Миромагия
Шрифт:
— У меня голова все еще кружится. — сказал Семен.
— А я прямо ощущаю, как кусок хлеба двигается по пищеводу к желудку…
— А я… — начал было господин Виноградов, но тут резкий удар сбил его с ног.
Бочка кубарем покатилась по накренившемуся борту, банка сгущенки улетела за борт. Семен упал на спину и покатился следом за бочкой, ударился плечом о деревянный бортик и едва успел ухватиться за промасленную тугую веревку. Он поднял голову и увидел, что корабль резко накренило на левую сторону. Бабушка Фима кое-как держалась за мачту. Господин Виноградов шевелился под
— Я здесь, деточка моя! Кровинушка! — отозвалась бабушка Фима. — Бабушка все слышит! Не переживай! Скоро бабушка подойдет! Только не сломай ничего!.. Что тут происходит, черт возьми? На что мы напоролись?
— Я же говорил, что штурвал отпускать нельзя! — донеслось из-под горы хлама. — Судя по всему, куда-то приплыли…
Семен осторожно поднялся. Нос корабля окутывал туман, и было совершенно не видно, что там впереди.
— Я пойду, посмотрю. — пробормотал Семен.
— А я схожу за внученькой. Вдруг с ней что-нибудь произошло? — бабушка Фима стала перебираться от одной мачты к другой, в сторону трюма.
И только господин Виноградов никуда не пошел, потому что пытался выбраться из-под горы хлама.
Семен перебрался на корму, ухватился за покосившийся штурвал и практически ползком добрался до носа корабля. Ветер трепал его волосы. Туман казался вязким и солоноватым на вкус. Семен свесился вниз.
— Там ступеньки! — закричал он взволнованно.
— Что? — из трюма показалась бабушка Фима, тащившая за руку перепачканную зеленой краской Вячеславу.
— Мы наткнулись на ступеньки! Широкие каменные ступеньки! Тут лестница и она ведет… куда-то в туман.
— Не видно, что там дальше?
— Нет. Ничего не видно.
Корабль вздрогнул и накренился еще больше. Вячеслава завопила.
— Кажется, мы тонем! — холодным тоном сказала бабушка Фима. — Без паники! Раз есть ступеньки, то они куда-то ведут. Надо убираться с корабля, и быстрее.
— Но это же мой корабль! — из горы мусора показался господин Виноградов, перемотанный толстенными веревками. — Я не позволю! Это моя единственная мечта!
— Она уже сбылась. Ты поплавал. Теперь можно продолжать путь. — отрезала бабушка Фима. — Подумай о племяннице!
— Уже подумал. Хочу остаться на корабле!
— Подумай о сыне!
— Если бы я знал, где он!
— Подумай о том, что будет, когда корабль утонет. Он же провалится сквозь облака и куда-то упадет!
— Но зато я упаду вместе с ним! — трагически произнес господин Виноградов. — Мам, не отбирай у меня мечту, а?
Бабушка Фима махнула рукой.
— Черт с тобой. — произнесла она. — Делай что хочешь. Совсем меня не слушается… Если там внизу встретишь деда, твоего отца, передай, что я его убью.
— Обязательно передам.
Бабушка Фима потащила Вячеславу по левому борту в сторону корабельного носа. Корабль трещал и ухал, готовый в любую секунду развалиться на части и пойти ко дну. Из многочисленных щелей корабля странным образом проникали золотистые лучи солнца, словно оно было внизу, под облаками, и только и ждало удобного случая, чтобы принять тонущий корабль в свои
Семен перевесился через борт и спрыгнул на лестницу. Под его ногами всколыхнулся туман, обнажая изумрудный мох, покрывающий ступеньки. Здесь, в сером тумане, было тихо. Семена мгновенно настигло ощущение полного и неотвратимого одиночества. Проглядывалась четкая граница между розовыми облаками и серым туманом. Будто невидимый художник нарисовал кистью разделительную полосу. А еще стало холодно. Семен поежился и поспешил подхватить свисающую через борт корабля Вячеславу. Корабль задрожал и накренился еще больше. Вячеслава издала вопль и свалилась в объятия Семена, будто мешок с картошкой. Семен едва не улетел со ступенек вниз, в непроглядную серость. В пояснице что-то звонко хрустнуло.
— А меня кто-нибудь поймает? — свесилась сверху бабушка Фима.
Семен поспешил на помощь. Когда ноги бабушки Фимы коснулись лестницы, корабль затрещал, заскрипел и начал медленно отплывать в сторону, погружаясь в розовые облака все больше и больше.
Внезапно на носу корабля, у штурвала, возник господин Виноградов. Он счастливо улыбался и махал рукой.
— Береги себя! — крикнула бабушка Фима, а потом ворчливо добавила. — Вечно он без царя в голове. И когда женился, не думал. И когда путешествовал, не думал. И вот сейчас, не думает.
— Он же всегда об этом мечтал. — осторожно заметил Семен. — Может быть, впереди его ждут приключения…
— А, может, вечная тишина и спокойствие. — добавила бабушка Фима. — Все я понимаю. Думаешь, старая дурра? Не на ту наткнулся, да!
Корабль почти скрылся в розовых облаках. Господин Виноградов крутанул штурвал, разворачивая корабль. Облака розовыми вихрями взвились вокруг, скрывая корабль от посторонних взглядом. А когда вихри рассеялись, корабля уже не было. И вновь стало тихо и спокойно.
— Пойдем. — сказала бабушка Фима, беря Вячеславу за руку. — Я уже так устала, что продала бы душу за уютную кровать, чашку горячего кофе и ужин…
— Я бы не отказался от куриного окорока. — мечтательно пробормотал Семен и побрел по уходящим в серый сумрак ступенькам.
Зомби определенно шевелились.
Умник постарался идти быстрее, но ноги не слушались. В какой-то момент умник споткнулся и упал лицом в холодную снежную жижу. Грязь набилась ему в нос и в рот. Умник закашлял и попытался подняться.
— Мне кажется, он все еще пытается убежать. — сказал голос над головой. Это был голос зомби — без эмоций, тихий… мертвый.
— Ему почти удалось. Еще каких-то сто метров, и, может быть, он бы оказался на свободе.
— Но сто метров, это длинный путь.
— Вы, как всегда, правы. Как дела у вашей прапрапрабабушки?
— О, у нее снова пропали обе челюсти. Вынуждена общаться при помощи подмигивания.
— Это так мило.
— Господа, хорош трепаться, давайте приступим к делу…
Кто-то схватил Умника поперек живота. Он ударил, не глядя, угодил кулаком во что-то мягкое, бесформенное. Кто-то засмеялся. Смех размножился, разнесся по воздуху, вырвавшись из сотен открытых ртов.