Мишень
Шрифт:
Могла ли думать Незнакомка, что все так закончится?
— Игры окончены, Аннет.
Последнее, что она запомнила, был блеск вывалившейся из портмоне Ролана серебряной монеты, лежащей на сером камне внутреннего дворика ночного клуба «Токио», принадлежащего главе криминального мира Треверберга карательнице по имени Кэцуми. А потом ее поглотила тьма. Что ж, смерть милосердна, если выглядит именно так.
Винсент
— Ну, очередной гениальный план, сучонок? Я уже успела соскучиться по твоим глубокомысленным выкладкам.
— Самый
Дана скрестила руки на груди, закатила глаза и оперлась на стену. Поверх короткого плюшевого платья с леопардовым принтом она набросила легкую кружевную накидку — выглядело все это так, словно она хочет покрасоваться перед кем-то невидимым. Мы уже минут пять стояли в полумраке на лестничном проеме, не двигаясь и стараясь говорить как можно тише. От заветной цели — дворика, куда ушли Анна и Ролан — нас отделяла единственная дверь. Я прислушивался, но безрезультатно: тот, кто строил здание клуба «Токио», был настоящим мастером, умудрившимся воздвигнуть абсолютно звуконепроницаемые стены. Даже мы, обращенные существа, чувствовали себя глухими. Что же, Анна и Ролан находятся в такой же изоляции. Это не могло не радовать.
— Объясни мне, чего мы ждем, Винсент, — заговорила Дана, не выдержав минутного молчания. — А если они убегут?!
— Не убегут, — ответил я убежденно. — Анне бежать некуда.
— А чертовому ушлепку?!
— А если убежит чертов ушлепок, тем лучше. Ты еще не забыла, как охотятся на Незнакомцев?
Дана насмешливо фыркнула.
— Мы выносливее, — продолжил я. — Мы будем бежать быстро-быстро и долго-долго. Совсем как раньше. И так — до тех пор, пока его не поймаем. Помнишь, что это за ощущение?
— Ты совсем одурел и превратился в вампира, сучонок. Вот что я об этом думаю.
— Кто знает, может, ты и права.
Дана бросила на меня подозрительный взгляд.
— Ты голоден? — поинтересовалась она с почти материнской заботой.
— Чертовски голоден. А еще я замерз. Так что охота пришлась бы как нельзя кстати.
— Но ведь ты это не на полном серьезе, Винсент? Мы не будем бегать по всему городу за Незнакомцем?
— Конечно же, нет. Потому что он не убежит. Это тебе не низший вампир, который примется уносить ноги при малейшем признаке опасности. У него есть кинжал из храмового серебра. Вероятно, два кинжала — второй он забрал у Мораны. Уверен, он умеет пользоваться оружием. И он без колебаний пустит его в ход. А мне, в свою очередь, придется пустить в ход свой дипломатический талант. Он не дурак, ему есть, что терять, и вряд ли он хочет умирать. Перед нами у него нет шансов, и он это понимает. Так что придется поговорить.
Дана развела руками, показывая, что крыть нечем. Впрочем, после секундного размышления она все же предприняла попытку возразить.
— А если он возьмет в заложницы бессмертную сучку?
— Это Незнакомец, а не неврастеник-террорист. А даже если и так, что он потребует? Вертолет и миллион долларов? Он сможет скрыться от нас с тобой, но ведь есть еще и Киллиан.
— Ты рассуждаешь так, словно хочешь сохранить жизнь им обоим.
Я бросил взгляд на наручные часы. Кажется, время еще никогда не шло так медленно.
— Так и есть. Они пригодятся Ордену.
— Да ты шутишь! И что же с ними сделают в Ордене? Может быть, перевоспитают?! Психопата-Незнакомца и сумасшедшую девку?!
— Эта сумасшедшая девка — дочь нашей сестры. Никто не виноват в том, что она стала такой. Да и мы с тобой, если так разобраться, не такие уж чтобы нормальные.
Дана толкнула меня в плечо.
— Вот что, Винсент! — выпалила она. — Если ты решил, что сможешь забрать ее в Орден, а потом делать с ней все, что твоей душеньке угодно — знай, что это паршивая идея, и с рук тебе это не сойдет! Может, ты хочешь запереть ее в Отделе Науки? Чтобы вам там никто не мешал? Тебе не хватило?!
— Почему это тебя интересует? Ты с Орденом уже давно не имеешь ничего общего. С Отделом Науки — и подавно. Чем бы мы там ни занимались, это тебя волновать не должно.
— Ах так, мы?! То есть, и твой приятель Киллиан к тебе присоединится?!
Я поморщился и потер висок. Голод уже не досаждал — он сводил с ума и мешал думать. Хотелось влепить Дане затрещину, пусть я и знал, что это не заставит ее замолчать. Скорее бы все закончилось. А потом я поохочусь. Мысль о том, что я буду пить человеческую кровь, мне не нравилась — я забыл, когда в последний раз это делал — но обычная эмоциональная пища сейчас меня не насытит. Я наконец-то наемся вдоволь. Может, отпущу несчастную жертву, предварительно зачаровав, а, может, и нет. Когда отец учил нас с Амиром охотиться, мы убили нескольких людей до того, как научились правильно определять степень голода. Убивать приятнее, чем оставлять в живых — это знает каждый вампир. Дело тут не столько в голоде, сколько во власти, которую мы получаем над жертвой. Она кружит голову. Не так-то просто пересилить себя и отпустить человека. Тем более, до смерти напуганного. Самый сладкий для обращенного существа запах — запах страха.
— Черт, Дана. Клянусь кровью своего создателя, я сожру тебя живьем, если ты сейчас же не замолчишь. Мы можем провести хотя бы пару минут в тишине?
— Конечно, сучонок! Подумай о своей ненаглядной Анне!
— Ну все. С меня хватит. — Заметив, что она хочет что-то сказать, я поднял указательный палец. — Ни звука. Жди здесь. Я позову.
Дана открыла рот для того, чтобы возразить, но выражение моего лица говорило красноречивее слов. Она тяжело вздохнула (не забыв принять обиженный вид) и уперла взгляд в стену прямо перед собой.
Я на мгновение замер перед закрытой дверью. В тысячный раз проверил, на месте ли ножны с кинжалом. Прокрутил в голове сто двадцать пять вариантов развития разговора. Стал бы я беседовать с существом, убившим мою подругу? А с существом, которое когда-то убило моего близкого друга? Нет. Но это я. Смерть друга осталась в прошлом, мстить бессмысленно. Подругу месть тоже не вернет. Он остался один, если не считать его чертовой империи. Наломал кучу дров. Отдал приказ покусать Кэцуми. Убил Морану. Еще предстоит выяснить, сколько темных существ погибло по его вине. Будь на моем месте кто-нибудь другой, он бы вынес не подлежащий обсуждению приговор: развоплощение, и немедленно. А если учесть, что речь идет о Незнакомце — и подавно.
Но нет. Мне в голову пришла дурацкая идея поймать его на живца, воспользовавшись Анной, а потом предложить жизнь в обмен на… это уже не мне решать, пусть разбирается Авиэль. С моей точки зрения Ролан стал бы полезным приобретением для Ордена. Не без вмешательства со стороны, естественно. Кто знает, может, я бы сам не отказался поучаствовать в этом веселье. Я знал, как переобращают темных существ, примерно представлял, как переобращают обычных вампиров. А что получится, если переобратить Незнакомца? Это любопытно. И, пожалуй, ради этого я бы даже вернулся в Отдел Науки. Тем более что здесь мне ловить уже нечего…