Миллениум

Kozlov Aliaksandr Sergeevich

Наступил роковой день бракосочетания. Позади изнурительная поездка в душной карете через полстраны. Вот будущий супруг принцессы - франт с дурацкими усиками. Ослепительно улыбается, галантно протягивает руку, а сам ничуть не скрывает своего похотливого взгляда. Изольде омерзительно прикосновение принца Генри, но она не подаёт виду и молча терпит происходящее. Её душевное состояние может выдать лишь нездоровая бледность лица, которую всегда можно было бы списать на типичные признаки аристократии. Ряды стражи смыкаются со всех сторон жениха и невесты, после чего процессия выступает в путь по условленному маршруту. Толпы народа приветствуют брачующихся, повсюду улыбки, слышны

радостные приветственные крики. Принц Генри машет свободной рукой собравшимся и, пользуясь тем, что посреди всего этого шума его никто не услышит, шепчет Изольде всего несколько слов. Принцесса готова была растерзать его прямо на месте за такие слова. Да как он смеет говорить такое благородной леди! Она не какая-нибудь трактирная девка, к коим он, должно быть, привык за свою жизнь. "Он поплатится", - уверяла девушка саму себя.
– "О, только бы ангелы придумали ему смерть помучительнее..."

Длительное помпезное шествие заканчивается у дверей главного городского собора. Почему, почему ангелы медлят? Вот-вот случится непоправимое! И, вопреки всем ожиданиям принцессы, это случается. Священник объявляет её супругой флавийского принца. Все формальности соблюдены, документы подписаны. Генри с видом победителя произносит речь, которая ускользает от ушей Изольды. Разочарование. Всё было напрасно. И не стоило тешить себя несбыточными мечтами. Но... что это? Принц обрывается на полуслове и оседает на пол, держась рукой за горло. Принцесса едва успевает заметить своего избавителя - тёмная фигура стремительно пересекает зал собора и исчезает, выпрыгнув через окно. Сердце Изольды забилось чаще. Вот оно! Не стоило сомневаться. Со смесью интереса и восхищения она наблюдает, как флавийский франт корчится на полу и синеет его лицо. Губы принцессы складываются в злую усмешку. Так тебе и надо, подонок! Кто-то из сбежавшихся на помощь людей констатирует: "Мёртв!" Начальник стражи растерянно вертит в руках отравленный дротик, извлечённый из шеи убитого. Ангелы сдержали своё слово.

Но радость была поспешной. Конечно же, никто не стал связывать смерть принца Генри с самой Изольдой. Власти Флавии разглядели во всём этом коварный ход со стороны короля Анраила. И вот она здесь - заточена в башню подобно принцессам из сказок. У всех на устах лишь одно слово: "Война". Вне всяких сомнений армия Ардарии легко расправиться с флавийской, особенно если удастся привлечь на свою сторону Орден Доблести. Однако то, что Изольда находится в заложниках, позволяет Флавии диктовать любые условия Анраилу - отец пойдёт на всё, лишь бы уберечь любимую дочь. И в этом его слабость. Принцесса была убеждена, что личные привязанности ни в коем случае не должны становится препятствием для достижения цели. Любая жертва оправдана, если позволяет избежать большего зла и больших проблем.

Тем не менее, надлежало решить насущную задачу. Вернуться к своим за непомерную контрибуцию или пострадать от рук флавийцев, если король всё же проявит несвойственную ему твёрдость - ни один из этих вариантов не был по сердцу Изольде. Причём первое казалось ещё более унизительным, чем второе. Что ж, если ангелы помогли ей устранить нежелательного супруга, может, они помогут ей бежать? В конце концов Джемалиил что-то там говорил о её значимой роли в судьбе мира. На деле всё оказалось сложнее, чем ожидалось. Небесные силы шли на контакт неохотно. Спустя несколько дней бесплодных попыток, Изольда услышала едва различимый голос, показавшийся ей знакомым:

– Наши помощники уже идут за тобой. Потерпи ещё немного.

И принцесса ждала. Благо, с ней обращались не так уж плохо.

***

С

наступлением утра никого будить не пришлось - все проснулись от звука марширующих солдат. Выглянув из-за деревьев, орденцы увидели внушительное войско, движущееся мимо леса.

– Наверняка флавийцы прознали, что король Анраил разбил лагерь у их границы!
– прошептал Райан.

– Нетрудно было догадаться, - усмехнулся Арн.

Братья выждали, пока последняя шеренга скроется из виду, затем оседлали лошадей и тронулись в путь. Пара часов езды - и они уже в Нильсвере. Помня свой прошлый визит в этот город, Бриан отметил, что на улицах стало как-то пустынно. И неудивительно, ведь большинство мужчин ушло на войну. На глаза попадалась лишь городская стража, да редкий прохожий, по каким-то неотложным делам покинувший свой дом. Братья Ордена направлялись к видневшемуся вдали шпилю цитадели.

– Мы ведь только разведать?
– уточнил Райан.
– Врываться в цитадель средь бела дня было бы слишком рискованно.

– О нет, дорогой мой друг!
– весело ответил командор.
– В том-то и дело, что средь бела дня нас меньше всего там ждут, а значит, наши шансы на успех повышаются.

– Но...

– Просто доверься мне.

Всадники въехали по подъёмному мосту в крепость. Часовые на стенах не признали в них чужаков - маскировка прекрасно работала. Оставив лошадей у ворот, орденцы пересекли внутренний двор. На пороге цитадели их встретила охрана в виде двух латников и офицера.

– Стой! Кто такие?
– командир стражи выступил вперёд, положив руку на эфес меча. Арн бегло оглядел его снаряжение и с удовлетворением обнаружил открытое горло. Лёгкая добыча.

– Ваша смена, - ответил командор.

– Назовите пароль!

– Пароль? Э-э-э...

Арн сделал шаг вперёд, одновременно выбрасывая вперёд левую руку. На мгновение из рукава кольчуги показалось остро отточенное лезвие, поразившее офицера в незащищённое место. Флавиец захрипел, судорожно зажимая рану, но его усилия были тщетны. Оттолкнув его с дороги, командор бросился на латника, выхватывая меч. Тот успел лишь подставить для защиты древко алебарды, которое оказалось перерублено надвое. Райан сделал второму латнику подножку и, когда тот упал, вогнал свой меч в смотровую щель шлема.

– Командор, держите!
– Бриан бросил Арну оброненную стражником алебарду. Командор схватил её и изо всех сил ударил по голове своего противника. Широкое лезвие рассекло шлем напополам и застряло где-то на уровне грудины.

– А теперь - внутрь, пока они ничего не сообразили! Бриан, прикрой нас!

Арн распахнул двери и первым ворвался в цитадель. Пока они с Райаном взбирались по винтовой лестнице, Бриан сцепился с двумя воинами, выбежавшими из боковой комнаты. К счастью, они были снаряжены всего лишь кольчугами и открытыми шлемами, и сержанту не составило проблем с ними разобраться.

– Чем это Вы уложили того офицера?
– на ходу поинтересовался Райан, уворачиваясь от катящегося вниз по ступеням трупа - командор не щадил никого, кто имел неосторожность встать на его пути.

– Пока вы там лили слёзы по погибшим в Мергилоте, я наведался на кладбище и снял эту штуку с убитого тобой Алара, - пояснил Арн.
– Невероятно удобное оружие, когда нельзя шуметь. Надо будет показать его Готлибу - авось разгадает секрет - да поставить на поток.

***