Миры Империума
Шрифт:
— Давайте все же попытаемся понять друг друга, мистер Керлон,— сказал Баярд.— Если бы я мог объяснить, вам все стало бы ясно, но, к сожалению, есть вещи, о которых я просто не имею права вам говорить.
— Мы ходим кругами, полковник. Полагаю, вы и сами это понимаете.
— Круг сужается, мистер Керлон. Надеюсь, что это не петля, которая всех нас задушит.
— Не слишком ли драматично, полковник? Вас послушать, так скоро наступит конец света.
Баярд кивнул, не отводя от меня взгляда. В разноцветных отблесках приборной панели четко выделялись морщины на его напряженном
— Именно так, мистер Керлон,— ответил он.
Взошла луна, прочертив на воде серебристую дорожку. Мы миновали Бермуды и увидели далекие огни Азорских островов. Прошло еще два часа, прежде чем вдали появилось побережье Франции.
— Судя по показаниям датчиков,— сказал Баярд,— мы находимся в нескольких милях от предмета наших поисков.
Он повернул рычаг, и освещенный луной берег бесшумным плавным движением провалился вниз. Мы поднялись на несколько сотен футов над полями, пронеслись над черепичными крышами небольшой деревни и полетели вдоль узкой дороги, извивавшейся среди лесистых холмов. Далеко впереди на фоне черной земли блеснула широкая река.
— Сена,— сказал Баярд, глядя на подсвеченную карту, развернувшуюся на небольшом экране перед ним, с красной точкой в центре, отмечавшей наше положение.— Похоже, мы совсем близко.
В самом широком месте реки виднелся высокий, покрытый деревьями остров.
— Вам ничего не кажется здесь знакомым? — спросил Баярд.— Не бывали тут раньше?
— Нет. Впрочем, ничего особенного. Река и остров.
— Не просто остров, мистер Керлон,— сказал Баярд,— Взгляните внимательнее.
Казалось, он с трудом пытается скрыть волнение.
— Там какое-то сооружение,— сказал я. Теперь я мог хорошо его различить: массивное каменное строение, увенчанное зубчатыми башнями.
— Достаточно знаменитое — оно известно под названием Шато-Гайяр,— сказал Баярд и посмотрел на меня.— Вам это ничего не говорит?
— Кое-что слышал. Довольно старое, не так ли?
— Лет восемьсот.
Пока мы разговаривали, наш летательный аппарат пересекал реку, направляясь к каменным стенам и башням крепости. Баярд тронул несколько рычажков, и мы остановились, повиснув в воздухе футах в пятидесяти от поросшей плющом высокой стены; камень в промежутках между темными листьями казался столь же древним, как и скалы внизу.
— Мы в пятистах футах от центра резонанса,— сказал Баярд.— Он находится где-то под нами.
Стена перед нами скользнула вверх — мы начали быстро опускаться. Между выветрившимися опорами, цеплявшимися за камни, словно когти, виднелись узкие бойницы, У подножия стены мы остановились.
— Наша цель находится примерно в двенадцати футах под этой точкой и приблизительно в шестнадцати футах к северо-северо-востоку,— сказал Баярд.
— То есть она где-то внутри фундамента,— заметил я.— Похоже, нам не повезло.
— Сейчас вам вновь предстоит испытать необычные ощущения, мистер Керлон,— сказал Баярд.— Сохраняйте самообладание.
Он щелкнул переключателем. Изображение на экране сменилось голубоватым свечением цвета газового пламени, напоминающим сплошную стену. Баярд повернул ручку,
— Мы находимся в толще камня,— спокойно произнес Баярд, словно показывая на дома кинозвезд.
Мы остановились, и я почувствовал, как на меня давят несколько миллионов тонн планеты, от которых меня отделяла лишь тонкая оболочка корпуса.
— Неплохая у вас машина,— пробормотал я.— Что она еще умеет?
Баярд едва заметно улыбнулся и коснулся нескольких кнопок. Каменная текстура вокруг нас закружилась, словно мутная вода, сквозь которую сочился тусклый свет. Мы продвинулись вперед футов на десять и, пройдя сквозь стену, оказались в небольшой комнате с каменными стенами и полом, без окон, покрытой толстым слоем пыли. После путешествия сквозь камень казалось, будто там почти светло — можно было даже различить некоторые предметы обстановки: потрепанные лохмотья сгнившего гобелена на стене, грубо сколоченную деревянную скамью из неструганых досок, несколько железных тарелок и кружек, украшенных разноцветными камешками, какие-то безвкусные украшения, куски ржавого железа.
— Возможно, мы кое-что нашли, мистер Керлон,— сказал Баярд, и на этот раз голос его звучал уже не столь спокойно.— Выйдем посмотрим?
Баярд повозился со своими приборами, и тихое гудение, о котором я уже успел забыть, смолкло, а изображение на экране исчезло, словно кто-то выключил проектор. Он щелкнул еще одним переключателем, и тусклые стены залил резкий белый свет, отбрасывая черные тени по углам. Панель отошла назад, и я вышел наружу следом за ним. Под ногами стлался мягкий ковер из пыли, и в воздухе чувствовался запах древности, похожий на аромат заплесневелых книг из забытой библиотеки.
— Старая кладовая,— приглушенно сказал Баярд, словно стоя возле потревоженной могилы.— Замурованная много столетий назад.
— Неплохо было бы тут подмести,— заметил я.
— Ткань, дерево и кожа сгнили, если не считать достаточно крупных предметов. А большая часть металла превратилась в ржавчину.
Я пошевелил ногой ржавую груду на полу, и от нее отвалился кусок размером с блюдце. Баярд опустился на одно колено и приподнял искривленный кусок металла.
— Это женуйер,— сказал он.— Наколенник, часть кольчужных доспехов.
В руке он держал прибор, похожий на счетчик Гейгера, с наконечником на кабеле, которым он водил по помещению.
— Здесь действуют невероятные силы,— сказал он.— Датчик напряжения Сети почти зашкаливает.
— И что это значит?
— Ткань реальности натянута до предела, словно в континууме имеет место нарушение непрерывности, разрыв в энтропической последовательности. Подобные силы просто не могут существовать, мистер Керлон, по крайней мере достаточно долгое время, и их необходимо нейтрализовать.