Много дней лета
Шрифт:
При упоминании о Билле его глаза из-под нахмуренных бровей сверкнули лютой ненавистью.
— С вашей напористостью, — продолжил он, — вы бы обязательно нашли способ предупредить отца и помочь ему избежать справедливой кары. А такого поворота дел я допустить не мог, поэтому вынужден был пойти на обман. Затем решил сделать так, чтобы вы добровольно поехали за мной, и натолкнул вас на мысль о слежке, рассказав, как сам следовал за вами. В отеле специально продемонстрировал, что администратор говорит по-английски, чтобы облегчить вам поиски такси, и даже дал время на решение некоторых организационных вопросов.
— Но почему вы были так уверены,
— Конечно, я рисковал. Однако вас слишком ослепила самоуверенность. Разве я не прав? Ведь я же предупредил, что могу заглядывать в души.
У Клары чесались руки от желания ударить по его дерзкой физиономии. Леонардо Висконти слишком мало знаком с ней, чтобы делать скоропалительные выводы. Да, она женщина целеустремленная, с четко сложившимися взглядами и образом жизни. Но разве она высокомерная, самонадеянная? Нет! Никогда! И если коварному синьору удалось провести ее, то только потому, что Клара слишком переживала за отца, а потому почти утратила замечательную способность рассуждать трезво и логично.
— Вы не посмеете держать меня здесь против моей воли! — воскликнула девушка пронзительно. — Вы, очевидно, не только меня, но и Эдварда Джексона принимаете за глупца. Естественно, получив угрожающую информацию, явно отдающую беззаконием, он связался с полицией. И в ближайшее время вас арестуют и осудят как преступника.
— Вы ошибаетесь. Если Джексон действительно заботиться о своем клиенте, он так не поступит. Подумайте, это же очевидно, — в голосе хозяина прозвучала плохо скрываемая скука. — И уже почти с нетерпением он закончил: — Соберитесь с силами и мыслями, синьорита, призовите на помощь самообладание, которое, как мне кажется, вы считаете одним из своих главных достоинств. Чувствуйте себя в моих апартаментах как дома, потому что на некоторое время они действительно станут вашим домом. Устраивайтесь. Привыкайте. А я удаляюсь на некоторое время, чтобы дать вам возможность прийти в себя.
И Леонардо Висконти вышел из комнаты, тихо закрыв дверь. Лучше бы он хлопнул, мелькнула у Клары бессвязная мысль. Затем она услышала, как в замочной скважине проскрежетал и повернулся ключ и раздался щелчок. Мышеловка захлопнулась.
Девушку передернуло, стало сразу холодно. Огонь бессмысленной злобы угас, уступив место обреченности и апатии. Обвив руками дрожащее тело, она зажмурила глаза. Не надо плакать! Слышишь, не надо!
Скорее всего рассудок Висконти несколько помутился из-за навязчивой идеи о мщении за оскорбленную семейную честь. Явный пережиток старых времен! Он очень точно заметил, что Клара потеряла самообладание.
Да, Леонардо попал в самую точку. Значит, решила Клара, пора отбросить бесплодную ярость. Главное — успокоиться, и как можно быстрее. А для начала прекратить дрожать. Выкрикивать бессвязные фразы, подобно базарной торговке. Разве так общаются с противником? И не стоит обращать внимание на то, что ее надзиратель проявляет себя человеком непоколебимым, упрямым и бессердечным.
Мимолетным взглядом окидывая роскошное убранство комнаты, Клара направилась к окну и, дернув за шелковый шнур с тяжелой кистью, подняла портьеры. Внутренний двор остался где-то далеко-далеко внизу. Гладкая каменная стена, впитавшая солнечное тепло, без всяких намеков на выступы или балконы не
Первая из них вела в довольно просторную гостиную, которая девушку не заинтересовала. Вторая — приглашала в ванную комнату, что показалось ей весьма заманчивым. Третья и последняя дверь выходила на винтовую лестницу, поднимавшуюся вверх, вероятнее всего, на террасу, расположенную на крыше. Клара выбрала ванную.
Итак, единственный выход заперт на ключ, убежать через окно невозможно, как впрочем, и покинуть террасу, не воспользовавшись крыльями. Поэтому единственное, что могла сделать Клара, — набраться терпения и ждать, как будут разворачиваться события.
Девушка надеялась, что аристократ, для которого честь и гордость превыше всего, не решится причинить физический вред слабой женщине. Значит, надо попытаться затронуть лучшие стороны его характера, объяснить, что его план — полное безумие. Ей же самой требуется восстановить душевное равновесие. А что может быть лучше теплой ванны!
Изысканный интерьер ванной способствовал приятному расслаблению. Тревожные мысли, не оставлявшие Клару, вдруг улетучились. Пол, потолок, стены как бы растворялись в дымке серебристо-серого мрамора. Полки и шкафчики из стекла казались настолько хрупкими, что удивляло, как они выдерживают множество хрустальных флаконов и бутылочек с ароматическими маслами, солями, лосьонами и эссенциями. А по краю ванны, настолько большой, что при желании в ней можно плавать, стояли массивные алебастровые вазы с папоротником.
Интересно, сколько времени тратит прислуга на поддержание такой идеальной чистоты, думала Клара, наливая воду из кранов, сделанных в виде позолоченных дельфинов. Затем с чувством необыкновенного облегчения она сбросила с себя мятую одежду.
Очень хорошо, что, кроме нее и непредсказуемого, неистового в ярости синьора Висконти, в замке есть люди. Приятно осознавать, что кого-то можно позвать на помощь в крайнем случае. Ведь ей нужно вырваться из этой золоченой клетки. Главное — не отчаиваться, безвыходных положений не бывает, успокаивала себя Клара, добавляя в воду ароматические масла.
Воздух мгновенно наполнился ароматами лаванды, жасмина и розы. В неописуемом блаженстве девушка погрузилась в теплую благоухающую воду. С приятным теплом, разливающимся по телу, пришло ощущение полного покоя. Волнения, проблемы тяжелого дня растаяли в мягкой, ласкающей кожу воде, в облаке соблазнительных ароматов. Даже Леонардо не казался столь устрашающим и непобедимым. Как приятно! Кларе захотелось лежать в ванне, время от времени добавляя теплую воду и ароматизаторы, целую ночь. Правда, к утру она превратится в розовую сливу. И девушка с сожалением вылезла из воды. Ступни сразу же утонули в мягком пушистом ковре. Волосы, которые она подобрала, получив свободу, мягкими светлыми волнами рассыпались по плечам.
Когда она оденется, то посидит в гостиной, удобно устроившись в одном из красивых кресел, обдумает хорошенько, как укротить упрямого хозяина замка.
Обернувшись в большое темно-изумрудное полотенце, Клара направилась за одеждой в спальню. Жаль, что кроме смены белья и ночной сорочки она ничего не взяла в дорогу. Надевать пыльные мятые брюки и блузку на дышащее чистотой тело — настоящее святотатство, и девушка, решив не торопиться, ограничилась одним бельем.
Бархатный полумрак наполнял комнату, и Клара не стала включать свет. Он был лишним в нежных голубоватых сумерках.