Миротворец 2
Шрифт:
— Все это вы тоже получите… как уж у вас там назывался первый фильм?
— Прибытие поезда, — напомнил Луи.
— Вот-вот — прекрасное название… можете для начала экранизировать роман Толстого «Анна Каренина», слышали?
— Ну как не слышать, государь, — ответил тот же Огюст, — Толстой это имя…
— К тому же роман тесно связан с поездами… полностью, конечно, перенести его на пленку будет затруднительно, там сорок авторских листов, можете сокращать, как хотите… да, к автору съездите в Ясную Поляну, он наверняка будет рад такому знакомству.
— Это все, государь? — спросил Огюст.
—
— Крым это интересно, — сказал молчаливый Луи, — много про него слышал, но никогда не бывал.
— Сейчас там не очень весело, — ответил ему царь, — но через 3–4 месяца начнется весна и вс заиграет. А кинофильмы вам придется выпускать примерно с такой же скоростью, как на конвейере. Знаете, что это?
— Я видел, — отозвался Луи, — в Англии в прошлом году — подвесные ковши непрерывно перемещали там уголь из шахты к вагонетками.
— Вот-вот, именно с такой скоростью вам и предстоит работать… поначалу финансирование будет из госбюджета, но надеюсь, что не позднее, чем через год, потекут деньги от зрителей… причем очень хорошие деньги — вы оба будете миллионерами.
— Согласны даже и на сто тысяч, — переглянулся Луи с братом.
— Да, и последнее, — вспомнил Александр, — нужна будет школа кинематографии… можно даже университетом ее назвать — там будут обучаться будущие работники вашей отрасли. Насчет этого специальный указ выйдет. Где вы остановились, господа? — неожиданно перешел он к бытовым вопросам.
— Ээээ… — запнулся даже находчивый Огюст, — пока нигде, прямо с Варшавского вокзала сюда приехали.
— Могу предложить вам остановиться здесь, в Зимнем дворце — в левой половине у нас имеются гостевые комнаты… заодно заснимите интерьеры дворца — может, пригодится в дальнейшей работе. А примерно через пару недель у нас ожидается спуск на воду нового боевого корабля императорских ВМФ, он называется крейсер «Аврора» — там ваши услуги тоже понадобятся.
И братья Люмьеры отправились обустраиваться, а государь-император немного поразмышлял и заказал наутро свой Вагон №1 маршрутом до Иваново-Вознесенска. Туда, где у фабриканта Саввы Морозова стояли основные производственные цеха и где он начал строить новый автомобильный завод. Визит абсолютно не афишировался, поэтому прошел без ненужной шумихи — прямо с ивановского вокзала Александр очень быстро переправился прямиком в головную контору Морозова. Тот был предупрежден и встретил царя с распростертыми объятьями.
— Рад встрече, — потряс ему руку Александр, — приехал вот посмотреть, как продвигаются дела в новой отрасли…
— Неплохо продвигаются, государь, — живо отвечал Савва, провожая нежданного гостя в свою приемную.
Тут на себя сразу же обращали внимание многочисленные картины, развешанные нюпа стенах.
— Это Репин? — спросил царь, указав на живописный портрет хозяина.
— Что вы, государь, — открестился тот, — всего лишь Серов. Репин в изобразительном искусстве это примерно как вы
— Надо будет заказать этому Серову мой портрет… — задумчиво произнес Александр, прогуливаясь дальше вдоль ряда картин. — Вы, кстати, в курсе, что я привез штук двадцать работ из Парижа?
— Что вы, конечно, не в курсе, — ответил купец, — расскажите, что именно привезли и почем…
— Почем — это главный вопрос для хозяйственника, — усмехнулся царь, — ладно, начну с него — за шестнадцать картин я отдал десять с половиной тысяч франков, это в рублях где-то 5–6 тысяч.
— С одной стороны приличная сумма, — начал вслух размышлять Морозов, — а с другой — все зависит от того, как они будут расти в цене… фамилии художников не назовете?
— Легко, — ответил царь, размешивая ложечкой чай в стакане, — Ренуар, Мане, Сезанн, Дега, Писсаро… и примкнувший к ним Ван Гог, он уже умер, но у Ренуара его пара работ завалялась.
— Знаю в принципе всех, кроме этого последнего Ван Гога… — ответил Морозов.
— Кстати, очень рекомендую этого последнего, — дал полезный совет Александр, — если случится оказия, покупайте без раздумий. А теперь давайте о делах поговорим.
— Конечно-конечно, государь, — засуетился Морозов, — дела должны идти первым, так сказать, делом, — и он сам засмеялся своему немудрящему каламбуру. — Цех по производству колесных агрегатов заложен три месяца назад, окончание строительства намечено на весну следующего года.
— Что планируете выпускать в этом цеху? — Александр отставил стакан с чаем в сторону и приготовился к обстоятельной беседе.
— Было два варианта, — ответил купец, также отставив свой стакан с чаем, — первый — аналог немецкой машины авторства Даймлера, а второй — что-то наподобие американского Олдсмобиля. Но вчера приехал господин Рено, а вместе с ним появился и третий вариант… строго с двигателем внутреннего сгорания и с карданным валом на задние колеса.
— Яковлева вы к работе привлекли? — вспомнил на нижегородскую выставку царь.
— Конечно, он у нас теперь главный по двигателям… могу провести и познакомить, если вы не знакомы.
— Пойдемте, — легко поднялся Александр, — заодно и ноги разомну, а то все сижу и сижу, геморрой недолго так насидеть.
— Вы прямо, как Петр Первый, — счел нужным польстить ему Морозов, — тот тоже во все дела лично вникал…
— И в самом деле, — даже немного смутился царь, — благодарю за такое лестное сравнение.
А вечером, уже после инспекции строительной площадки, царь завел с Саввой разговор о высоких материях.
— Скажите, Савва Тимофеевич, — спросил он, — что у вас народ говорит про выборы в Госдуму? Ну или думает, если не говорит…
— Знаете, Александр Александрович, — отозвался купец, — я в такие подробности как-то не вникал — не бастуют, подпольные листовки не распространяют, и слава богу. А если вам мое личное мнение на этот счет нужно, могу сказать без утайки.
— Говорите свое личное, — не стал настаивать царь.
— Так вот… — Морозов налил новые два стакана чая из самовара и продолжил, — у нас же на Руси уже была Дума, и не одна — батюшка Иван Васильевич ее уже учредил, если я не путаю…