Митран
Шрифт:
– Да, пожалуй, правильней будет начать именно с этого, - согласился я.
Мы проговорили около трёх часов, я рассказал, разумеется, в усеченном варианте об учебных дисциплинах, методике обучения, лечебной практике, а также о больницах, где эту практику студенты и проходят.
– Лэр Виктор, я не совсем понял, - от задумчивости Шипилон нахмурил лоб, - кто оплачивает лечение в этих ваших больницах?
– Княжество, люди платят налоги и часть этих налогов идет на содержание больниц, покупку лекарств и оплату труда лекарей.
– А эту лечебную
– Не согласен с вашим определением наших больниц, - возразил я, - больница необходима как для обучения студентов, так и для практикующих лекарей. Во-первых, там больше практики, студент знакомится с большим количеством болезней, соответственно больше болезней он и учится излечивать. Во-вторых, при наличии больниц легче везти статистику заболеваний, отрабатывать методику лечения различных заболеваний. В-третьих, в больницах можно проводить экспериментальное лечение.
– То есть в ваших больницах лечат бедных? Ведь богатый человек не позволит над собой экспериментировать.
– Ну да, эксперименты ставят только на бедных и на неизлечимо больных при их согласии, разумеется, - согласился я с замечанием главы школы.
– И вы хотите, чтобы мы открыли такую же больницу?
– воскликнул Шипилон.
– Я ничего не хочу, я всего лишь рассказал вам о плюсах такого решения.
– Это потребует огромных денег, да и здание под эту вашу больницу придется поискать, и обойдется оно не дешево, - задумчиво проговорил глава школы.
– Не обязательно устраивать больницу в центре города, разумнее разместить её в бедном квартале, у вас все равно её услугами будут пользоваться только бедные люди. Вы только подумайте, как повысит престиж вашей школы такое решение? Качество обучения ваших студентов значительно улучшится, а кроме того вас будут считать благодетелями. Со стороны общества открытие больницы для бедных выглядит очень даже благородно, вполне возможно, деньги на её обустройство вам дадут богатые люди города в качестве благотворительности, если вы пообещаете им, например, вписать их имена на какую-нибудь памятную плиту, прибитую к зданию больницы, - усмехнулся я.
– Я подумаю над вашими словами, - сказал Шипилон, очень внимательно меня выслушав.
– Раз уж вы будете думать над вопросом устройства больницы, и поскольку в вашем княжестве профессии лекарей и аптекарей не разделены подумайте за одним и над устройством лаборатории по изготовлению лекарств для этой больницы: нужны помещение, специалисты, оборудование, ингредиенты, - понаблюдав над ошарашенным лицом собеседника, я добавил, - Господин Шипилон, делиться с вами своими знаниями мне будет намного легче при наличии больницы и лаборатории. С ними я и на практике смогу вам показать, то что
* * *
Пока будут решаться больничные дела я решил не бездельничать, а сделать всё-таки так необходимый этому миру самогонный аппарат для чего и отправился на поиски медных дел мастера.
За мной теперь постоянно и неотступно следовали два охранника, сейчас очередь была Кита со Стасом. Проходя мимо богатых домов нас чуть не сбила внезапно появившаяся из-за поворота роскошная карета, запряженная парой белых лошадей, с наглым кучером на козлах, размахивающим длинным хлыстом. Карета остановилась у одного из красивых домов и из неё вышла высокая девушка в белоснежной дубленке, украшенной серебристой вышивкой и такой же шапке с меховой окантовкой на голове. Девушка повернула голову и моё сердце совершило скачок. Она стояла в нескольких шагах от меня, такая гордая и красивая.
"Снегурочка" - пришло мне в голову.
Опередив здравую мысль о том, что здесь так не принято, я окрикнул её:
– Лэра Ксения!
И когда наши глаза встретились я помахал ей рукой, улыбнулся и прибавил шаг. Она мило прищурилась, видимо пытаясь рассмотреть наглеца, посмевшего так по-плебейски окрикнуть благородную даму. Узнав обидчика, её лицо сначала озарила эмоция удивления, затем раздражения, а затем и гнева, фыркнув, она отвернулась от меня и гордо держа осанку вошла в дом.
"Вот и свиделись - подумалось мне, - а так всё хорошо начиналось".
– Ты её знаешь?
– спросили удивленные моей выходкой наемники.
– Нет, ошибся, пошли уже в ремесленный квартал, - ответил я, силясь скрыть обиду и не выдать её голосом.
Медных дел мастер обитал на окраине города в ремесленном квартале. В свою мастерскую он нас не пригласил, поскольку в этом мире все тщательно охраняли свои секреты от посторонних.
– Мне нужно вот такое устройство, - сказал я, протягивая мастеру чертежи, выполненные на деревянных дощечках.
По моему замыслу должен был получиться аламбик-переросток, состоящий из перегонного куба примерно на двадцать литров, шлема, охладителя и сухопарника, ну и медных трубок для соединения, отвода пара и небольшой спирали для охладителя.
– Очень интересно, видел похожие у мастеров с востока, - проговорил мастер, с интересом рассматривая чертежи, - а для чего он вам?
– Жидкости буду перегонять, я лекарь, делаю лекарства, - пояснил я.
Мастер окинув меня оценивающим взглядом, заговорил о цене.
– За всё десять золотых.
– Почему так дорого?
– удивился я, - сколько у вас стоит медь?
В результате получасового торга сошлись на пяти золотых и десяти днях работы.
На обратном пути решил пройти через торг, купить ингредиенты для самогона.
– Господин! Господин!
– услышал я крик, проходя мимо торговых рядов.
Повернувшись, увидел, что в мою сторону бежит смутно знакомый мужик с радостным выражением лица. Видимо его вид смутил мою охрану, поскольку наёмники напряглись и положили руки на рукоятки мечей.