Модести Блейз

О'Доннел Питер

— Что стряслось, Вилли?

— Этот чертов министр! Сэр Джи только что мне рассказал.

— Что именно?

— Пока вы были в Афинах, я получил бумагу, — сказал Таррант. — Торнтон решил, что, если «Тибория» с грузом алмазов отправится в плавание раньше запланированной даты, это, по его словам, собьет с толку оппозицию — если таковая имеется.

— Господи! — тихо воскликнула она. — Разве он не понимает, что у Габриэля в Кейптауне человек, который будет знать о том, когда уйдет пароход. Он совсем спятил?

— Мне

не хотелось бы сейчас анализировать его мыслительные процессы, — сказал Таррант. — Суть в том, что «Тибория» вышла на шесть дней раньше. Пока никаких попыток атаковать ее не было.

— Где она сейчас?

— Должна вот-вот войти в Суэцкий канал и через тридцать шесть часов оказаться в Порт-Саиде.

— То есть послезавтра на рассвете?

— Да. Это создает сложности. Я полагаю, что Хагану не удалось охладить ваш пыл?

— Мы-то думали, у нас в запасе неделя, — подал голос Вилли. — Да, Принцесса, пора пошевеливаться. Надо поскорее угодить к ним в лапы.

Модести стояла, чуть наклонив голову, и размышляла.

— Да, — наконец сказала она. — Это плохо. Впрочем, нет худа без добра.

— Боже! — Таррант молитвенно прикрыл глаза и сложил руки. — Только не говорите, пожалуйста, что Перси снова совершил правильный поступок.

Глава 14

Макуиртер поднялся по сходням с катера на яхту и вытер мокрый лоб. Окинув гавань взглядом, он одобрительно хмыкнул, увидев серое торговое судно водоизмещением 7000 тонн под либерийским флагом. Оно стояло на рейде на четверть мили западнее «Мандрагоры».

Макуиртер двинулся по палубе яхты. Миссис Фозергилл стояла, опершись на перила. На ней были нескладные шорты и большой лифчик. Тело напоминало полированное ореховое дерево.

— Дорогая дама, — сказал Макуиртер, кладя свою руку ей на плечо. — Я хотел принести вам фиалки. Я обыскал все базары, но…

— Как вы мне осточертели, Макуиртер! — буркнула она, сердито сбрасывая его руку. — Одна надежда, что ваша болтовня когда-нибудь надоест и Габриэлю и он попросит меня привести вас в чувство. Это доставило бы мне большое удовольствие.

— Я вас недостоин, — отозвался шотландец, весело щелкнув пальцами. — Какие-нибудь новости есть?

Миссис Фозергилл на мгновение поколебалась, потом отрицательно покачала головой.

— А что творится на берегу? — спросила она. — У Рашида есть какие-нибудь сведения об этой Блейз и Гарвине?

— Так, отдельные фрагменты. Ясно одно, они решили взяться за старое.

— Что предпримет Габриэль?

— Ничего. Если она только не попробует перейти ему дорогу. О, у меня отличная мысль, миссис Фозергилл! Как насчет поединка с Модести Блейз? Она, между прочим, большой талант. Это говорят многие.

— Ну и пусть говорят! Эта костлявая стерва не продержится

против меня и десяти секунд. — Ее бычье лицо вдруг сделалось задумчивым. — А вот Гарвин… Это может быть интересно.

На палубе появился Борг. Подойдя к ним, он спросил:

— Вы ему ничего не говорили, миссис Фозергилл? Та пожала плечами. Макуиртер пристально посмотрел на нее и спросил:

— О чем речь?

— Базилио сломал себе ногу, — мрачно сказал Борг. — Грохнулся с трапа.

— Боже праведный! — вздохнул Макуиртер. — Час от часу не легче!

— Я-то надеялась, вы ввалитесь к нему с вашими дурацкими шуточками, — мрачно заметила миссис Фозергилл. — Тогда Габриэль показал бы вам, где раки зимуют.

Макуиртер злобно посмотрел на нее, кивнул Боргу. Они вдвоем пошли по палубе и, дойдя до двери каюты, вошли внутрь. Каюта была изящно обставлена. Габриэль стоял у иллюминатора, сложив руки за спиной.

— Борг только что мне все рассказал, — начал Макуиртер. — Серьезное повреждение?

— Достаточно серьезное, — холодно и ровно отозвался Габриэль. — Перелом бедра. Двойной перелом. Его отвезли на берег час тому назад.

Макуиртер сел на длинный диван у переборки.

— А второй механик загремел в Хайфе с аппендицитом, — пустым голосом произнес он. — Кто-нибудь из членов экипажа может выполнять работу Базилио? Вряд ли это что-то такое особенное. Может, кто-то из механиков?

— Я никому из них не доверяю.

— А может, кто-то из команды Калонидеса?

— Уже выяснял. Нет.

Макуиртер нервно потеребил себя за загривок.

— На это потрачено три четверти миллиона. Нам непременно нужно найти человека.

Габриэль повернулся к нему от иллюминатора. Его глазки налились кровью.

— Кого? — злобно прошипел он. — В нашем распоряжении осталось всего восемнадцать часов. Работа требует особых навыков, хорошей нервной системы. Выдержки. Нам нужен человек, который настолько глуп, что заберет груз алмазов на десять миллионов и будет думать, что после этого мы позволим ему жить-поживать и трепать языком о своих подвигах. Кто этот идиот?

Макуиртер сидел, не шевелясь. Открылась дверь, и вошла миссис Фозергилл, а с ней молодой египтянин в белом костюме.

— Он от Хакима, — сказала она Габриэлю. — С сообщением. Лично для вас.

Молодой египтянин вынул из кармана фотографию, посмотрел на нее, потом на Габриэля. Потом кивнул, убрал фотографию и вынул из внутреннего кармана белого пиджака запечатанный конверт.

Габриэль взял конверт и, надорвав, извлек из него листок бумаги, долго он смотрел на листок без какого-либо выражения, потом сказал:

— Хорошо.

Миссис Фозергилл открыла дверь, выпустила египтянина. Габриэль снова подошел к иллюминатору каюты, стал перечитывать послание.