Мир-ловушка
Шрифт:
Обхватив руками колени, Роми молча глядела на огонь. Она старалась не вспоминать об университете, о своем преступлении, о болезненно-напряженных, полных противоречий и непонимания разговорах с Титусом, об аресте и тюрьме… Сейчас она окунулась в иную жизнь, и эта новая жизнь, несмотря на трудности и отсутствие комфорта (от последнего Роми не отказалась бы), нравилась ей больше, чем прежняя. Она научилась засыпать на голой земле, почти забыла вкус шоколада, костяшки ее пальцев распухли и кровоточили (Арс сказал, что потом появятся мозоли, тогда больно не будет – но до этого еще далеко), мылась по утрам в холодном ручье, протекавшем неподалеку
– Где ты встретила этого Титуса? – спросил Шертон.
– В лесу. Примерно в двух милях севернее нашей стоянки. Сначала я встретила там четверых охотников…
– Ты их не сожрала?
– Нет, зачем? Забавные смертные, нам было очень весело вместе.
– Кому было весело? – подняв голову, с подозрением уточнила Роми. – Вам или тебе?
– Я их не обижала. Они угостили меня сахаром и собирались угостить пивом – и тут из кустов вылазит… афарий! Похоже, он притащился вместе с ними. Хотела его растерзать, а он давай бросать в меня свои… шарики. Чтоб его…..! Попробовать их пиво я так и не успела. – Богиня опять закашлялась, но этот приступ был заметно слабее предыдущих. – Сначала я выловлю Титуса. После этого мы отправимся искать врата-выход.
– Ты хочешь отомстить? – спросила Роми.
– А ты не хочешь? – Уловив в ее тоне протест, Нэрренират повернула голову в ее сторону. – После того, что он тебе сделал?
– Нет. Я не хочу его видеть, не хочу с ним общаться… Он мне не нужен. Если он подойдет ко мне, я молча отвернусь и уйду. Но мстить я не хочу.
Она вновь уставилась на пламя, прищурив глаза. Убивать страшно. Роми училась у Шертона приемам рукопашного боя и в глубине души надеялась, что ей никогда больше не придется убивать. Правда, если бы время повернулось вспять, она бы снова убила Вария Клазиния и Обрана Фоймуса. Покорно терпеть издевательства и унижения – это, если разобраться, тоже преступление… Роми знала, что Титус никогда не согласился бы с этой мыслью, но мнение Титуса давно уже потеряло для нее значение. Равно как и он сам. Она вспоминала о нем без ненависти и вообще без сильных эмоций, разве что с еле выраженным оттенком обиды и разочарования – словно он в какой-то степени перестал существовать.
– Ты человек, – слегка дотронувшись щупальцем до ее плеча, сказала богиня. – А я – Нэрренират. Мерзавец меня кинул и заплатит за это.
– Я тоже тебя кинула, – угрюмо напомнила девушка. Может, и не стоило, но фраза вырвалась сама собой.
– О, это совсем разные ситуации, Роми. Ты всего лишь не захотела подчиниться моей воле, а он обманул мое доверие. Он полагал, что обманывает Эрмоару До-Энселе, но сие несущественно. Не люблю тех, кто не держит слово.
– Из-за афария мы можем застрять тут надолго, великая, – вмешался Шертон. – Стоит ли связываться? Правда, есть еще вариант: мы отправляемся на юг, а ты остаешься, находишь своего Титуса и потом нас догоняешь.
– Не выйдет, – не согласилась Нэрренират. – Я не хочу торчать тут без компании. Я даже этот… город до сих пор не посмотрела! Расскажите, какой он?
Лаймо начал рассказывать про Суаму: какие там улицы, дома, экипажи, храмы… Увлекшись, он припоминал все больше и больше подробностей – ему нравилось, когда его внимательно слушают. Особенно богиню заинтересовали винные погреба на Хмельной площади.
– Говоришь, двери там широкие? Я пролезу?
– По-моему, пролезете, великая, –
Потом богиня потребовала, чтобы он подробно описал планировку города. Немного путаясь, припоминая упущенные детали, Лаймо допоздна отвечал на ее вопросы.
Поужинав, устроились на ночлег. Роми, как обычно, лежала в серединке, между Шертоном и Лаймо. Никогда бы раньше ей не пришло в голову, что она будет спать между двумя мужчинами и при этом чувствовать себя вполне уютно, в полной безопасности.
С утра до обеда – тренировка. Пробежка по лесу, разминка, лазание по деревьям, упражнения с оружием и без… Несмотря на то, что Шертон постепенно увеличивал нагрузку, его ученики теперь не уставали так сильно, как в первые дни.
После обеда появилась перекусившая где-то на стороне Нэрренират.
– Опять будете тренироваться? А я пошла в Суаму!
– Как это – в Суаму? – резко повернулся Шертон. – Тебе туда нельзя!
– Мне можно все, ибо я великая богиня. Хочу наконец посмотреть на столицу Халгаты.
– А вдруг она там кого-нибудь съест? – прошептала за спиной у Шертона Роми.
– Не бойтесь, я иду в город не обедать, а на экскурсию. Пока!
Оставив их, богиня двинулась через лес в сторону дороги. Мысленно выругавшись, Шертон велел ребятам:
– Собирайтесь, живо. Поедем за ней.
– Мы остановим ее? – тихо спросила Роми.
– Ее не остановишь. Хотя бы присмотрим, чтоб ничего не натворила…
Он не очень-то представлял, как будет «присматривать» за Нэрренират, но он привык действовать по обстоятельствам, а не сидеть сложа руки. Оседлав гувлов, они нагнали богиню возле опушки. Та двигалась вдоль кромки леса, прячась за деревьями.
– Выезжаем на дорогу, – сквозь зубы вздохнул Шертон. – Будем держаться на дистанции, поняли? А то горожане подумают, что она пришла вместе с нами.
– Да, или что мы вместе с ней, – испуганно поддакнул Лаймо.
Глава 9
Суама не была готова к вторжению адского черного зверя. Она стояла посреди небольшой равнины, окруженной каймой столетних ачанховых лесов с лиственной начинкой. Вокруг рассеялось несколько деревушек, связанных вязкими проселками с прямым, как стрела, каменным трактом. Монастырь на холме – гроздь бревенчатых построек, обнесенных бревенчатой же стеной. Незаметно к городу не подберешься, однако через равнину протекала река, по которой ходили купеческие баржи. Возле Холодных, или, иначе, Торговых, ворот Суамы были сооружены деревянные причалы и доки – здесь суда швартовались. От причала до ворот рукой подать.
Под аркой дежурили стражники с алебардами, в пластинчатых безрукавках поверх крашенных в синий цвет кожаных кафтанов. Они после оправдывали свою промашку тем, что зверь выскочил из реки внезапно. Только что не было, а теперь тут как тут! И ведь даже, зараза, не встряхнулся: не обращая внимания на остолбеневших людей, в несколько прыжков добрался до ворот и проскочил внутрь. Кабы он вначале вокруг да около ходил, успели бы если не ворота запереть, так хоть решетку опустить, но больно прыткий оказался… И к причалу подплыл тайком, под водой, не высовывая головы! Видать, чертова бестия своим звериным умом сообразила, что в город ее могут и не пустить.