Мир После

И Сьюзен

Ладно, я просто умираю от желания узнать, что же почувствовал он во время нашего поцелуя.

Я знаю, что это не имеет никакого значения. Я знаю, что это ничего не изменит. Я знаю, что это по-детски.

Но все же.

Разве девушка не может быть просто девушкой хотя бы пять минут?

— Покажи мне свои воспоминания о поцелуе.

Я закрываю глаза. Мои щеки горят, что глупо, учитывая тот факт, что меч находился там при самом поцелуе и все видел. Таким образом, что меняется от моего желания узнать его чувства?

— О, да

ладно? Неужели мы должны проходить через это снова?

Ничего.

— То последнее воспоминание было просто ужасно. Мне нужно немного комфорта. Это всего лишь маленькая услуга. Пожалуйста?

Ничего.

— Я добавлю больше лент и бантов для тебя, — обращаюсь я к нему. — Может быть, даже сделаю блестящий макияж для плюшевого мишки.

Все еще никакой реакции.

— Предатель, — я знаю, что это смешное заявление, так как меч верен Раффи, но мне плевать.

Я убираю меч обратно в ножны, прислоненные к стулу, и надеваю мишку на рукоять.

Я перекидываю ремень через плечо, чтобы попытаться найти маму и Пейдж.

Коридоры все еще переполнены, как впрочем, и всегда. Два одинаковых парня со светлыми волосами протискиваются через толпу, по пути со всеми здороваясь. Кажется, что они всем нравятся. Мне требуется секунда, чтобы узнать в них Тру и Тра. Их волосы теперь цвета «песочный блонд».

Тру тихо разговаривает с Тра, показывая ему что-то, спрятанное в ладони, и Тра резко отводит глаза, пытаясь не рассмеяться. Я думаю, что Тру просто что-то у кого-то украл, что-то, что они не должны иметь.

Они машут мне, и я их жду.

— Что случилось с вашими волосами? — Спрашиваю я.

— Мы мастера шпионажа, помнишь? — спрашивает Тру.

— Как и мастера маскировки, — добавляет Тра.

— Хорошо, — говорит Тру, потирая краску у корней волос. — "Мастер" — это, пожалуй, сильное слово.

— Как и "маскировка", — отвечаю я с усмешкой.

— Чувак, ты прекрасно выглядишь, — обращается Тра к Тру. — Красив как никогда.

— Что вы украли? — Я понижаю свой голос на тот случай, если у владельца нет чувства юмора.

— Ох, братан, ты теряешь хватку. Она видела. — Тра оглядывается по сторонам, чтобы убедиться в том, что никто не подслушивает.

— Ни в коем случае. Мое прикосновение подобно маслу, — Тру показывает свои, уже пустые, ладони и шевелит пальцами.

— Она просто умна, вот и все. Они может понять такие вещи.

— Да, и именно поэтому мы очень плохо себя чувствуем, рассматривая твою кандидатуру для боев. Кстати, как ты относишься к костюму монашенки?

— А еще лучше, к очкам, как у горячей библиотекарши. — Тру кивает мне, словно дает совет.

— Разве так будет лучше? — глаза Тру широко открыты от удивления.

Они смотрят друг на друга и одновременно выдают:

— Грязевые бои библиотекарш! — Они пожимают друг другу руки, словно возбужденные маленькие мальчики.

В коридоре все на нас смотрят.

— Видите? Посмотрите только на их интерес, — говорит Тру.

Но

в этот момент коридор очищается, так как все люди выбегают через дверь. Что-то случилось.

— Что происходит? — спрашиваю я у кого-то, когда он выглядывает на улицу.

— Понятия не имею, — он выглядит испуганно, но заинтриговано. — Из-за толпы я ничего не вижу. Ха, и ты тоже?

Женщина проносится мимо нас.

— Кто-то был найден мертвым или покалеченным. Что-то такое. — Она выходит за дверь, впуская холодный воздух.

Мертвым или покалеченным…

Я следую за ней.

Снаружи, перед главным зданием, небольшая толпа, над которой витает напряжение.

Солнце все еще низко висит над горизонтом, но пасмурная погода слово истощает цвета, окутывая все вокруг оттенками серого.

Люди смотрят на противоположную сторону дороги Эль Камино. Там находится роща, где я преследовала белку. Днем это красивое и мирное место с деревьями, расположенными достаточно далеко друг на друга, чтобы образовывать пятнистые тени, но не погружать рощу во тьму. Но поскольку стоит пасмурная погода, роща выглядит зловеще и предвещает что-то дурное.

Несколько человек бегут из здания прямо в рощу, другие же колеблются, прежде чем направиться туда. Многие остаются у здания, надеясь на то, что здесь безопасно, и искоса смотрят в сторону рощи, пытаясь разглядеть то, что происходит в тени деревьев. Я останавливаюсь, пытаясь разобраться в ситуации, а затем присоединяюсь к тем, кто бежит к роще. Я не могу не задаться вопросом, что тянет их в этот тусклый свет. По пути я слышу обрывки разговоров, дающих мне кое-какие ответы.

Я не единственная волнуюсь о тех, кого люблю. Многим людям пришлось разделиться во время хаоса, воцарившегося после ангельского вторжения, или атаки на Обитель. Теперь они волнуются об оставшихся членах семьи, боясь, что им могли навредить. Другим было просто любопытно и они, ободренные большим количеством людей, шли за ними, чтобы узнать, что случилось.

В любом случае, нас достаточно для того, чтобы образовать очередь у прохода в заборе. Он представляет собой проволочное ограждение в металлической раме, доходящее мне до груди. Поскольку забор ограждает рощу с обеих сторон и тянется на несколько кварталов во всех направлениях, остается только перелезть его.

Под деревьями собирается небольшая толпа. Я могу чувствовать их беспокойство и слышать напряжение в их голосах. Меня одолевает нетерпение. Здесь произошло что-то серьезное и почему-то я уверена, что это как-то касается моей семьи.

Я мчусь вперед, расталкивая толпу.

То, что я вижу, я не смогу стереть из памяти на протяжении всей своей жизни.

Глава 18

Моя младшая сестра борется в тени.

От нее тянуться веревки, удерживаемые мужчинами. Одна веревка обвязана вокруг ее шеи, две других вокруг запястий и еще две вокруг лодыжек.