Мир-Цирк
Шрифт:
Кризаль смотрела, как старый фокусник повернулся и идет к ней, но не могла прочесть его горящий взгляд. Остановившись перед ней, старик поднял руку, в которой держал угли Она была грязной, но не обожженной. Фикс положил руку еи на плечо.
– Пойдем, дитя. В этом городе невозможно отдохнуть, ибо они не узнают покоя, пока не смоют свой позор.
Фикс выбрал улицу, ведущую к дороге на Мийру, толпа расступилась, и Кризаль пошла за ним, пытаясь решить про себя, что она испытывает к Фиксу: страх
Всю ночь Фикс шагал к Мийре словно одержимый. Кризаль ковыляла следом, удивляясь силе старика. Дважды их секли дождь и ветер, из-за чего уже раскисшая, покрытая противными темными лужами дорога стала скользкой, как жир. Фикс шагал по грязи и лужам, не замечая их, словно по пыльной улице в Тарзаке. Когда перестал дождь, сквозь черные тучи пробился тусклый серый рассвет. Фикс остановился и огляделся:
– Светает.
– От тебя ничего не укроется, Фикс. – Кризаль дотащилась до старика. Он повернулся и посмотрел на девочку, промокшую и покрытую грязью, как и он сам.
– Ты, должно быть, устала, дитя.
– Ах, Фикс, в твоих жилах течет кровь предсказателя.
Фокусник вскинул бровь:
– Я вижу, ты всю ночь точила язычок. Хочешь отдохнуть или нет?
– Конечно. Но где? – Кризаль склонила голову набок. – Везде мокро.
Фикс полез за пазуху и подал Кризаль комок сырого кобитового теста. Комок был покрыт твердой коркой и казался тяжелым для детской руки.
– Найди местечко, где нет ни деревьев, ни сорняков, ни травы.
Кризаль огляделась и подошла к песочной проплешине к востоку от дороги:
– Здесь?
Фикс кивнул:
– Слушай внимательно. Когда я скажу, сильно сожми кусок теста и брось в центр проплешины. – Кризаль посмотрела на невинный комок в руке. – Только очень быстро, понимаешь?
–Да.
– Тогда давай!
Кризаль смяла комок и, еще не успев бросить, почувствовала, как он согревает руку. Даже не долетев до земли, он вырос в колонну ослепительного пламени. Кризаль повернулась к Фиксу:
– Погребальный костер Юдо?
– Да. Правой рукой пошарь в рукаве мантии. Нашла карман?
Кризаль нащупала отверстие:
–Да.
Фокусник подал ей еще пять черных комков.
– Положи в этот карман. Теперь ты знаешь, как их использовать. – Фикс указал на огонь, почти погасший за неимением топлива. – Он горит жарко, но недолго. Песок будет сухой и очень теплый.
Кризаль положила шары в карман в рукаве:
– Это будет моим первым фокусом, Фикс?
Фокусник засмеялся:
– Нет, дитя. Первым фокусом будет научиться спать, не перекатываясь на бок!
Кризаль опустилась на теплый песок, легла и уснула, вытянув правую руку в сторону.
Самым заветным желанием Кризаль было выспаться. Небо расчистилось, восходящее солнце согрело и высушило мантию, и
– А, дитя, вот ты и проснулась.
Кризаль обернулась. Рядом с ней сидели женщина в бело-зеленой мантии певицы и высокий блондин, одетый в черно-алое. Мужчина кивнул Кризаль:
– Дорна пригласила меня погреться на вашем песке, маленькая волшебница.
Кризаль кивнула в ответ. Мужчина был молод и с виду очень силен; у женщины, тоже молодой, были распущенные черные волосы и темно-карие глаза. Рядом с такой красавицей Кризаль особенно остро осознала, какая она грязная и конопатая.
– Вы видели моего учителя?
Молодой фокусник пожал плечами. Певица покачала головой.
– Думаю, тебе лучше подождать его здесь. – Дорна поглядела на руку фокусника, обвивавшую ее талию, и кивнула на Кризаль. Пожав плечами, он убрал руку и лег на песок, опираясь на локти.
Кризаль рассматривала молодого фокусника:
– Ты ведь не с этой планеты, а, фокусник?
Тот рассмеялся:
– Нет, дитя. Меня зовут Эшли Алленби. Я прибыл с отчей планеты.
– Однако же ты носишь черно-алое.
– Даже мне надо есть. Как тебя зовут?
– Кризаль. Я ученица великого фокусника.
– И как его зовут? – Алленби сел.
Кризаль посмотрела на Дорну. В глазах певицы что-то мелькнуло.
– Его имя не имеет значения, Алленби. – Девочка указала на высушенный песок.
Молодой человек удивленно вскинул брови:
– Немногие оставшиеся у меня мовиллы уже плачут от одиночества. Хочешь взамен посмотреть мой новый фокус?
Кризаль пожала плечами:
– Если я смогу определить, как ты его делаешь, я все равно запрошу плату.
Алленби фыркнул и вытащил из-за пазухи колоду карт. Передав колоду Кризаль, он рукой разгладил перед собой песок.
– Выбери и запомни семь карт. Сможешь?
– Хоть семь, хоть всю колоду. – Кризаль отложила первые семь карт и протянула их Алленби.
– Нет, не давай их мне. Разложи на песке картинками вверх. – Кризаль выложила карты. – Запомнила?
– Конечно.
Алленби растопырил пальцы над картами, и они перевернулись, словно сами по себе.
– Ты уверена, что запомнила?
–Да.
– Тогда переверни тройку треф.
Кризаль посмотрела на третью слева карту, вообразила, как подсовывает под край крохотные ручки, и напряглась. Карта перевернулась. Восьмерка бубен. Алленби засмеялся над выражением ее лица.
– Но восьмерка здесь. – Она указала на крайнюю справа карту.