Миргород
Шрифт:
– Ха! В шляпе ходит, а вроде нормальный!
– на плечо Иеро опустилась тяжелая ладонь.
– Понимает, а?
– толкнули справа.
Вокруг вдруг оказались очень дружелюбно настроенные местные люди. Они смеялись над приезжим, зашедшим в одиночку в рыночный район, пожимали ему руку, знакомясь, хлопали по плечам, радовались ситуации. Подходили еще люди, им рассказывали, экспрессивно размахивая руками, показывали, что и как, смеялись, те тоже включались в веселье. Иеро вдруг стал центром небольшой толпы в узком закоулке между торговыми рядами.
– Спасибо, что приехали,
– Не оглядывайтесь! Нам еще рано знакомиться лично. Просто помните, вас здесь очень ждали. Вы нужны нашему городу.
Уже оборачиваясь, Иеро почувствовал внезапную пустоту за спиной, которая опять заполнилась чужими телами плотной толпы. За спиной теперь стоял один из грузчиков, казалось, только что скинувший тяжелый ящик с плеча. Горячий, пахнущий потом и машинным маслом, он был таким большим, что Иеро просто уткнулся носом в его грудь. Нет, пожалуй, шептал не он. Такой не шепчет - кричит.
Улыбаясь налево и направо, кивая, пожимая руки, он выдрался из толпы. За ним бежал с белозубой улыбкой от уха до уха паренек лет пятнадцати на вид.
– Господин! Вы обронили бумажник!
Ага, как же. Обронил. Внутренний карман до этого был надежно застегнут. Выходит, они тут все в одной компании. У мелкого воришки не вышло - организовали толкучку, показали молодому, как надо работать. Иеро в восхищении помотал головой, рассмеялся. Паренек рассмеялся тоже, протягивая бумажник. Ну, что же. Вот тебе, заслужил. Иеро протянул купюру и был удивлен, что ее не приняли.
– В чем дело? Ты нашел бумажник, я тебе благодарен.
– Нам сказали, господин, что вы гость нашего города. Не стоит обижать хозяев.
Еще миг, он отступил назад, пригнулся, ввинчиваясь в толпу, и вот уже не виден. А "гость города" остался стоять в раздумьях о полученном от, видимо, каких-то "хозяев" статусе, подкидывая на ладони возвращенный бумажник.
Незаметно он дошел до следующей невидимой границы, отделяющей рынок от города. Дальше снова были жилые кварталы. Там впереди прогуливались люди и ездили машины. Иеро обернулся: сзади был совсем другой мир.
На границе двух миров сидел на выщербленных ступеньках гитарист в защитного цвета куртке и брюках, и напевал странно знакомую песню:
Ты не достроил на песке безумно дивный, чудный город.
Я спешил к тебе, но он, увы, тебе уже не был дорог.
Ты забыл бы постепенно обо мне.
Но я достроил все же твой безумно дивный, чудный город.
Гитара звенела, голос был тихий и глухой. Мимо шли люди, не обращая внимания. Иеро остановился - в кармане лежала купюра, приготовленная для того паренька с бумажником. Вот она и полетела в раскрытый футляр гитары, стоящий у ног певца.
И забудешь постепенно о войне.
И миллионами огней тебя прельстит мой чудный город.
Кивнув благодарно, допел музыкант и тут же стал убирать гитару. А сзади снова вежливо кашлянули и опять прозвучали те
– Представьтесь и предъявите оружие. Медленно и осторожно.
На расстоянии двух шагов опять стояла парочка в сером. Другие, похоже. Те просто по времени не могли оббежать вокруг и теперь дожидаться здесь. Хотя похожи, как родные братья.
– Я не вооружен...
– И этим нарушаете. Так. Приметы сходятся, - негромко сказал один.
– Худощавый, выше среднего роста, бритый, глаза карие, рот маленький, губы тонкие... Господин Путник? Разве вас не предупредили, что мы следим за порядком и исполнением закона? Сожалею, но придется пройти с нами.
– Не так быстро, не так быстро, - кто-то сзади отодвинул Иеро в сторону и выступил вперед.
Тоже бритый наголо. Шляпа в правой руке. Вернее, шляпа на правой руке. А что в руке - скрывает шляпа.
– Во-первых, вы еще на территории рынка.
– Не так. Территория рынка закончилась метром ранее, - спокойно ответил один из "серых", разведя руки в стороны и показывая, что он ни в коем случае не собирается спровоцировать подошедшего на стрельбу.
– Да? Ну, ладно. Пусть - уже город. Дальше что и как?
– Он без оружия.
– Он - с оружием.
– Мы просили предъявить, он отказался. Второй раз за этот день. Мы следим за ним с самого утра.
– Это совершенно никуда не годится. Следить за солидным человеком, за гостем города... Я - его оружие. Вот моя лицензия, - в левой руке трепетала какая-то бумажка.
Правая оставалась под шляпой.
Иеро с интересом наблюдал за сценой. Он пока не чувствовал никакой существенной угрозы для себя лично, но угрозу, исходящую от своего неожиданного защитника, почувствовал сразу. Причем, угрозу не в его сторону.
– А ведь мы знакомы?
– вдруг шагнул непрошенный защитник вперед, заглядывая под поля серой шляпы.
– Геннадий Николаевич, товарищ майор, ты здесь теперь, что ли?
– Не зарывайтесь, Либер, - проскрипел тот сухо.
– Генрих Кузнецки, к вашим услугам.
– А-а-а... Генрих... Ну, да. Ну, да, конечно. Так мы теперь пойдем, значит?
– Идите. И помните, что мы следим за порядком!
Серые синхронно отступили в сторону, а Либер, приобняв Иеро левой рукой, повел его прямо, бормоча на ходу:
– Сейчас с женой познакомлю. На стол поставим. Поговорим малость. А серым - хрен по всей их наглой морде. Ух, ненавижу гадов! Идем, идем!
Иеро и не упирался.
***
Да, я мог тогда стрелять. С полным на то основанием мог. Вот так, как вас, видел его. Нет, ничего личного. Я и не знал его раньше. Получили ориентировку, дежурили у рынка. Нет, на рынок нам было нельзя. Таков тогда был порядок. Такие понятия. Там надо нас целый полк вводить, чтобы все спокойно было. А мы не армия какая-нибудь. Кто мы? Ну... Как сказать-то. Налоговая полиция и арбитражный суд в одном флаконе - вот. Мафия? А чем та же мафия, извините, отличается от налоговой полиции? Формой? Или вы сейчас о чем?