Молчи, терпи
Шрифт:
– Не бросай меня, – шепнула она, прижимаясь к нему. – Никогда.
– Никогда, – повторил он, словно эхо.
И мерный шепот волн нарушил только тихий шелест за спинами двух влюбленных…
39. Эпилог
Соленый ветер никогда не напоминал девушке о том, что произошло. Признаться честно, первое время она отказывалась путешествовать по морю, и жутко боялась, что случится что-то похожее, что-то жестокое и неприятное…
На пляже резвились дети. Курносый сын молодой поварихи, смуглокожая дочь слуги Джека, выпачканный песком сын Анны – светловолосый и рослый Людвиг... Эльза вздохнула, глянув на детей. Племяннику уже девять лет, и рос он так быстро, что королева не успевала следить. Копна непослушных светлых волос, большой нос, доставшийся ему от отца: все это не делало его внешность неприятной. Только интересной, до странного чарующей.
Людвиг помахал единственной тете, а Эльза одарила мальчишку задорной улыбкой в ответ. К нему подбежала младшая сестра, схватив Людвига за тонкую руку. Маленькая девочка с кучерявыми рыжими волосами. Анна назвала малышку Эльзой, в честь любимой сестры.
Королева снова улыбнулась. Подобное зрелище всегда веселило ее. Ребятня возилась в песке, развлекая друг друга глупыми историями и играми. А взрослые, утомленные ожиданием скорого визита, извелись… Женщина сжала перила в ладони, облокачиваясь все дальше и дальше. Она все еще не могла заглянуть за горизонт.
– Еще нет? – улыбнувшись, спросил Джек, вошедший в комнату.
– Нет, – горестно ответила Эльза.
Муж снова улыбнулся.
Он обнял ее сзади, крепко прижав к себе спиной. Странно. За прошедшее время слишком многое изменилось в их жизни. Вечно непослушные, всклоченные волосы супруга теперь были опрятны и уложены на бок, что очень ему шло. Джек стал чуть шире в плечах, и скулы его несколько острее виднелись на красивом лице. Король чуть похудел, мышцы его уже не были столь упруги и крепки, как прежде.
Эльза любила его. Любила его искренне и горячо, любила страстно. Королева поцеловала своего короля в щеку, порывисто развернувшись к нему. Она почти не изменилась. Волосы девушки стали чуть длиннее, фигура обрела некоторые мягкие формы… Шрамы на ногах почти пропали, но все еще виднелись.
– Не беспокойся, – шепнул Джек. – Его корабль видели неподалеку, – сказал он, кинув на кровать только что полученный рапорт.
Сам замок теперь выглядел иначе.
Джек, всерьез занявшийся экономикой страны, вытащил Эренделл из долговой ямы. И первым делом он облагородил улицы, дома и парки, превратив страну в произведение искусства. «С маленькими государствами куда проще, не нужно бесконечно мотаться по регионам, пытаясь всем угодить», – решил Джек, однажды сев на трон.
– Мама, да сколько еще ждать?
Голос дочери
– Он же обещал…
Девочка села на кровать родителей, аккуратно пригладив нежно-розовую юбку. Она только-только отделалась от двоюродной сестры и надеялась теперь побыть в обществе более сдержанных людей. Светло-пшеничные волосы юной принцессы были заплетены в две короткие косы, обрамлявших ее круглое личико, а на поясе ее болтался мешочек с только что найденными ракушками.
– Тандо всегда держит слово, ты же помнишь, – ответил ей отец.
Услышав имя кузена, Юнона улыбнулась. Да, Тандо всегда держит свое слово… Он обещал, что вернется сегодня, чтобы поздравить Джека и Эльзу с годовщиной правления, и обещал, что дед – Фридрих прибудет с ним ради такого дела. Юнона вскочила с места, неторопливо пройдя к центру комнаты. Девочка остановилась у подола красивой материнской юбки.
Джек положил руку на живот супруги.
Шестой месяц. Уже шестой месяц они ждут малыша, и Эльза сердцем чувствует, что у нее будет сын. А Джек и слова не сказал о том, кого хочет видеть… Он готов любить каждого своего ребенка. Не смотря на то, мальчик это, или девочка.
– Плывет! – крикнул Людвиг, махнув рукой Юноне. – Плывет! Спускайтесь все!
И правда. Плывет. На горизонте появилось темно-красное судно, и дети плотнее прижались друг к другу, сидя на теплом песке. Маленькая Эльза глядела перед собой, пока мать не подняла ее на руки. Анна обернулась, глянув наверх. Ее смеющиеся глаза задержались на сестре, зазывая ее вниз.
Юнона первой юркнула на улицу. Ее нежно-розовое платье мелькнуло в воздухе, словно свежий лепесток, сорванный с цветущий вишни, и пропало из виду. Шустрая принцесса убежала от родителей прочь. Джек протянул своей королеве руку, нежно улыбнувшись ее румяным щекам.
– Интересно, как он вырос за этот год, – признался Джек.
Эльза сдавленно улыбнулась. Она смогла проникнуться к незаконнорожденному сыну Джека теплыми чувствами, и в глубине души жутко боялась, что Тандо узнал о неприятной тайне своего рождения. Она, впрочем, никогда ему об этом не рассказывала. Как и сам Джек, таивший страшную тайну глубоко внутри. Только вот глаза его могли рассказать куда больше.
Четырнадцатилетний юноша плыл к своей заморской семье, намереваясь поздравить дядю и тетю с еще одним годом безоблачной и легкой власти. Мальчишка успел стать высоким и статным, в его угольно-черных волосах появилась белая кудрявая прядь, свисающая на лоб. Мальчик не отличался терпеливостью, но воспитание его не позволяло слишком явно выявлять вздорный характер. Суть Катерины и Джека сплелись в нем, и получилось что-то… Среднее. Тандо не был примерным ребенком, и не был несносным дитем. Его можно было терпеть.