны. Партизанил в белорусских лесах, с приходом Красной Армии влился в ее ряды. Воевал в Прибалтике и Восточной Пруссии. Второй номер ПТРС, он прошел с ним до Кенигсберга. Танки не подбивал — ружье их не брало. Но у немцев имелись бронетранспортеры и броневики. Вот их и били. В одном из боев погиб первый номер ружья. Оружие взял дед. Подбил два «ганомага». В том бою его ранили. Победу дед встретил в госпитале…
Под Минском есть комплекс «Линия Сталина». У них там оружия, как у черта махорки. Нашлось и ружье Симонова. Я увидел его в ролике на Ютубе и приехал на «линию». Рассказал о деде и попросил показать. Мне пошли навстречу. Я разобрал и собрал девайс. Зарядил его и выстрелил холостым. Дома заглянул в интернет. Прочел все, что нашел о ПТРС, даже инструкцию скачал. Интересно было. Конструкторам Кая я дал подробный чертеж. Без детальных размеров, конечно, но понятный. С остальным они сами.
Дом Сонг назначил меня любимой женой. В смысле — главным над разработками. В подчинении — сотня человек. Химики, технологи, конструкторы, водители… Вот и мотаюсь по полигону. За всем нужен глаз.
Уже на подъезде слышу гулкие выстрелы. Опять Зайка! Лупит, не жалея ствола. Шебутная девка! Ее имя Зая, но я зову Зайкой. Похожа. У нее длинные передние резцы и раздвоенная верхняя губа. Глаза, правда, не косят. Стрелять Зайка обожает. Готова заниматься этим с утра до вечера.
Останавливаю машину и выхожу. Грузовичок стоит капотом ко мне. Из кузова раздается звонкое: Бах! Бах! Бах…
Я решил ставить ружья в грузовиках — это повышает мобильность. Инженеры сделали специальный станок. Подъехали, развернулись, врезали. Ответного огня бояться не надо, противнику нечем отвечать. Его бронеходы подошли — батарея отъехала и добавила. Или удрала. Догнать грузовик бронеходу не под силу. Станок, к слову, переносной. Можно снять и установить ружье на замаскированной позиции. Большую часть отдачи (а она у ружья сильная) станок берет на себя. Грузовики с бензиновыми моторами. Это дает возможность перебрасывать артиллерию на большие расстояния.
Влезаю в кузов. Зайка устроилась на металлическом сиденье и с упоением лупит из ружья. Оглохнуть можно! Выстрел у ружья громкий. Второй номер заметила меня и пытается что-то сказать Зайке. Машу рукой: сам. Добив магазин (у нас магазин, а не пачка, как в ПТРС), Зайка командует:
— Заряжай!
— Отставить!
— Тофин Влад!
Зайка вскакивает с сиденья.
— Почему нарушаем? — говорю зловеще. — Плюем на регламент испытаний?
— Я не плюю… — пытается оправдаться.
— А то я не слышу! По регламенту нужно стрелять после прицеливания. Один выстрел в две-три секунды. А ты лупишь один за другим. В кого попадешь?