Модель
Шрифт:
Элия, видя, что ее попытка не удалась, постаралась поставить точку:
— Вы даже выступать против власти не умеете. — Но получилась не точка, а запятая.
И не у нее, а у меня:
— Зато мы умеем быть интересней власти.
— Но вам ведь на митинги можно ходить только в защиту власти.
— Откуда ты это знаешь? — вступился я не за власть, а за митинги.
— У вас на митинги в защиту власти ходят за триста рублей, как
— Петр, я не хотела оскорбить твою страну. — И я ответил:
— Не оскорбляй наших проституток.
За триста рублей ни одна наша проститутка никуда не пойдет…
…Ей явно захотелось переменить тему, и то, что она сделала это не совсем удачно, не играло роли:
— Вчера по вашему телевидению говорили, что протестующие ходят на митинги на деньги Госдепа, — проговорила она; и я улыбнулся — хотя Элия не знала и не могла знать, чем вызвана эта улыбка…
…Дело в том, что на протестный митинг я собирался.
И, как говорится, уже почистил ботинки.
Но тут мне позвонил один мой регулярный покупатель моих картин.
Из Сибири.
Он был в Москве проездом и всего на один день.
И очень хотел встретиться.
Мы встретились в моей мастерской, поговорили, он купил мою картину и уехал в свое Зауралье.
Но заплатил он мне долларами.
Так что — так уж выходило — в каком-то смысле на деньги Госдепа я на митинг не пошел…
…Видя мое улыбающееся молчание, моя гостья добавила:
— Я не верю, что все протестующие ходят на митинги из-за денег, на которые их нанимают. — Я просто кивнул:
— Для того чтобы нелюбить коррумпированную систему нужны не деньги, а мозги и совесть. — Впрочем, разговор о власти с красивой женщиной — не самое интересное занятие, и по моему выражению лица Элия поняла это.
Хотя и продолжила:
— Ты не согласен с теми, кто ходит на протестные митинги?
— Согласен, — начал отвечать я, но продолжил только после того, как она вставила почти ненужный уточняющий вопрос:
— Почему?
— Потому что, чьи бы права ни отстаивали митингующие, — они тем самым всегда отстаивают и мои права…
…Напоследок, хотя я и не знал, что это один из последних шагов в этой части нашего разговора, она уточнила:
— Патриоты противопоставляют себя интеллигентам.
Вашим патриотам интеллигенты не нужны?
— Если среди патриотов не будет интеллигентов, некому будет объяснить патриотам — почему патриоты не стали счастливыми…
— … Скажи, ты любишь время, в которое живешь?
Иногда мне кажется, что ты его не любишь, —
Спрашивая, она опустила глаза, видимо, понимая, что задает очень сложный для любого человека вопрос, и, наверное, понимая, что ответ должен быть не проще вопроса.
Но я думал недолго, потому что сам не раз задавался этим вопросом.
И ответ у меня был:
— Элия, я не выбирал эпоху для своего рождения.
Больше того — эпоху для моего рождения не выбирали и мои родители.
Каждому нужно жить в то время, которое ему досталось.
— Но ты — любишь свое время или нет?
— В отношении своего времени у меня есть более интересное занятие, чем любовь или ненависть.
— Какое?
— Адекватность.
— Петр, ты показываешь мне, что правду нужно уважать, — не поднимая глаз, проговорила моя гостья. И я ответил как мог.
И как считал нужным:
— Правдой прежде всего нужно интересоваться…
— …Петр, я очень рада тому, что познакомилась с тобой, — тихо проговорила Элия Вита.
Но глаза подняла и встретила мой взгляд.
— Чему ты так рада? — улыбнулся я, продолжая смотреть ей в глаза:
— Мы ведь с тобой только спорили.
— Я не во всем согласна с тобой, и мне иногда кажется, что вам, россиянам, самим нет дела до своей страны, — сказала она; и я вполне мог бы ответить ей:
— Мы только тогда станем страной, когда нам самим до себя будет дело, — но вместо этого я переспросил:
— Тогда что же тебе понравилось?
— То, что о тебе не скажешь, что ты человек с нестиранной совестью.
А потом, помолчав, Элия Вита добавила:
— Если бы все россияне были бы такими, как ты — вы давно уже были бы мудрой страной. — И в ответ я не смог скрыть улыбку:
— Мы давно уже мудрая страна.
И, похоже… — я сделал паузу, подбирая подходящее слово для того, чтобы охарактеризовать мудрость своей Родины, и кажется, нашел такое слово:
— … неизлечимо…
— …Ты — не мираж, — проговорила она; и я ответил единственным, чем мог ответить:
— Ты — тоже…
— …Скажи, Петр, а тебя никогда не обманывали твои ожидания?
— Конечно, обманывали…
Если никто и ничто нас никогда не обманывали — значит, мы просто никому и ничему не нужны…
— …Петр, ты такой умный.
Как мой папа.
Я так скучаю по нему, когда уезжаю.
А ты часто навещаешь своих родителей? — Девушка присела передо мной на корточки и смотрела в мои глаза.
— Редко, Элия, очень редко.
— Почему?
— Потому что в твоем возрасте родителей оставляют на время, а в моем — уже навсегда…