Мишень
Шрифт:
– Только не делай ей больно, ладно?
– Шэрон сморгнула пот с глаз.
Я насквозь промокла.
Обливаюсь потом?
Рубашка Хэла прилипла к ее спине. Лифчик и трусики намокли. Хотя она и не стояла в крови, пол под ее ногами был мокрым и скользким.
Обливалась потом из-за того, что окна проклятого здания выходили на запад. Кондиционер не мог справиться с такой жарой. Если он не убивает людей "болезнью легионеров", –
– Что ты делаешь?
– спросил мужчина.
– Пытаюсь понять, кто ты такой. Мне кажется, я почти сообразила.
– Тебе лучше на это надеяться.
– Мы ведь никогда не встречались, верно?
– А ты как думаешь?
– Я почти уверена, что нет.
– А разве...
– Что?
– Ты бы пошла со мной на свидание?
Теперь мы кое-чего добились!
– А ты когда-нибудь просил об этом?
– А ты как думаешь?
– Не знаю, - ответила она.
– Это ты мне скажи.
– Конечно, нет. Ты бы рассмеялась мне в лицо. Ты даже не знала, что я существую.
Похоже на какое-то школьное дерьмо, - подумала она. В те дни - не так уж и давно, хотя порой казалось, что прошла целая вечность, - она была чирлидершей, президентом выпускного класса, королевой выпускного бала. Она постоянно встречалась с Бадом Уэйном, самым популярным парнем в школе. Никто не знает, сколько неудачников бродило по коридорам, умирая от одной ее улыбки.
Это один из них? Думает, может, теперь его очередь? Но это было в Сиэтле, бог ты мой! Он проследил за мной до Лос-Анджелеса?
Это было бы достаточно просто, - подумала она.
– Я не пыталась от кого-то спрятаться.
– Сдаешься?
– спросил он.
– Нет! Не думаю. У меня почти получилось.
Тыльной стороной левой руки она вытерла вспотевшее лицо. Но это не помогло. Зажав пистолет между колен, она сняла рубашку Хэла. Вытерла лицо, потом руки, бока, грудь и живот.
Намного лучше.
Она бросила рубашку на пол и снова взялась за пистолет. Направила его на дверь.
Почему бы просто не выстрелить?
Она представила себе происходящее за дверью, убийцу, держащего Тэффи перед собой, пулю, попадающую в затылок девочки.
Если бы я только знала, где она находится!
Я даже не знаю наверняка, где находится он, – напомнила она себе.
– Он очень близко к двери, но, может быть, с той или другой стороны. Может быть, сидит. Кто знает?
Испугавшись, что слишком долго молчала, она спросила:
– Ты учился в старших классах?
– Хa! Очень хорошо!
– Но это как-то неопределенно.
– Держу пари, что так оно и есть. Трудно кого-то вспомнить, если ты только то и делала, что смотрела сквозь него, как будто его там и не было.
– Это с тобой я так поступала?
– А ты как думаешь?
– oн говорил как разочарованный ребенок.
– Мне очень жаль, - сказала она.
– Я не собиралась тебя игнорировать. В этом не было ничего личного.
– Знаешь что, Шэрон? Здесь все личное. И все имеет последствия.
– Я не хотела тебя игнорировать. Если бы ты когда-нибудь подошел ко мне, поговорил со мной, дал бы мне знать, что ты чувствуешь...
– О, конечно.
– Ты что, хотел меня куда-то пригласить?
Неудачно выразилась, - подумала она.
– Я хотел, чтобы ты обратила на меня внимание. Хотел тебе понравиться.
– Возможно, я бы так и сделала, если бы ты когда-нибудь обратился ко мне. Что я должна была делать, подходить к каждому встречному парню и спрашивать, не хочет ли он назначить мне свидание?
– Ой-ой-ой!
– вскрикнула Тэффи.
Шэрон поморщилась.
– Эй!
– Тэффи обращает на меня внимание. Правда, Тэффи?
Всхлипывая, девочка выпалила:
– Да.
– Оставь ее в покое, - взмолилась Шэрон.
– Пожалуйста. Перестань причинять ей боль. Отпусти ее. Это касается только тебя и меня. Она тебе ничего не сделала. Ну давай, она же еще ребенок. Отпусти ее.
– Кто я такой?
В голове у нее шепотом звучали слова старинного стихотворения:
– Я - Никто. А ты - ты кто? Может быть - тоже - Никто?[11]
– Как я могу догадаться кто ты, если ты ни разу не представился?
– Это твоя проблема.
– Это нечестно!
Он рассмеялся.
– Прости, что я тебя проигнорировала. Я действительно сожалею.
– Держу пари, что так оно и есть. Сейчас. Задним числом все всегда сожалеют - когда приходит время расплаты. Но они никогда не сожалеют, когда игнорируют тебя.
Должно быть... я ему нравилась, иначе не было бы этой проблемы.
– Должно быть, я тебе очень нравилась. Так ведь?
– Конечно.
– И ты хотел, чтобы мы стали друзьями. Ты хотел, чтобы я была твоей девушкой. Ты хотел куда-нибудь пойти со мной.
– Ну, да.
– Ну вот, теперь ты меня заинтересовал. Я пойду с тобой. Прямо сейчас. Мы можем пойти куда-нибудь поужинать и... все, что ты захочешь. Хорошо?
– Слишком поздно. Уже слишком поздно.
– Нет, это не так.
– Скажи мне, кто я, или я начну с этой девочки.
– Но это же безумие! Как я могу...?
Крик боли, вырвавшийся у Тэффи, заставил ее замолчать.