Мистер убийца
Шрифт:
Киллер одевается и собирает вещи.
На улице пустынно. На стоянке безлюдно, только машины ждут утра в ожидании путешествий. В нише ближайшего автомата, где продают всякую мелочь, слышится звон монет, щелканье и треск сатуратора с газированной водой. Киллеру кажется, что он один во всей Вселенной.
Через несколько минут он уже мчится по Семидесятому шоссе в направлении Топики. Рядом, на сиденье, лежит пистолет, прикрытый полотенцем из мотеля.
Что-то зовет на запад от Канзас-Сити. Он не знает, что это, но чувствует, что его неумолимо притягивает запад, как магнит притягивает железо.
Как
Он был уверен, однако, что от него не ждут такого скоропалительного отъезда из Канзас-Сити. Предполагалось, что он переночует в мотеле, а утром отправится… в Сиэтл.
В Сиэтле его, вероятно, ждут указания начальства, которое киллер не мог припомнить. Но он так и не узнает, что могло произойти с ним в Сиэтле, так как этот город вычеркнут из его маршрута.
Ему было интересно знать, когда его боссы, как бы их ни звали и что бы они из себя ни представляли, поймут, что он предал их. Когда они начнут искать его и как они его найдут, если он уже не действует по их программе?
В два часа ночи машин на трассе немного, в основном Это грузовой транспорт, и он обгоняет эти машины, вспоминая фильм о Дороти и ее собачке Тото. О том, как налетевший смерч подхватил их и они оказались в каком-то незнакомом месте.
Позади остался Канзас-Сити штата Миссури и Канзас-Сити штата Канзас. Вдруг киллер сознает, что шепчет:
– "Мне необходимо, мне необходимо".
На этот раз он чувствует, что откровение уже близко. И очень скоро он даст точное название своему желанию.
"Мне необходимо… быть… мне необходимо быть… мне необходимо быть…"
Когда он проехал предместья и темные прерии, он заволновался. Он находился на грани проникновения в тайну, которая перевернет его жизнь.
"Мне необходимо быть… быть… мне необходимо быть кем-то".
В ту же минуту до него доходит смысл произнесенных им слов. Произнося слова "быть кем-то", он имел в виду совсем не то, что мог подразумевать любой другой мужчина; он имел в виду не то, что ему необходимо стать знаменитым и богатым. Он просто хотел быть кем-нибудь. Кем-то, у кого есть настоящее имя. Просто Джо, как говорили в фильмах сороковых годов. Кем-то, кто более осязаем, чем призрак.
По мере продвижения вперед притяжение неизвестной путеводной звезды, влекущей его на запад, становится все сильнее. Он слегка наклоняется вперед, сгорбившись над рулем и пристально глядя в ночь.
За горизонтом, в городе, который он пока не видит, его ждет настоящая жизнь. Место, которое он сможет назвать своим домом. Семья. Друзья. Где можно не стыдиться своего прошлого. Где-то ведь должны быть его домашние тапочки. Жить, имея впереди цель. И будущее, в котором он будет принят, как свой. В котором он не будет парией.
Рассекая ночь, машина мчится на запад.
В половине первого ночи, отправляясь спать. Марти Стиллуотер остановился у детской комнаты, приоткрыл дверь и неслышно переступил
Он любил иногда наблюдать за их сном, просто для того, чтобы убедиться, что они настоящие. Он уже получил свою долю счастья, благополучия и любви. Даже больше того. Не потому ли теперь многие его молитвы не доходили до Бога? Не могла ли. теперь вмешаться судьба, чтобы восстановить баланс?
В древнегреческой мифологии Судьба была олицетворена тремя сестрами: Клото, которая пряла нить жизни. Лаке, которая измеряла длину этой нити, и Антропос, младшей, но самой могущественной, которая обрезала нить по своему усмотрению.
Марти иногда казалось, что так и нужно смотреть на вещи. Он мог представить себе лица этих женщин в белых одеждах явственнее, чем лица своих соседей в Мишн-Виэйо. У Клото доброе лицо с веселыми глазами, она похожа на актрису Анжелу Лансбери. Лаке так же мила, как Голди Хон, но с божественной аурой. Смешно, но он представлял их именно так. Антропос стерва, прекрасная, но холодная, со сжатыми губами и угольно-черными глазами.
Нужно было исхитриться и остаться на хорошем счету у первых двух сестер, не привлекая к себе внимания третьей.
Пять лет тому назад Антропос покинула свое небесное жилище и спустилась на землю. Под видом болезни крови она хотела получить свою часть нити жизни Шарлотты, но, к счастью, не смогла перерезать ее полностью. Эта богиня отзывалась еще на ряд имен помимо имени Антропос. На такие имена, как рак, кровоизлияние в мозг, тромбоз коронарных сосудов, пожар, землетрясение, яд, убийство и многие, многие другие. Не исключено, что она решила нанести им повторный визит под одним из своих псевдонимов, но на этот раз выбрала в качестве своей жертвы не Шарлотту, а Марти.
Зачастую такая буйная фантазия романиста была сущим проклятием.
Вдруг Марти вздрогнул, услышав какой-то щелкающий звук, доносящийся с половины Шарлотты. Звук был низкий и угрожающий, как предупреждение гремучей змеи. И тут до него дошло, кто это мог быть. Половину большой клетки хомяка занимал тренажер в виде колеса, и неугомонный грызун надумал на ночь глядя позаниматься спортом, с ожесточением вращая его.
– Пора спать, Уэйн, – тихо произнес Марти.
Он еще раз посмотрел на спящих девочек, потом вышел из комнаты и тихо закрыл за собой дверь.
Он приезжает в Топику в три часа утра.
Его все еще тянет к западному горизонту, как какое-то мигрирующее существо, вынужденное с наступлением зимы улететь на юг, повинуясь неслышимому зову, спеша на невидимый сигнальный огонь, будто в его крови есть металл, притягиваемый неизвестным магнитом.
До сих пор он ехал по безлюдным местам. Теперь же, в городе, ему нужна другая машина.
Где-то живут люди, знающие его под именем Джон Ларрингтон, пользуясь которым, он арендовал "форд". Когда киллер не явится в Сиэтл, его странные, безликие и безымянные хозяева, без сомнения, начнут искать его. Он подозревает, что эти люди располагают значительными ресурсами и большими связями. Ему необходимо полностью порвать с прошлым и не дать им возможности выследить его.