Миргород
Шрифт:
– А как же туман?
– А что - туман? В степи по утрам всегда туман. И что нам с того? От тумана спасает хороший костер, глоток самогонки, которую гонит Лилит, горячий конь под твоим седлом, жаркая цыганская девушка в твоей постели. Мы не боимся туманов. Люди бывают страшнее любых туманов и любых болезней.
– Так выходит, этот туман никого не убивает?
– Никто еще не вернулся из тумана. Все, кто ушел - ушли. А если кто и пришел, то не он. Спасибо, что ты пришел, когда позвали. Я посмотрел на тебя. Но ты - не он.
– Не понял... Я - не кто?
– Я думал, что из тумана вернулся тот, о ком тебе рассказывали. Но нет. Ты - не он. И все же, если вдруг возникнет
– Советом... И только?
– почему-то почти не удивился Иеро.
– А почему я должен помогать тебе чем-то еще? Мы цыгане. Мы помогаем друг другу. Ты цыган?
– Нет.
– Нет. Вот и иди пока, думай над своими вопросами, гость города. За тобой присмотрят, но помощи не жди. Пока не поможешь нам.
– -
Глава 9. Демократия
– Следите за глазами человека и за его руками. Не в том смысле, что ожидайте нападения, что рука вдруг нырнет в карман за оружием или за пазуху. Но глаза и руки зачастую помогут вам определить - правду ли говорит тот, с кем вы общаетесь. Глаза и руки сами выдадут его, сами покажут, куда и вам следует посмотреть. Но не верьте явным признакам, таким, как дрожащие руки, например. Ну, сами подумайте, вы его подозреваете в чем-то, уверены в своей правоте, тем более у него руки, вон, трясутся. А он, может, просто с похмелья дикого. Или нервный. Или больной он. Вы болезнь Паркинсона представляете себе? Себя обслужить не могут, такой тремор!
Этот не ходил по классу, а сидел за столом, рассматривая в упор всех сразу и каждого в отдельности через огромные, как консервные банки, очки. Толстые линзы искажали лицо. Казалось, какой-то фантастический инопланетянин с непомерно большой головой и огромными глазами учит жизни будущих защитников демократии и порядка.
– Предположим, он смотрит куда-то вверх и чуть в сторону. Значит, почти наверняка, врет. Вы задали неудобный вопрос, он готовится обмануть, и глаза сами собой уходят с линии, разглядывают что-то вверху и сбоку, далеко над вашим плечом. Не верьте. Думайте, что он скрывает, заставляйте посмотреть в глаза. Не каждый может нагло врать, глядя в глаза вооруженному человеку.
Он кашлянул, аккуратно вытер губы темным платком - в цвет костюма.
– Если он смотрит куда-то под ноги, ниже ваших глаз, даже просто на галстук, если вы в галстуке, на ремень, на пряжку... Ну, тут все ясно - боится. Остается понять, чего именно боится: боится вас или боится чего-то совершенного им, чего-то противоправного, то есть, боится выдать себя. Он пока еще никого не обманывает. Он слушает вас или просто предъявил документы по требованию и ждет ваших вопросов, но уже заранее боится, прячет глаза. Честный человек не должен бояться. Честный человек должен видеть в вас то, чем вы являетесь на самом деле - защитников его прав и свобод. Если боится, значит, что-то тут не так. Почти наверняка, если задать правильный вопрос, вы сможете заставить его глаза подняться вверх и куда-то в угол. То есть, поймете, чего именно он боится и в чем именно он вам лжет. Предмет лжи становится известен - все, берите его голыми руками.
Преподаватель подумал немного, листая свою тетрадь.
– Глаза "бегают". Руки "суетятся", пальцы перестукивают, как на пианино играют. Что можно сказать? Да, поначалу-то, в сущности, ничего. Просто есть люди, которые физически и нервно разболтаны, не имеют никакой внутренней дисциплины. Не надо "клевать" на это, радоваться, что вот, мол, поймали "на горяченьком". Скорее всего, это просто
– А выражение глаз?
– Какое еще может быть выражение? У глаз на самом деле нет никакого выражения, нет никакого описываемого в книгах сияния внутреннего и прочих разных романтических штучек. Глаз - это такой биологический механизм для приема в себя света через линзу-хрусталик и передачи сигналов по нейронам об изменении освещенности в мозг. И все. Какое может быть выражение у решетки вашего автомобиля? У его фар?
– Но ведь всегда говорят...
– Любое выражение порождают мимические мышцы. Это все лицо в целом. Если мы смотрим за направлением взгляда, нам совершенно наплевать, какие гримасы он в это время строит. Вот, к примеру, была у меня в молодости... Эх, молодость! Да... Знакомая была хорошая. У нее просто верхняя губа была чуть короче, чем нижняя. Не тоньше, а короче. Из-за этого уголки рта всегда были приподняты кверху. Она всегда как будто "улыбалась", понимаете? Всегда. Даже, когда плакала. Так вот, правду говорило то, куда смотрят глаза, а не эта улыбка.
– А если, скажем, он косой?
Класс грохнул в смехе. Похоже, спрашивающий был в этой группе записным остряком, и от него всегда ждали шутки. А шутка с преподавателем, да не обидная, а вроде как в русле лекции, ценилась всегда выше.
– А если он косой, - спокойно отвечал преподаватель, - то бегите от него. Косые - самые опасные люди. Не в том смысле опасные, что их бояться надо, но вот понять, что он собирается сделать в следующий момент, куда он на самом деле смотрит, врет он или не врет, боится или готовится напасть - совершенно невозможно. Не беседуйте с косым. Проверили документы - отпускайте. Или не отпускайте, если уже совершено правонарушение. Но пытаться угадать, о чем он думает, совершенно невозможно.
***
Иеро ужинал.
Обычно в чужих новых городах он ходил в рестораны, изучал кухню, обслуживание, народ вокруг. Смотрел, наблюдал.
Кстати - как это, обычно? Когда в последнее время было - обычно? И какие еще города?
Голова сразу начинала болеть, когда он пытался вспомнить. Наверное, остаточные явления. Вот же "комарики" гадские! Он даже про себя так стал называть ночных посетителей, о которых ему подробно рассказал тезка, выведя предварительно на улицу. Даже странно - он боится, что ли? Или как-то иначе надо понимать его осторожность и нежелание разговаривать о таком в помещении?
Рестораны тут есть. Но есть теперь и не номер в гостинице, а самая настоящая квартира. Дом, то есть. Дом - это не крепость посреди участка земли, окруженного высоким забором. Дом - это место, куда возвращаешься, где все пахнет тобой, где твоя постель, привычно обмятая и удобная. Дом - место, куда возвращаться хочется. Место, о котором вспоминаешь, как только устанешь. Место, где можно скрыться от всех людей. Вот только от мыслей не скрыться.
Мысли - они, как в детстве, когда вдруг повзрослеешь и начнешь мучиться: зачем я? Кто я? Что я тут делаю?