Миротворцы
Шрифт:
Несмотря на отчаянно бьющееся сердце и пот, заливающий глаза, Володя увидел, как Наставник подобрался незамеченным к машине - синему "вольво"; как притаился, чего-то выжидая, а потом резким движением распахнул заднюю дверцу. Он уложился в доли секунды. Быстрые короткие движения мечом словно работа поршня. Ни один из "нечестивцев" не ус-пел издать и звука.
Наставник закончил, мягко прикрыл дверцу "вольво" и, всё так же пригибаясь, побежал назад.
– Как всё прошло?
– спросил его брат Виктор.
– Нормально, - сдавленно
– Тогда уходим.
И они опять побежали по ночному лесу, уворачиваясь от веток и перепрыгивая через тор-чащие корни.
Всё прошло тихо и гладко, но что-то беспокоило Володю. Может быть, именно эта про-стота, с которой Наставник совершил убийство. Вот, с братом Василием, мужеложцем, всё бы-ло ясно: честный благородный поединок, и хотя постороннее вмешательство прервало его - но правильность ситуации не вызывала у Володи сомнений. Но в этот раз всё по-другому: ночь, шпионская одежда, бесшумное и стремительное нападение из темноты. Не было в этом благо-родства - хоть тресни!
"А кроме того они были безоружны," - понял Володя.
– Ведь что такое заточка против меча?" Его вдруг затошнило, желудок не выдержал, и Володю вырвало горькой желчью. Зады-хаясь, он сорвал с себя шапку и отбросил её далеко в сторону.
* * *
К десяти они вернулись на квартиру к Наставнику. Всё обошлось, и подозрения Настав-ника относительно брата Виктора не оправдали себя.
Брат Виктор чинно попрощался с Наставником и Володей, собрал вещички и уехал. На-ставник и Володя остались наедине.
– Удачное дело, - сказал Наставник, потирая руки.
– Очень удачное.
Володя же, понурясь, сидел в кресле.
– Жаль только ты маску потерял, - обронил Наставник.
– У них теперь есть твоя груп-па крови. У тебя, кстати, какая?
– Первая, резус положительный, - машинально отозвался Володя, потом спохватился.
– Но ведь я не был ранен.
– Это ничего не значит. На маске осталась твоя слюна, пот, волосы - по этим выделе-ниям вполне можно определить группу крови. Но ничего, первая, резус положительный - у ка-ждого второго.
– Нельзя, - неожиданно для самого себя сказал Володя, - нельзя этого было делать. Это неправильно.
– О чём ты?
– Наставник повернулся к нему.
– Сегодня утром я... напал... на своих врагов... Они когда-то унижали меня, и я решил... что пришла пора поквитаться. Но я был неправ! Нельзя бить безоружного. Даже если он - грешник, нечистый - нельзя!
– голос у Володи сорвался.
– А вы тоже... били их, убивали их... безоружных... Вы неправы, Наставник!
Взгляд Наставника вдруг поскучнел.
– Ты слишком возбуждён, Воин, - сказал он просто.
– Слишком возбуждён. Тебе надо отдохнуть, собраться с мыслями. Пойдём - я тебе кое-что покажу.
Володя, исчерпавший последние душевные силы в выкрике: "Вы неправы, Наставник!", молча повиновался.
Наставник привёл его к двери
– Ты многое пережил, Воин, - сказал Наставник.
– Другие и за всю жизнь не испыты-вают того, что пришлось испытать тебе. Но это не даёт тебе права сомневаться в словах Божьих. Потому что в этих словах Истина. И что такое твоя боль и твой страх перед лицом Ис-тины? Готовься к новым испытаниям, Воин.
– Я не хочу, - прошептал Володя.
– Но этого хочет Господь. Ибо сказано: "Раб же тот, который знал волю господина сво-его, и не был готов, и не делал по воле его, бит будет много; а который не знал, и сделал дос-тойное наказания, бит будет меньше. И от всякого, кому дано много, много и потребуется, и кому много вверено, с того больше взыщут". Посиди и подумай над этими словами, Воин.
Дверь со скрипом закрылась; в замке повернулся ключ. В кладовке стало совсем темно...
Глава восемнадцатая
На войне как на войне
1.
Сработал зуммер. Следящая программа засекла движение на отметке "четырнадцать" ("юг-восточное направление, внешний периметр") и, подав сигнал, укрупнила изображение на мониторе.
– Есть контакт, - объявил Князев.
– Час пятьдесят девять по московскому. Объект движется с юга. Всем приготовиться!
– Как выглядит объект?
– спросил Артемьев, перебираясь к двери, ведущей во двор.
– Подросток. Метр шестьдесят. В спортивном костюме. На поясе... на поясе какие-то странные ножны.
– Можно взглянуть?
– Зак наклонился к монитору.
– На Володю, вроде, не похож.
Князев ещё укрупнил изображение.
– Нет, непонятно, - сказал он.
– Плохо видно...
Новый зуммер.
– Отметка "тринадцать". Он приближается...
Все напряженно следили за перемещениями подростка.
– Отметка "двенадцать", - объявил Князев.
– Он подходит к дому. Переключаюсь на камеры "чёрного" хода. "Седьмая" камера, верхний уровень...
– Это не Володя, - сказал Зак.
– И не Пашка. Этот парень мне незнаком.
– Разведчик, - предположил Князев.
– Скоблик проводит рекогносцировку. Но меч у него на поясе - это да!
– Поговорите с ним, Ефим Алексеевич, - предложил Зак.
– Интересная мысль, - оценил Князев.
Он придвинул к себе настольный микрофон, прокашлялся и нажатием кнопки "мыши" подключил внешние динамики.
– Добрый вечер, молодой человек!
– сказал Князев, и подросток, проверявший в этот момент, заперта ли дверь "чёрного" хода, подпрыгнул от неожиданности и схватился за руко-ять меча.
– Не нужно делать резких движений, - предостерёг Князев.
– Мы вовсе не желаем вам зла. Вы, как я понимаю, разведчик? Так вот передайте Льву Васильевичу, что мы ждём его для непосредственных переговоров об обмене...
– Ефим отключил динамики.
– Ох как при-пустил!