Мона
Шрифт:
— Странная история. Что-то не сходится. Но так бывает. Жизнь — не прямая линия.
Давид молчал. Меир улыбнулся маленькому мальчику, бежавшему за коричневой собакой.
— Так что вы предлагаете?
— Задержать его. Я хочу понять, кто он и с кем сотрудничает.
Меир кивнул, и Давид продолжал:
— Обычно трое наших людей находятся в Париже, но сейчас они в Гамбурге на задании, которое нельзя прерывать. Мне не хотелось бы подключать французские власти, иначе у нас не будет права на ошибку. Французы уже упустили человека в Ницце. Это в первую очередь задача Израиля. Конечно, мир теряет деньги, но для нас речь идет о выживании. Мы должны использовать собственные ресурсы. Если мы проинформируем
— Ты понимаешь, что он гражданин Швеции? И единственное, что он сделал, — взломал шлюз безопасности ЦБИ?
— Согласен, что взлому можно найти массу объяснений. Но почему именно сейчас? И почему он находится именно в Ницце? Я готов пойти на риск. На первом этапе мы должны действовать аккуратно.
— А если окажется, что он действительно связан с «Хезболлой»?
— Нам необходимо проделать бреши в структуре. Авария или обычная кража. То, что не привлечет внимание шведских властей. Вы возьмете у Бена Шавита красную бумагу, которая санкционирует нам его депортацию. Потом в команду сможет войти и подразделение «101». Рейчел Папо уже подключилась к охоте на «Мону»?
Меир рассмеялся.
— Друг мой, все охотятся на «Мону».
Они подошли к отелю «Александр» и прибрежной территории. Меир кивнул телохранителям, чтобы те отвернулись. Он посмотрел на Давида.
— Хотите привезти его сюда?
Давид покачал головой.
— Думаю, будет лучше оставить его в Ницце. Рейчел же не привыкать работать с тем, что есть? Если она, конечно, подойдет для этой миссии. Мы не хотим второго Дубая.
Мужчины немного прошли молча. Меир думал о Рейчел. Давид — о еде.
— Что вам о ней известно?
— Не много. Я читал общую информацию и слышал, что она знает свое дело.
— Я расскажу вам одну вещь о Рейчел. Она… Я люблю ее, как родную дочь. Мы не так часто видимся, но в ней есть что-то, что задевает во мне струны отцовства.
Давид был поражен. Пожалуй, он никогда не слышал от шефа ничего более личного. Никогда в жизни. У Меира своих детей не было. Что такого особенного есть в Рейчел? По возрасту она, конечно, годится ему в дочери. Но она убийца. Меир прочел его мысли.
— У нее было ужасное детство. Все, что могло пойти не так, пошло не так. Она еврейка испанского происхождения, семья бежала из Марокко. Рейчел выросла в лагере для беженцев на окраине Сдерота. Родители рано умерли. Они с сестрой попали к тете. Мужчина в семье оказался садистом. Уже ничего не изменишь, но чудо, что она смогла пережить это. Сестра так и не оправилась. Рейчел по-своему справилась с трудностями, но тоже получила травму. Когда я впервые услышал ее имя, ей едва исполнилось двадцать, а она уже успела провести операцию, на фоне которой поблекли бы самые закаленные полковники «Сайерет Маткаль». [72] После Папо продолжила накапливать боевой стаж. Она попадала в одно осиное гнездо за другим. Одна из немногих, кому удалось внедриться в «Аль-Каиду» и выжить. Раз за разом ее имя мелькало в полевых сводках. Я изучил ее профиль и обнаружил, что у нее талант к языкам. Помимо прочего, она идеально говорит по-арабски. Когда мы открыли подразделение «101», то рекрутировали ее одной из первых. Вначале ячейка находилась под моим управлением, что позволяло мне проводить с Рейчел много времени. Я и по-прежнему слежу за ее успехами. Она много работает, ее шеф доволен. Но она сложный человек. Личность, с которой первое время трудно сблизиться. Психолог сказал, что операции, которые она выбирает, указывают на ее суицидальные наклонности.
72
Спецподразделение
Меир вздохнул.
— Мы два раза отвозили ее в реанимацию после увечий, которые она нанесла сама себе. Однажды это было алкогольное отравление, в другой раз — таблетки. Вдобавок ко всему она пропала.
— Пропала?
— Да. Не сказав ни слова. Исчезла. Несколько недель мы не знали, где она.
Давид ошарашенно смотрел на начальника.
— А мы не знали, где она? «Моссад»?
— Не знали. В один прекрасный день я увидел ее на капоте моей машины. Она ни слова не сказала о том, где была.
— Судя по всему, она опасна и неуравновешенна. Как получилось, что ее не уволили?
— Ответ прост: она никогда не терпела неудач. Ни единого раза, сколько я ее знаю. Это делает ее уникальной, даже в нашей организации. Но да, в Дубае все прошло не совсем гладко. Однако рано или поздно психика даст сбой. Она ходит по краю. С другой стороны, так живут большинство из нас.
Давид промолчал. Меир продолжал. Теперь он говорил быстрее, как будто вдруг захотел сменить тему.
— Как бы то ни было, я принял решение перевести Рейчел на более квалифицированную разведывательную работу. Рейчел обладает глубокими знаниями и острым умом. Посмотрим, что получится. Она отнеслась к повышению без энтузиазма, но я хочу посмотреть на нее в новой роли.
Мужчины приблизились к кортежу из черных «БМВ» около отеля «Дипломат». Телохранители сгруппировались возле автомобилей. Женщина в узком сером костюме, с убранными в пучок волосами и в темных очках пошла навстречу собеседникам. Подойдя, она кивнула Давиду и протянула Меиру мобильный телефон. Он взял его, выслушал с наморщенным лбом и пробормотал несколько раз «ken». [73]
Потом обратился к Давиду, который стоял, опершись на стену у берега.
— Звонил Бен Шавит. Он в аду. Раввинат просит его голову. Они никогда не одобряли его либеральную линию, и теперь настраивают все ортодоксальное и националистическое движение против него. Вирус — наказание божье, и во всем виноват Бен. Ему стоило бы отправиться в кнессет, чтобы поставить упрямцев на место, но он должен ехать в Вашингтон. Бедняга. И он ничего не понимает в информационных технологиях.
73
Да (ивр.).
— А он не может отправить кого-нибудь другого?
— Нет. Пригласили исключительно его. Ведь нужно опубликовать фотографии как доказательство того, что весь свободный мир сообща борется с кризисом.
— Чем мы можем помочь ему?
Меир сдержанно улыбнулся.
— Предоставить Самира Мустафа.
Давид грустно кивнул.
— Мы вышли на сотни следов, указывающих на все возможные направления. Все ресурсы брошены на его поиски. Мы получили информацию, что его группа должна направиться в заброшенную пивоварню на окраине Газы. Мы ждали, но никто не появился. Либо это был еще один ложный след, либо кто-то предупредил их.
Пардо засунул руки в карманы куртки.
— Бен попросил обновленный отчет о ситуации.
Яссур посмотрел на мужчину, который запускал змея на берегу. Дул сильный ветер, и огромный змей кружил в воздухе по кривой спирали.
— Я подготовлю отчет, как только окажусь в офисе.
Меир тоже посмотрел на змея и покачал головой.
— Думаю, нам пока не надо задерживать шведа. Мы многого не знаем. Лучше посмотреть, как он будет действовать без внешнего вмешательства. Если подозрения подтвердятся, мы захлопнем дверцу.