Молодость
Шрифт:
– Когда идешь по туннелю, кажется, что света в конце нет.
– Глубокое наблюдение! Ты просто волшебник по части метафор, – иронично замечает Фред.
Сценаристы тихо хихикают.
– И он улетел с другой?
– Вроде бы ему хватило такта не делать этого. По крайней мере, пока что.
– А Лена?
– Лена у меня в номере. Рыдает, не может остановиться. Никогда не видел, чтобы человек так плакал. Я думал, так долго плакать невозможно.
– Я читал в каком-то журнале, будто бы слезные железы могут
– Я тоже об этом знаю, видел документальный фильм по Би-би-си, – поддакивает застенчивый сценарист.
– Умирая, он говорит ей: “Любимая, давай в последний раз посмотрим документальный фильм по Би-би-си”, – вмешивается его коллега-умник.
Фред нервничает.
– Ребята, кончайте!
– Не знаю, правда это про слезные железы или нет, это же был научно-популярный журнал, а они любят все преувеличивать, лишь бы продать побольше экземпляров.
– По-моему, мы уклонились от темы.
– Ты прав. Что за идиот этот Джулиан. Копия своей мамаши. Помнишь? Я ее обожал, а она обожала механиков и электриков.
– Она всех обожала, Мик.
Сценаристка улыбается:
– Экуменизм – дело благородное.
– Экуменизм??? – Мик делает вид, что сердится. – Мой лучший друг говорит, что моя бывшая жена спала со всеми подряд, а сам он многие годы об этом молчал. Вы хоть понимаете, насколько это серьезно?
– А ты не говорил мне о Джильде Блек.
– Ладно, я понял, ты решил мне отомстить. У тебя получилось. Но теперь перейдем к делу, позвоню-ка я этому идиоту Джулиану.
Мик снова хватает телефон. Набирает номер.
– Что ты делаешь? Думаешь уговорить его помириться с Леной? Это бесполезно.
– Нет, я просто хочу понять.
Вероятно, на другом конце провода сын ответил “алло”, потому что Мик сурово начинает:
– Это твой отец, только теперь у меня есть основания сомневаться в том, что ты мой сын.
Сценарист-умник подает знак застенчивому коллеге:
– Запиши. Вставим эту фразу в фильм.
Глава 20
Время завтрака прошло. Официанты уже накрывают столики к обеду. В зале никого, за исключением хранящей молчание пары. Супруги заканчивают завтрак, встают и направляются к выходу, как обычно, не проронив ни слова.
Мик и Фред провожают их взглядом. Когда они исчезают, Мик с безутешным видом машинально берет пятьдесят франков и протягивает их Фреду.
– Почему ты уверен, что они не заговорят?
– Один официант кое-что мне о них рассказывал. Что?
– Не скажу. Иначе я потеряю преимущество.
– Скажи немедленно! Все равно официант мне тоже расскажет. Я его подкуплю. Я уже выбросил из-за этой истории кучу денег…
– Ладно, скажу: они немые.
Мик подскакивает от удивления:
– Идиот! Немедленно верни
– Ну и доверчивый же ты. Я пошутил, они вовсе не немые.
Разговор прерывает беззвучно появившийся в глубине зала персонаж: сорокалетний мужчина в безупречном костюме, в пиджаке и при галстуке. За ним идет женщина лет сорока – по виду, его секретарша, безликая, неряшливая, кое-как причесанная, без косметики, в дешевой, но приличного вида одежде.
Мик и Фред сурово смотрят на приближающегося мужчину. На ходу он не глядя вручает секретарше сотовый телефон, она засовывает его в кожаный портфель.
Мужчина в пиджаке и при галстуке замирает у столика Фреда и Мика. Женщина стоит позади, в нескольких метрах. Держа в руках сотовый, она принимается читать и писать мейлы.
Мик смотрит на мужчину. Теперь ясно, что это его сын, Джулиан. Он безусловно, безупречно красив – на любой вкус. Гордый и уверенный в себе, Джулиан отвечает на взгляд отца. Фред по очереди глядит то на одного, то на другого.
– Что ты натворил? – спрашивает Мик.
– Папа, все очень просто. Я влюбился в другую.
– Ей наверняка восемнадцать, так?
– Ей не восемнадцать. Ей тридцать. Вполне подходящий возраст.
– Сколько бы ей ни было, ты сделал глупость.
– Это ты так думаешь.
– Да, я так думаю. Такие как Лена на дороге не валяются. Теперь-то я, конечно, понимаю, что ты ее недостоин. Она для тебя слишком умная.
– Наверное. Зачем вы меня сюда позвали? Я не передумаю.
– Поначалу все так говорят. А потом умоляют жену или мужа пустить их обратно. Знаешь, сколько я на своем веку повидал таких историй…
– Мама ушла от тебя и ни разу не умоляла пустить обратно.
Мик обращается к Фреду:
– Что я тебе говорил? Видишь в кого он пошел, болван эдакий!
– Разве можно назвать болваном человека, который неожиданно, сам того не желая, хотя он боролся изо всех сил за то, чтобы остаться с женой, хотя он организовал фантастическое путешествие, не выдерживает просто потому, что влюбился в другую?
– Яблочко от яблони недалеко падает! Все это наигранно, высокопарно и глупо.
– Спасибо, папа.
– И что за шлюху ты себе нашел? – взрывается Мик.
– Это я.
Фред и Мик теряют дар речи. Подаются вперед. Они почти забыли о неприметной секретарше за спиной у Джулиана, а речь шла именно о ней. Она делает шаг вперед и с достоинством заявляет:
– Это из-за меня Джулиан потерял голову. Как только он получит развод, мы поженимся.
– Вот именно, – говорит Джулиан.
Фред и Мик с отвисшими челюстями, все еще не веря, глядят на нее и не находят слов.
Женщина встает рядом с Джулианом. Они обнимаются. Он – просто красавчик, как Джордж Клуни, она – наоборот.