Мое сердце
Шрифт:
После этого Дейзи одела свою подопечную в шелковый домашний халат и отвела в кладовую, где разложила перед тремя девушками множество отрезов прекрасных тканей, хранившихся там.
— Господи Боже, — воскликнула Эйнджел, — этого хватит, чтобы целый год одевать весь двор!
— О да, — с гордостью согласилась Дейзи. Велвет не пришлось долго раздумывать, благо она точно знала чего хочет. На лето и раннюю осень ей не понадобится тяжелый бархат. Она выбрала чудесные шелка цвета золотистого топаза и морской волны. Для официальных платьев она отложила несколько отрезов разных материй белого
— Отложи эти два куска тоже, Дейзи. — Она указала на те, которые понравились ее подругам. — Пусть Бойни снимет мерки с леди Трокмортон и леди Кристман до того, как они уедут, и сошьет им платья. Пришлет и их вместе с моими.
— О нет, Велвет, — запротестовала Бесс, — это слишком, слишком богатый подарок.
— Не глупите, Бесс, — ответила Велвет. — Как правильно заметила Эйнджел, здесь достаточно материи, чтобы одеть весь двор. Прошу вас, Бесс! Вы и Эйнджел — первые друзья, которыми я обзавелась при дворе. И мне бы хотелось что-нибудь сделать для вас.
На глаза Бесс Трокмортон навернулись слезы. Что за прелестное дитя, подумала она. Сморгнув влагу с ресниц, она сказала:
— Мы благодарим вас за несказанную щедрость, Велвет де Мариско.
— Аминь! — выдохнула Эйнджел без особой почтительности, а когда Бесс с упреком взглянула на нее, как само собой разумеющееся объяснила:
— Да, я боялась, что ты не разрешишь нам взять их, Бесс. Тебе-то хорошо, тебе помогает семья, но, находясь под опекой королевы, особого богатства не заимеешь.
Бесс Трокмортон покачала головой:
— Нет, Эйнджел, будь я богатой, я давно была бы замужем, но мой братец спустил все мое приданое в каком-то сомнительном предприятии. Я не в лучшем положении, чем ты, несмотря на все свое высокое происхождение.
— Тогда возблагодарим Господа за то, что существует королевский двор, который худо-бедно, но все-таки дает приют, кормит и одевает нас, бедных церковных мышек из благородных семейств, — рассмеялась Эйнджел, вновь приходя в хорошее расположение духа.
Госпожа де Мариско очень скоро обнаружила, что, хотя она и могла считать себя принцессой, живя в Королевском Молверне, при дворе она оказалась на гораздо низшей ступени в табели о рангах. Среди всех этих благородных леди и дам еще более высокого происхождения наследница Ланди, как ее здесь звали, конечно, была мелкой рыбешкой. Однако те, кто познакомился с ней поближе, относились к ней очень хорошо, благо Велвет была молода, начитанна, умела быть интересной собеседницей и, хотя и была своенравной, никогда не опускалась до грубости.
Поскольку Велвет была новенькой, да еще и самой молодой среди фрейлин, обязанности ее пока были простейшие. Она следила, чтобы разноцветные шелковые нитки в рабочей корзинке королевы всегда содержались в образцовом порядке: не перепутывались, чтобы на них не было узелков и чтобы они лежали в соответствии с цветами радуги. Ей надлежало также присматривать за тем, чтобы у королевы всегда был
Жизнь при дворе совсем не походила на размеренное существование в Королевском Молверне. Велвет была очень признательна Бесс и Эйнджел за их дружбу. Без них она бы чувствовала себя совсем одинокой, ибо другие фрейлины были настроены совсем не так дружелюбно. Некоторые из них были с громкими именами и без гроша в кармане, другие — из богатых и влиятельных семейств, но все они не шли ни в какое сравнение с Велвет по красоте, и все ей завидовали.
Одна высокородная девица как-то презрительно заметила:
— Крестниц у королевы что-то уж слишком много развелось.
— И большинство гроша ломаного не стоят, — вставила другая. — Их родители выбирают королеву в крестные матери в надежде на будущие блага для их никем не замеченных детей.
Велвет почувствовала, как от оскорбления у нее вспыхнули щеки. В первый момент она хотела налететь на девицу и выцарапать глаза с ее уродливого лица, но, почувствовав предостерегающий взгляд Бесс Трокмортон, сдержалась.
— Это правда, семья моей матери происходит от простых вождей ирландского клана, но мой отец, чье древнее имя ношу и я, настоящий дворянин. Моя сестра Виллоу — графиня Альсестерская, мой брат Робин — граф Линмутский, моя сестра Дейдра — леди Блэкторн, а мой брат Патрик, от которого вы все без ума, — лорд Бурк. — Она с притворной скромностью взглянула на них. — И Патрик, конечно, всегда хорошо отзывался обо всех вас, — закончила она и вернулась к своему рукоделию.
Бесс Трокмортон подавила смешок и послала своей протеже одобрительный взгляд. Велвет быстренько поставила их всех на место, даже не повысив голоса.
— Роберт Саутвуд и Патрик Бурк — ваши братья? — удивилась одна из девушек.
— Да.
— Лорд Бурк из Клерфилдс Майнора и Роберт Саутвуд, граф Линмутский?
— Да.
В комнате повисло долгое молчание, пока королевские фрейлины переваривали полученную информацию.
Наконец та девушка, которая задавала ей вопросы, сказала:
— Мы скоро отправляемся в Линмут-Хаус.
— Неужели? — ответила Велвет. — О, там так красиво летом. Я очень люблю Девон, а вы?
— Ваш брат все еще вдовец?
— Да, — сказала Велвет. — Он так переживал, когда Алисон умерла в последних родах. Он даже поклялся, что никогда больше не женится, но думаю, это до тех пор, пока он не встретит подходящую женщину.
Велвет улыбнулась всем сидевшим рядом с ней улыбкой столь невинной, что никто в жизни бы не заподозрил, какие злые мысли вертелись в ее прелестной головке, пока она приглядывалась к своим товаркам эти последние несколько недель. Какими же никчемными и мелкими были все эти существа, по крайней мере большая их часть! Она нимало не сомневалась, что теперь, узнав, что она сестра двух холостых джентльменов с огромными состояниями и землями, эти девицы начнут искать ее дружбы.