Монарх lll
Шрифт:
Он не спеша заковылял обратно в бар. Усач за стойкой удивленно вскинул брови, когда разглядел невредимого гостя.
— Чего изволите, сударь?
— Воды. — сказал Бельский и уселся на свободный стул. — И вызовите скорую.
— Будет сделано! — бармен скрылся за стеной с бутылками.
В этот момент телефон графа зазвенел, и он взял трубку.
— Слушаю…
— Как дела, дружище? — донесся с другого конца провода бодрый голос Глеба.
— Отлично! Я стал сильнее!
— Прекрасные новости! Не терпится проверить! — воскликнул
— Скоро буду. — хищно улыбнулся Бельский, радуясь тому, что его друг, наконец, объявился. Это значило только одно… Скоро его ждали новые приключения!
Голицын Даниил Сергеевич спускался по заплесневелым ступеням в родовой склеп. Там его уже ждали сыновья и верные люди. Он целеустремленно шел к этому дню, и сегодня всё должно было свершиться.
Слишком долго его августейшее семейство прозябало на второстепенных ролях. Слишком долго его фамилия блуждала в тени Годуновых…
Шаг за шагом, мужчина вспоминал историческую хронику своего рода: славное начало правления первого Голицына, его завоевания и открытия в магической науке… Всё это будоражило воображение дворцового интригана. Он надеялся вновь воскресить увядшую славу династии и объединить под своей рукой русские земли. Но он также вспоминал и безрадостный закат своего другого предка.
Многие века назад в Империи прогремела революция, в ходе которой правящую чету Голицыных сместили, императора убили, а его сына оставили жить только потому, что он был обручен с дочкой Годуновых. От этого мальчика и продолжала течь кровь великого рода.
Всех представителей древней, когда-то правящей, фамилии клеймили специальной печатью, которая сдерживала рост их дара. Даниил Сергеевич и его отпрыски не были исключением. Таким образом, Годуновы избегали непопулярных мер и снижали уровень силы Голицыных. Так им казалось…
Только вот Великий Князь еще в молодости нашел способ, как снять с себя печать. Его отец и дед потратили свои жизни, чтобы разгадать секрет блокирующей техники. Даниил уже был практически на пике своего могущества. Не хватало только несколько деталей. За ними он и шел в склеп.
На последней ступеньке он остановился и хмуро посмотрел на массивную дубовую дверь. За этой преградой его ждала абсолютно другая жизнь. То, что он намеревался сделать, могло свести его в могилу или даровать ему истинное величие. Цена, которую он намеревался уплатить, была слишком высока, чтобы вот так просто переступить порог в неизвестное будущее.
Спустя минуту мужчина, наконец, решился и распахнул дверь. В лицо ему ударил запах тлена и пыли. Это был привычный для него аромат. Ведь по природе своей первоначальной силы князь являлся некромантом и часто работал с трупами.
— Княже! — гвардеец, стоящий рядом со входом, вытянулся по струнке.
Не обращая внимания на служивого, Голицын направился к надгробной плите
Подойдя к детям, Даниил Сергеевич, заставил себя улыбнуться, хотя в горле у него застрял тугой комок. Он нежно обнял Василия и поцеловал его в макушку. Петра же он просто похлопал по плечу.
— Готовы?
— Да! — решительно воскликнул старший сын, прикованный к инвалидной коляске. — Я жил ради этого момента, отец! Позволь мне принести пользу нашему роду!
На этих словах Петр всхлипнул и отвернулся.
— Ты еще можешь отказаться, сын… — по глазам князя потекли слезы. Он одновременно хотел этого и боялся.
— Нет! Я готов! Такова моя судьба! Мой долг!
Отец крепко обнял своих сыновей и с яростью и обидой уставился на каменную плиту, на которой было высечено имя его первого предка, первого императора… Это был Василий. И сын Даниила неспроста являлся тёзкой своему славному предку. Это было необходимо для ритуала.
— Что ж, приступим! — рявкнул князь и потянулся к своему дару. Щедро черпая силу, мужчина принялся шептать странные слова и выводить специальные знаки перед собой. По стенам склепа ударил нечеловеческий вой загробного мира. С потолка посыпалась каменная крошка, гвардейцы что стояли по периметру могильника схватились за уши и активировали магическую защиту.
Схватив сыновей за руки, Даниил коснулся лбом надгробной плиты, из нее выстрелил черный луч с белыми всполохами. Он вонзился в Василия. Юноша с остекленевшими глазами рухнул с коляски на пол и забился в предсмертных судорогах. Спустя минуту всё было кончено, и саркофаг треснул и развалился напополам.
Над обломками гроба черным маревом возникла неведомая сущность:
— Кто потревожил мой покой?! — прогремел призрак.
— Твой потомок! — таким же громовым голосом воскликнул князь. — И теперь я тебя подчиню, первый император!
Наконец-то у меня появилось собственное убежище в этом мире! Хоть третья грань Власти над собой и не позволяла в полной мере воспользоваться возможностями Архитектора, но на данный момент мне и этого было достаточно!
Осмотрев каждое помещение замка, я был удовлетворен. Отклонений от плана зафиксировано не было. Можно было хоть сейчас производить его заселение. Хотя, почему-бы и нет? Достав из кармана смартфон, я набирал последний контакт.
— Слушаю, Глеб Юрьевич! — донеслось из трубки.
— Седой, планы меняются. Сейчас я скину тебе координаты места. Бери всех людей, вместе с семьями, и дуйте сюда. И советую сделать это до темноты.
— К чему такая спешка? — изумился Белов.
— Сам увидишь. — хмыкнув напоследок, я сбросил вызов.