Мир-Цирк
Шрифт:
– Ты уверена?
Кризаль протянула руку и просто перевернула карту. Шестерка пик.
– Великолепный фокус, Алленби, – восхитилась Дорна. Молодой фокусник благодарно улыбнулся и собрал карты. Кризаль насупилась.
– Можешь угадать, как я сделал это?
Кризаль довольно долго хмурилась, потом вежливо сказала:
– Неплохой фокус.
Алленби забросил край мантии через плечо и указал на юг подчеркнуто драматическим жестом.
– О небо! Вдохновленный столь щедрой хвалой, я должен спешить в Тарзак и поражать толпу!
Дорна
– Ты должен идти, Эшли?
Алленби поклонился и, взяв руку Дорны, коснулся ее губами.
– Увы, прекрасная Дорна. Я должен идти в Тарзак. По слухам, туда сейчас прилетел грузовой челнок. Первый с тех пор, как я прибыл на Момус, мне необходимо застать его, чтобы сообщить свои новости Государственному секретарю Квадранта. – Он поклонился Кризаль, легко подхватил свой мешок и пошел по дороге на юг. Дорна и Кризаль еще долго смотрели ему вслед, когда он давно уже скрылся из виду.
Девочка повернулась к певице:
– Дорна?
– Да, дитя?
– Я прочитала что-то в твоих глазах, но не могу измерить глубину увиденного. Где мой учитель?
Красавица Дорна улыбнулась, закрыла лицо рукавом мантии, затем опустила руку. Девочке беззубо ухмылялся Фикс.
– Фикс, клянусь ошпаренным задом Момуса – это ты?
Старик хихикнул:
– Отвернись, дитя.
– И что ты тогда сделаешь? Превратишься в ящера или сделаешь меня мальчиком?
– Отвернись. Мне надо вывернуть мантию.
Кризаль отвернулась:
– И чего ты добился своей комедией?
– С Великим Фиксом молодой фокусник внимательнее следил бы за своим языком, чем с прекрасной Дорной. Можешь повернуться.
Кризаль обернулась, перед ней был Фикс в черно-алой мантии.
– И здесь тоже нет магии, Фикс? Куда делись твои морщины?
– Нахмурься, Кризаль, и пощупай лоб.
Кризаль сделала, как велено.
– Ну?
– Ты молода, однако можешь наморщить лоб. Я стар и могу сделать кожу гладкой, хотя это требует больших усилий.
– Ладно, Фикс, но как же зубы прекрасной Дорны? У тебя-то нет ни одного.
– У Дорны тоже.
Кризаль скрестила руки на груди:
– У нее были!
– Подумай, Кризаль. Эти полные, чувственные губы улыбались, но открывались, только если их прикрывала рука или рукав.
Девочка нахмурилась:
– Я помню… нет, я убеждена, что помню. Ты прав; я не видела зубов. – Кризаль покачала головой. – И что ценного сказал фокусник?
– На-ка поешь. – Фикс залез в мешок и вытащил две непропеченные кобитовые лепешки. – Алленби идет с дальнего севера, из Дирака, что за Змеиными горами. Он прошел и через Мийру. Оба города почернели от отчаяния. Рогор везде оставляет свою метку.
Кризаль проглотила кусок кобита, а остатки бросила в мешок.
– Фикс, мы можем обойти Мийру?
– Ты вспоминаешь вчерашнюю ночь в Порее?
Кризаль кивнула:
– Эти люди не знают, с чем столкнулись. Мы тоже. Я не хочу больше ужасов.
Фикс доел
– Считаешь, я был чересчур суров?
Кризаль пожала плечами:
– Я понимаю, почему они поступили так, как поступили.
Фикс кивнул:
– Представь себе, Кризаль: у тебя в руке нож и ты держишь его у горла Салины, твоей матери; а я держу нож у твоего горла. И говорю тебе, что, если ты не убьешь Салину, я убью тебя. Что бы ты сделала?
Кризаль склонила голову и прошлась по сухому песку.
– Хотелось бы думать, что я предпочла бы смерть. Ты это ждал услышать?
– Такой выбор стоял перед жителями Порса, и они выбрали неправильно.
Девочка посмотрела в глаза старику:
– Мы пройдем через Мийру?
– Так надо. Мы пополним запасы еды и найдем кого-нибудь, кто поможет перебраться через горы. – Старик поднял мешок и подал девочке. – Пора идти, если мы хотим добраться туда до наступления ночи.
Дорога становилась все круче. Солнце окрасило красным, оранжевым и желтым неухоженные поля, наполовину срубленные и обтесанные бревна и безлюдные улицы Мийры. Деревянные дома были пусты. Фикс постучал в несколько дверей, но его знакомых не оказалось дома. Наконец они вышли на площадь. Кризаль схватила Фикса за руку:
– Смотри, Фикс, еще одно убийство!
Старый фокусник присмотрелся. На задке ручной двухколесной повозки распростерся на мешках огромный человек в зелено-желтой мантии циркового уродца; его массивные руки и ноги свешивались с повозки.
– Пойдем, Кризаль. Он просто спит.
Когда они подошли, великан открыл один глаз:
– Ты Великий Фикс.
Фикс кивнул:
– А ты?
Быстро и ловко для своих размеров мужчина сел, потом соскочил с повозки. Он поклонился, мотнув в сторону Фикса лысой башкой.
– Великий Фикс, я Зума, силач из уродцев Дирака.
– Дирака?
– С той стороны Змеиных гор, Великий Фикс.
Старый фокусник кивнул, потом обвел рукой площадь:
– Где они?
Зума фыркнул так громко, что земля, как показалось Кризаль, задрожала.
– Вести о твоем правосудии в Порее прибыли несколько часов назад. Добрые граждане Мийры удрали в горы.
– А ты?
–Я?
– Мы же нашли тебя храпящим на площади посреди всего этого стремительного возврата к природе?
– Ха! – Зума засмеялся и хлопнул Кризаль по плечу, так что она растянулась на земле. – Я – Зума. Этим все сказано.
Кризаль поднялась и сердито посмотрела на силача:
– Он здесь неспроста, Фикс.
Зума кивнул:
– Эта кроха верно говорит. Город Дирак послал меня перевести тебя через горы.
Фикс потер подбородок:
– Значит, Дирак знал, что Мийра устроит себе отпуск?
Зума плюнул на землю.
– Рука Рогора чувствуется даже по эту сторону гор. В Дираке не хотели рисковать. Они боялись, что ты опоздаешь, потому что не найдешь проводника через горы.