Мишень
Шрифт:
Кларисса Вольпе поселилась в спокойном районе, и мне это было на руку. Вряд ли она впустит меня в дом, а беседовать при лишних свидетелях не хотелось. В современном мире непросто сделать что-то незаметно. Еще пару веков назад мы могли устроить вакханалию у дома Незнакомца, а потом спокойно уйти. Сегодня имелась куча дополнительных сложностей. Например, полиция. Стоит кому-то из бдительных соседей поднять трубку и набрать заветный номер — и начинаются проблемы. Служителя закона, остановившего нас за превышение скорости, можно было зачаровать, если не хочешь платить штраф. Но в
После того, как ваше досье оказывается в списках Интерпола, а вы — в числе разыскиваемых террористов или киллеров, приходится менять личность. Дело трудоемкое. Незнакомцы могли себе это позволить, так как вели дикую жизнь. С карателями все обстояло на порядок сложнее. В роли доктора Кристиана Дойла мне жилось комфортно, и не хотелось по глупости все погубить. Хватило того, что этот детектив Логан умудрился заявиться в мою квартиру и принялся расспрашивать о мадам М., злом и страшном киллере, наводящем ужас на всю Европу.
Я выбросил докуренную сигарету, прислонился к стене дома и спрятал руки в карманы — к ночи холод стал невыносимым, они мерзли даже в теплых перчатках. Детектив Логан. Еще одна маленькая загадка. Или большая, как знать.
Я посмотрел на наручные часы. Кларисса, если верить информации Мораны, должна была приехать в Треверберг на девятичасовом поезде. Вежливая девушка-оператор из «Треверберг Экспресс» сообщила, что он прибыл по расписанию. А сейчас начало двенадцатого. Где ее носит? Решила пройтись по магазинам? Но последние закрывались в районе десяти. Перекусить? Но кому захочется идти в ресторан после дороги? Уж лучше вернуться домой и заказать пиццу или китайскую еду. Пошла на массаж? К парикмахеру? Делает маникюр? Может, отправилась в клуб? Вряд ли. Ведь нужно сменить платье и привести себя в порядок. Разве что если это что-то очень срочное… встреча. И точно не деловая, скорее, личного характера. Например, с тем, кого мы все так активно ищем. Спуститься с поезда — и сразу в объятия любовника?
Что бы там ни было, надеюсь, я не буду мерзнуть тут всю ночь, пока Кларисса Вольпе резвится с кем-то в постели. Это уже переходит всякие границы.
Поднялся ветер, и я поправил шарф. Мысль об охоте не согревала, на предстоящей беседе с Незнакомкой сосредоточиться не получалось. Зато о горячей ванне и стакане глинтвейна думалось хорошо. Правда, сконцентрироваться на этом мне не позволил звук, которого я давно ждал — и который разом заставил меня забыть и про холод, и про ванну. Стук каблучков. Кларисса Вольпе собственной персоной быстро шла к двери подъезда, подбрасывая на затянутой в тонкую перчатку ладони ключи.
Она совсем не походила на Марту — выше ростом, с другими чертами лица, с иной походкой — и я не смог сдержать вздох облегчения. Что ни говори, а увидеть в ней знакомые черты было бы испытанием не из легких.
Кларисса остановилась у двери, набрала код на панели интеркома, чертыхнулась в адрес загоревшейся красной лампочки и принялась что-то искать в сумочке. Наконец она извлекла на свет
— Ошиблась в одной цифре. Вот дура-то.
— Разве маклер не говорил тебе, что следует запомнить код и уничтожить карточку? В дом могут попасть чужие.
Она медленно, словно во сне, отняла руку от кнопок, опустила карточку в карман пальто — и только после этого повернулась ко мне.
— Привет, Кларисса. Помнишь меня?
— К сожалению. Чем обязана?
Холодные серые глаза внимательно изучали мое лицо. И, как я ни старался увидеть в них хотя бы отблеск той маленькой Клариссы, которая боялась чудовищ, ничего не получалось.
— А я-то думал, ты будешь вежливой дамой и пригласишь меня на чашку кофе.
— На чашку кофе тебя будет приглашать твоя подруга. А я тороплюсь.
— Уж не к любимому ли мужчине, который поставил на уши весь Треверберг?
Я почувствовал, как она напряглась, но ей хватило выдержки сохранить спокойное выражение лица.
— А я-то думала, что Треверберг на уши поставила Аннет. Кстати, я могу называть ее твоей любимой женщиной — или вы пока что не афишируете отношения?
— Прекрасная осведомленность.
— Стараюсь, каратель Винсент. Должна же я соответствовать своему любимому мужчине. Извини, но мне пора.
— Не торопись, Кларисса. Удели минутку служителю Равновесия.
Она снова подняла руку, но я подошел ближе и прикрыл ладонью панель с кнопками. Несколько долгих секунд мы смотрели друг другу в глаза, и наконец она сдалась.
— Так и будем здесь стоять?
— Буду рад, если ты угостишь меня кофе в теплой квартире.
— Жаль, не могу доставить тебе такого удовольствия. — Кларисса указала в направлении парка, расположенного рядом с домом. — Там спокойнее. И в такой час нет людей.
В парке не было не только людей, но и нормальных фонарей. Мы с Клариссой миновали несколько участков со слабым, почти не разгоняющим мглу светом и остановились в темноте под большим деревом.
— Романтичное местечко, — похвалил я. — Будь я смертным, регулярно бы приходил сюда для того, чтобы пощекотать нервы.
— Недавно тут зарезали одного незадачливого. — Она подняла голову и поманила меня пальцем. — Так чем обязана, каратель Винсент?
Я наклонился к ней и заглянул в глаза.
— Ты знаешь, что в этом городе два старших карателя?
— Знаю. — Она провела языком по губам. — Охота. Опасность возбуждает, да, каратель Винсент?
— А ты знаешь, почему они здесь?
— Потому что им это нравится. Жертва не важна. Они охотятся ради ощущений. Такие же вампиры, как и все остальные. Как мы. На охоте, каратель Винсент, все равны. И не важно, кто ты — служитель Равновесия или Незнакомец…
— Они здесь потому, что твой любимый мужчина натворил кучу глупостей. Он быстр и ловок, но когда-нибудь он попадется, Кларисса. А до него попадешься ты, потому что когда ему нужно будет выбрать между тобой и свободой, он выберет свободу. Принесет тебя в жертву. А ты еще слишком молода для того, чтобы жизнь тебе наскучила. — Я наклонился чуть ниже и добавил, понизив голос: — Ты знаешь, я всегда держу слово. У тебя будет шанс начать все с самого начала. Стать счастливой. Дело за малым, детка. Мне нужна его голова.