Много шума и... ничего
Шрифт:
— Смотри, какая яхточка, — кинулся ко мне Васька. — Хотела бы такую?
— Если мы не поторопимся, то единственное, что нам светит, — это сосновый гроб, — с тоской в голосе сообщила я ему.
— Вот так всегда, — расстроился брат. — Вечно ты настроение испортишь. Мы тут с Андреем нашли в библиотеке такую славную книжку, в ней все подробно написано про то, как управляться с яхтами, а ты пришла… Что случилось-то?
— Лысый был у наших родителей и просил у них наш адрес, — страшным голосом сообщила я. — Они его, я имею в виду адрес, оказывается, до сих пор не знали. Думали, что мы живем в кемпинге в
— Так они просто не знали, где нас искать, а вовсе не оставили нас в покое? — упавшим голосом уточнил Вася.
— Это еще и лучше! — внезапно оживился Андрей. — Теперь нас ничто не останавливает. Ясно, что они, когда нас найдут, церемониться не станут. Поэтому нам нужно сделать первый шаг.
— И когда ты его намерен сделать? — поинтересовалась я. — Времени у нас немного. В любую минуту бандиты, вычислив наше жилье, явятся сюда.
— Не гони волну, — проговорил изрядно побледневший Вася. — До вечера мы как-нибудь протянем.
Раньше нам в городе появляться нельзя, при свете дня нас мигом вычислят.
Пришлось мне подсесть к мальчикам и вплотную заняться морским судостроением. Книжек было много, и мы всерьез увлеклись. К одиннадцати часам вечера мы здорово проголодались и поднаторели в судоходстве. Разбуди меня с тех пор среди ночи, и я вам расскажу, как устроены турбины на атомной подводной лодке.
— Пора! — заключил Андрей.
Мы вышли из дома и отправились ловить такси.
Делом это было сложным, потому что я наотрез отказалась иметь дело с водителями всех «Волг» — в темноте было невозможно определить сразу, какого цвета их машина. Наконец мальчикам удалось уговорить водителя какого-то чудовищно искореженного жизнью «Опеля» подогнать свой драндулет к пальме, за которой я пряталась. Мы уселись в машину и покатили к пристани.
Выйдя из машины, мы оказались среди веселой и разряженной толпы изрядно подвыпивших старичков и старушек. Они шатались по пристани и громко обсуждали свои впечатления от катания по морю.
— Что этим здесь нужно? — неприязненно поинтересовался Андрей.
— Не видишь, они пришли прокатиться, — пояснил Васька. — И судя по всему, именно на нашей посудине.
Мы посмотрели в сторону причала и увидели, как очередная порция бодрых пенсионеров поднимается по трапу на яхту и устраивается там со всеми удобствами.
— Пошли! — скомандовал Андрей.
Мы смешались с толпой и, стараясь не обращать внимания на удивленные взгляды, тоже поднялись на яхту.
— Молодые люди! — вдруг раздался сзади нас дребезжащий голос.
Оглянувшись, мы увидели некий гибрид каракатицы и краба, который ехидно смотрел на нас.
— А яхта арендована нами на весь вечер, — громко проскрежетало неприятное существо. — Потрудитесь сойти на берег.
Андрей оглянулся по сторонам, пытаясь определить, удастся ли ему безнаказанно придушить этого скандалиста, по всему выходило, что не удастся. Стоявшие сзади еще три старичка были настроены более доброжелательно.
— Пусть прокатятся, — сказал один из них с бородой, как у Деда Мороза. — Студенты небось, денег у них немного. Кому они помешают?
— Мне! — громогласно заявил мерзкий гибрид. — Это не порядок.
— Да ладно тебе, — пророкотал «Дед Мороз», — такая чудная ночь, а яхта делает последний рейс.
Высказавшись, он извлек из кармана
— На яхту мы попали, — сказал Андрей. — Но что с того? При таком скоплении отдыхающих нечего и думать, чтобы обыскать ее. Да к тому же кто станет хранить нечто противозаконное, если берется катать таких въедливых старичков. У них же выработанный годами нюх на любое нарушение правил.
— Тогда что нам тут делать? — раздраженно спросила я.
— Катайся и получай удовольствие, — предложил Андрей.
К счастью для меня, катание не слишком затянулось. К тому же, проплыв первые сто метров, я почувствовала смутное беспокойство в желудке, которое никак не желало проходить. Всю оставшуюся прогулку я с нетерпением ждала момента, когда мы причалим к берегу. Наконец волшебный миг настал.
Я приготовилась первой покинуть судно, но мне это не удалось. На берегу, картинно опершись о блестящий бок своего «Форда», стоял Даниил.
— Выследил! — охнула я и протиснулась обратно в салон.
Старички, возбужденно обмениваясь мнениями, спустились на берег. Васька хотел последовать за ними, но, высунувшись наружу, тут же нырнул обратно.
— Т-т-ы видела? — заикаясь, спросил он. — Или мне мерещится?
— Не мерещится, — заверила я его. — Мне тоже хотелось так думать, но раз ты его тоже видишь, значит, не мерещится. Коллективных галлюцинаций не бывает.
— Что там? — спросил Андрей.
— Посмотри сам, — предложили мы ему со слабой надеждой, что он ничего не увидит. В сложившейся ситуации свиданию с Даниилом я бы предпочла легкое помрачение рассудка.
Андрей вернулся с дрожащими губами, и нам стало ясно, что ни о какой галлюцинации мечтать не приходится.
— Кто же ему доложил? — удрученно спросил Андрей.
— Какая разница, лучше скажи, что нам теперь делать? — окрысилась я. — Снова в воду прыгать?
— Он ведь один, — задумчиво заметил Васька. — Все не так уж и страшно. Можно пока остаться на яхте и посмотреть, что он будет делать.
Видимо, на нас нашло коллективное сумасшествие, потому что нам Васькин план показался верхом мудрости и мы оставались на яхте до тех пор, пока последний старичок ее не покинул. Как только это произошло, к яхте стремительно подкатила черная «Волга» и еще одна иномарка. Из «Волги» вышли Лысый с Толстым, оба изрядно помятые.
Дело в том, что по адресу, который Лысый получил от Зои, они отправились втроем, прихватив с собой Даниила. Там их встретил на редкость недружелюбный чемпион мира по боксу, который недавно узнал, что его любимая нагло изменяет ему с неким толстым и лысым субъектом. Видимо, в помутившемся разуме боксера его гости слились в единый образ, потому что он даже не стал их слушать, а сразу спустил с лестницы. Появление Даниила только ухудшило положение. Боксер окончательно вышел из себя и, призвав на помощь двух приятелей, с которыми заливал свое горе, быстренько выставил незваных гостей из дома. Этой печальной истории мы, конечно, не знали. С ужасом мы смотрели, как из второй подкатившей иномарки вышли два урода, которых мы уже видели, и еще два очень крепких парня, которых мы видели в первый раз.