Мое сердце
Шрифт:
— Нет, Клиффорд! Нет! — вскричала леди де Боулт. Потом она разрыдалась. — Он пытался приставать ко мне прямо здесь, в этом алькове, а когда я ему отказала, набросился на меня. Клянусь тебе!
— Ха! — оборвал ее граф Эссекский. — Более чем вероятно, это вы приставали к нему, и он отказал вам! Я подозреваю, что здесь подвергалась опасности честь лорда Гордона, а не ваша.
Собравшиеся вокруг рассмеялись.
— Вы называете мою жену лгуньей, милорд Эссекс? — потребовал объяснений Клиффорд де Боулт, выступая вперед.
— Подумайте своей головой, приятель, — отвечал Эссекс. — Леди де
Слова графа Эссекского звучали весьма правдоподобно, и в глубине души лорд де Боулт знал, что он прав. Но признать это открыто — нет, невозможно, это ляжет позорным пятном на его доброе имя. Его честь и так опорочена случившимся, и, пока она не будет отмыта, он не сможет бывать при дворе с высоко поднятой головой. Он холодно взглянул на лорда Гордона и сказал:
— Завтра утром, как только рассветет, у поля Брайтуотор, милорд.
Алекс кивнул.
— Как вам будет угодно, сэр, — ответил он.
— Нет! — крикнула Велвет. — Я не разрешаю! Нет, Алекс!
Алекс повернулся к Эссексу:
— Вы не откажетесь быть моим секундантом, Роберт? Эссекс медленно кивнул, но не смог удержаться, чтобы не сказать:
— Стоит ли того эта шлюха, Алекс?
— Это дело моей чести, Роберт, поставленной под угрозу сегодняшним скандалом. Через несколько дней Велвет и мне предстоит уехать в Шотландию. Как я смогу когда-нибудь вернуться в Англию, если эта история будет висеть на мне? Это невозможно, следовательно, дело должно быть улажено честью до моего отъезда в Шотландию. — Нет! — Велвет почти кричала. — Вы хотите поставить под угрозу свою жизнь и наше будущее из-за этой лживой проститутки. Нет, сказала я! Нет!
Мэри де Боулт очень веселилась, наблюдая сцену, которую она так удачно разыграла. Будет дуэль, и дуэль из-за нее! Гнев и разочарование из-за того, что ее отверг этот шотландец, отодвинуты на задний план столь приятным развитием событий. Потом она услышала слова Велвет. Собрав на груди обрывки лифа платья, она сердито взглянула на свою соперницу и гневно сказала мужу:
— Ты слышал, что она сказала? Меня смертельно оскорбили, Клиффорд!
Он утомленно повернул к ней холодное лицо.
— Вы желаете, чтобы я вызвал на дуэль также и графиню Брок-Кэрнскую, мадам? — Он взял ее за руку и, повернувшись к Эссексу, проговорил:
— Принесите королеве наши извинения, но моей жене стало плохо. — И он увел свою супругу из залы.
— Это сумасшествие! — Велвет опять почти кричала. — Мы все, даже бедный лорд де Боулт, знаем, что она лжет.
Мы это знаем, и все-таки ты хочешь участвовать в дуэли из-за ничего?
— Мы будем биться за честь, — спокойно сказал Алекс.
— Я пойду к королеве! Ты же знаешь, она запретила дуэли! — пригрозила Велвет.
— Мы поедем домой, мадам, и вы ничего не скажете Елизавете Тюдор, — спокойно сказал он.
— Еще как скажу! — Велвет не помнила, чтобы она когда-нибудь была так сердита.
— Нет, Велвет, — проговорил Эссекс, растягивая слова. — Есть вещи, которые женщине не дано понять,
— Королева понимает мужчин лучше, чем вы думаете, — выкрикнула Велвет, — и я тоже! Мужчины — это маленькие дети.
— Никто не пострадает, — пообещал Эссекс, улыбаясь самой обаятельной улыбкой. — Вы правы, когда говорили, что де Боулт знает — его жена лжет. Эта стерва поставила его в безвыходное положение. Но признать это значило бы еще больше уронить свое достоинство. Это все равно как сказать, что он не может справиться с собственной женой. Ему пришлось вызвать Алекса на дуэль. Я прослежу, чтобы они бились мечами с наконечниками. Честь будет быстро и легко удовлетворена, обещаю вам.
Велвет посмотрела на своего мужа, и Алекс кивнул:
— Я согласен, любимая. Ничья кровь не прольется, и уж во всяком случае не моя. — Он улыбнулся ей.
Толпа уже разошлась, вернувшись к танцам, и королева, даже если и узнала о скандале, вспыхнувшем в ее танцевальном зале, не подала и виду. Участники скандала надеялись, что к тому времени, когда ей доложат все подробности, дуэль уже состоится. Эссекс вернулся на свое место рядом с королевой, а Велвет и Алекса окружили их родственники. Им пришлось заново рассказать всю историю, и, пока Виллоу и Эйнджел возмущались ужасным поведением леди де Боулт и успокаивали Велвет, Джеймс Эдварде и Роберт Саутвуд вместе с капитаном Мурроу О'Флахерти и лордом Бурком обсуждали с Алексом завтрашнюю дуэль.
— Я предлагаю тебе себя в качестве секунданта, — спокойно сказал Робин.
— И я тоже, — вызвался Патрик Бурк.
Велвет с гневом взглянула на своего брата, но вылила этот гнев на лорда Бурка.
— Когда ты появился в Лондоне? — требовательно спросила она. — Странное время ты выбрал для поездки, ведь в полночь начинается Великий пост.
Лорд Бурк, красивый молодой человек, похожий на своего покойного отца, улыбнулся младшей сестре. Подмигнув ей, он откинул со лба упавшую на него прядь волос и сказал:
— Я приехал сегодня вечером вместе с Мурроу, который отплывает в Индию завтра утром с отливом, дорогая сестричка. Видишь ли, понадобилась моя подпись на кое-каких бумагах, а так я ни за что не появился бы в этой мерзкой дыре. — Он повернулся к Алексу. — Мы раньше не встречались, милорд. Я брат Велвет, Патрик Бурк. Вы прекрасно выглядите, хотя и женаты уже несколько месяцев на этой маленькой плутовке.
Еще раз обаятельно улыбнувшись, Патрик протянул руку, и Алекс пожал ее, улыбнувшись в ответ. Ему сразу понравился этот молодой человек, почти такой же высокий, как он сам, и с фигурой прирожденного атлета.
— Вы относитесь к Лондону, похоже, так же, как и я, братец? — спросил Алекс.
— Если под этим вы подразумеваете любовь к собственным краям, тогда вы правы, — быстро ответил Патрик.
— Тогда приезжайте навестить нас в Шотландию, — пригласил Алекс. — У нас там чудесная охота и рыбалка.
— С удовольствием, — согласился Патрик. — И возможно, я стану первым в нашем семействе, кто увидит моего нового племянника или племянницу.
— Я еще не беременна, — перебила его Велвет.
— Дайте срок, вот доберемся до дома и сразу же исправим это положение, мадам, — раздраженно сказал Алекс.