Молния
Шрифт:
Лорен посмотрела на него.
— Я заключила сделку.
— И вы выполните ее условия, чего бы вам это ни стоило, — сухо сказал он. — Но мне кажется, что я откажусь. Я никогда не принуждал женщин. И я не собираюсь начинать с вас. Но я сдержу свое слово. Я продам поместье.
Теперь наступила очередь Лорен задавать вопросы.
— Но… почему?
— Это был занятный день, мисс Брэдли. Может быть, не столь стимулирующий, как я рассчитывал, но интересный. Да и сказать вам по правде, я устал от деревенской жизни. Я явно рожден не для того, чтобы стать владельцем поместья.
И
Голос его неожиданно стал мягче.
— Я отвезу вас домой, пока сэр Джайлз не отправил на розыски поисковую партию.
Он коснулся рукой ее губ.
— Я завидую Кэботу. До сегодняшнего дня я не верил, что любовь существует.
Лорен не могла отвести глаз от его лица. Она старалась понять то, что он говорил. Он ее освобождал.
— Но один совет, Лорен, — сказал он. — Расскажите Риджли все. Я не хочу, чтобы моя неожиданная… слабость… была напрасной.
Под влиянием минуты Лорен приподнялась на цыпочки и быстро поцеловала его в щеку.
— Вы в самом деле очень милый человек, — сказала она дрогнувшим голосом.
— Вот уж чем я не являюсь, мисс Брэдли, — сказал он после паузы, — так это милым человеком. Это был очень… интригующий день. Я считаю, что справедливо вознаградил вас за доставленное удовольствие.
— Вы себя недооцениваете, мистер Реддинг.
— Нет, — резко сказал он. — Я отвезу вас домой и велю моему поверенному связаться с лордом Риджли.
Адриан ехал на взятом напрокат гнедом по лондонским улицам. Ему не терпелось добраться до дома сэра Джайлза. Сократ сидел впереди него и явно догадывался, что они едут к Лорен. Последние два дня обезьяна была просто невыносима, и Адриан знал почему. И определенно сочувствовал Сократу.
Он возвращался рано и был исполнен нетерпения. В течение нескольких последних дней он много думал и наступил момент, когда он решил не доводить до конца дело о покупке корабля. Он все время вспоминал выражение лица Лорен, когда при ней обсуждалась предстоящая сделка. Он помнил выражение отчаяния на ее лице. Он вновь и вновь думал о том, как долго он будет вдали от нее… месяцев шесть… год… А может быть, и больше, если его опять схватят.
И неожиданно его одержимость Риджли угасла. Он найдет другой способ. Пусть это займет больше времени. Если он с умом разместит капитал… В конце концов, имение явно начинает тяготить Реддинга.
Сейчас главным была Лорен. После недели тоски и одиночества он знал, что без нее Риджли для него ничего не значит. По ночам он лежал без сна, вспоминая сарай, поездку верхом по мокрому от дождя лесу, ту нежность, с которой она ухаживала за ним после его ранения. И от этих воспоминаний горячие волны окатывали все его тело. Он вспоминал об искрах юмора, блестевших в ее глазах, о задумчивости и о вызове, которые иногда видел в них. И он знал, что какие бы проблемы ни стояли между ними, их можно было разрешить.
Он заглянул в ювелирный магазин на одной из боковых улиц. Этот магазин ему порекомендовал один из офицеров во время ходовых испытаний. В магазине он нашел то, что искал: старинное кольцо с небольшим,
Выйдя из магазина, он обратил внимание на мужчину и женщину, выходивших из гостиницы напротив, которая была известным местом тайных свиданий.
Парочка направилась к закрытой карете, и Адриан тотчас же узнал мужчину: это был Реддинг. Лицо его спутницы было закрыто густой вуалью. Он мрачно усмехнулся, вспомнив свой закончившийся неудачей разговор с владельцем Риджли и то, как Реддинг танцевал с Лорен. Он ничего не мог сказать о женщине, которая была сейчас с Реддингом, — она стояла к Адриану боком, и плащ с капюшоном почти полностью скрывал ее.
Он пожал плечами. Реддинг был известным повесой. Ну, что же, он и сам некогда был любителем женщин. Он даже иногда использовал ту же самую гостиницу.
Адриан вскочил на лошадь. В кармане его сюртука лежало кольцо. Он сегодня же поговорит с Лорен.
Но Лорен не было дома. И Лиза, и Квиджли сказали только, что ее нет и что они не знают, где она.
Адриан немедленно предположил, что она поехала по магазинам. У нее все еще было недостаточно одежды.
— Я подожду ее, — сказал он и был немало удивлен, когда Лиза и Квиджли обменялись взглядами.
— Почему бы вам немного не отдохнуть и не вернуться вечером, чтобы поужинать с нами? — предложила Лиза.
В этот момент они услышали, что перед домом остановилась карета, и Адриан почувствовал, как его окатила теплая волна. Бок о бок с Сократом, Адриан оказался у двери раньше Квиджли, настежь распахнул ее и увидел, что Райс Реддинг помогает Лорен выйти из фаэтона.
Коляска была другой и на Лорен не было плаща и вуали, которые он недавно видел на спутнице Райса, но он понял, что именно ее он недавно встретил с Реддингом.
Адриан увидел виноватый взгляд на побледневшем лице Лорен.
Он стоял в дверях, пытаясь понять, что происходит. Все признаки были налицо. И неожиданно ему захотелось убить их обоих. Он закрыл глаза, надеясь, что все это ему привиделось. Но, когда он их открыл, видение не исчезло. У фаэтона стояла Лорен. Волосы ее были в некотором беспорядке, словно их закалывали наспех. Ее щеки, бледные еще минуту назад, теперь стали пунцовыми. А лицо Райса Реддинга было, как всегда, непроницаемым.
— Адриан, — прошептала Лорен, когда Сократ бросился к ней, протягивая руки, чтобы она его взяла.
Но Лорен не видела обезьяны. Она видела только лицо Адриана.
Адриана охватил гнев. Гнев и ощущение, что его предали. Он не чувствовал ничего другого.
— Как вы нашли «Львиную голову»? Так ли она удобна, как это показалось мне? — спросил он, и в каждом его слове слышалась угроза.
Он увидел, что она дрожит, что ее губы крепко сжаты, что было непохоже на нее.
— Как?..
— Я видел тебя, любовь моя. Или ты теперь его любовь?
— Адриан…
Его глаза окатили ее презрением. Презрением, яростью и чем-то близким к ненависти. Или же это была ненависть к себе самому? Он не понимал, как он мог быть таким идиотом. В глубине души он знал, что это она вывела из строя его корабль, но он думал, он хотел думать, что у нее для этого были серьезные основания.