Монарх lll
Шрифт:
Маг смерти бросил страшный клич, больше похожий на клекот хищной птицы, и с его губ слетели проклятия, две дымные спирали с угольками на конце. Эти смертоносные заклинания просто развоплотились от столкновения с обновленной аурой Марка, а сам Мидлер синей молнией устремился к врагу. Его кулак вспорол реальность, а затем впечатался в челюсть некроманта. Послышался хруст, несколько зубов покатились по черепице.
В ближнем бою Марку сейчас явно не было равных. Маг смерти понял это слишком поздно, и тень понимания своей участи скользнула по его бледному лицу… Некромант попытался
— А разговоров-то было. — скинув труп вниз и вытерев ладони, пробурчал Мидлер.
В этот момент к Арсеналу тяжелой поступью приблизился древесный монстр Ректора. Его ветви были опалены агрессивной волшбой, некоторые из них висели длинными обрубками.
— Как дела? Где Глеб? — с суровым лицом спросил Николай Павлович. Он по-прежнему находился внутри монстра, в районе грудины, словно какой-то пилот в боевом костюме.
— Нормально. Глеб внутри. — Марк указал рукой на Сенатский дворец и спрыгнул с крыши, деактивировав свою силу. — У тебя-то как?
— А ты посмотри ко мне за спину. — оскалился ректор.
Марк взглянул в сторону Боровицкой башни и с удовольствием отметил, что его старый друг хорошо позаботился о верных гвардейцах Нарышкина. Бравые маги и солдаты были закутаны в древесные коконы. Они спали, отравленные сонным ядом. В конце концов, многие из них являлись людьми чести, верными своему господину. Таких всегда было жалко. Верность и отвага во все времена ценились из-за своей редкости.
— Неплохо. — протянул Марк и посмотрел на Спасскую башню. Там как раз подходила к логическому концу битва между его знакомыми преподавателями и сворой приспешников великого князя. Элементаль магов уменьшился в объеме на две трети, но по-прежнему держался. Спустя минуту все противники были вырублены и связаны чарами.
— Надо проверить, как дела у десницы. — предложил Николай Павлович. — Всё же Нарышкин — это Великий князь. А с такими всегда шутки плохи!
— Сейчас остальных дождемся и пойдем. — отрезал Марк, разглядывая своих коллег. Многие из них прихрамывали, у некоторых одежда была опалена от враждебной волшбы. Но, в целом, все шагали бодро и уверенно. Мидлер не сомневался в том, что старые теоретики обрадовались возможности поучаствовать в реальной боевой практике.
— Вроде справились! — тяжело дыша, воскликнул толстяк в коричневой ливрее. Он был могущественным магом земли, и с гордостью носил этот сан.
Остальные не были столь многословны и с вопросом в глазах уставились на Марка.
— Молодцы! Я знал, что могу на вас рассчитывать! — похвалил коллег Мидлер и отхлебнул из своей фляжки горячительного. — Пойдем проверим, как там наш протеже!
— Не думаю, что он сможет нас сильно удивить. — скептически подметила сухая седоволосая женщина. — Всё же, Великий князь Нарышкин мог дать любому из нас фору, а паренек, хоть и десница, но молод. Он даже экзаменов
— Вот и проверим! — усмехнулся Мидлер. — К чему гадать?
Они группой направились к Сенатскому дворцу. В полуразрушенных коридорах лежали люди без сознания. Повсюду царила взвесь из пыли. В некоторых местах стены были обожжены, в некоторых — расплавлены. В каких-то комнатах не хватало потолка.
Всем спутникам Марка, да и ему самому доводилось бывать в этом месте, а потому все довольно быстро оказались в тронном зале. И увиденное шокировало их…
Седоволосая напарница Мидлера согнулась в три погибели. Ее вырвало. За ней повторил толстяк. Ректор лишь слегка побледнел…
На троне полулежал пронзенный мечом Глеб. На его щеках застыли кровавые дорожки. Бледное лицо буквально лучилось от поцелуя смерти. Рядом с его рукой, на подлокотнике, застыла голова Федора Нарышкина. Безумный и неверящий взгляд великого князя словно вопрошал: «Как это случилось?! Как такое возможно?!».
Тело великого владетеля московских земель безвольной куклой валялось у подножья трона, у ног осиротевшего сына, вернувшего свое наследие!
— Он жив?! — поинтересовался оцепеневший ректор…
— Надеюсь… — нахмурив брови, тихо сказал Марк и осторожными шагами направился к трону. Магия, разлитая в воздухе, поражала своей агрессивной мощью. Казалось, соперники использовали по-настоящему великие заклинания… Аура отгремевшей волшбы буквально прессовала саму душу!
— Что здесь случилось?! Что за монстры тут бились?! — удивлению ректора не было предела.
— Всего лишь мой ученичок слегка размялся… — с гордостью в голосе проронил Марк. Он подошел к Глебу и с облегчением обнаружил, что тот просто спал… С улыбкой на устах и с мечом в груди!
Очнулся я от слабого прикосновения… Голова раскалывалась, в груди застряла проклятая железяка, всё тело являлось тугим комком боли. Даже зелье, которое я выпил накануне, не решило всех моих проблем. Энергии хватило лишь на базовое восстановление, но до полного было далеко.
Подняв тяжёлые веки, я увидел перед собой взъерошенное и обеспокоенное лицо учителя.
— Тебе чего?
— Как ты, малой? — спросил Марк, с сочувствием меня оглядывая.
Вместо ответа я аккуратно поднялся на ноги и с удовольствием выпрямил спину. Коротким импульсом власти я приказал клеткам отсоединиться от инородного предмета и медленно потянул меч наружу. Бросив клинок к ногам Марка, я еле сдержался, чтобы не заржать в голос. Глаза учителя натянулись на лоб, а брови взлетели чуть ли не к темечку.
— Вот теперь отлично! — сказал я и принялся латать дыру в своем теле. Власть отлично справлялась.
— И он хотел сдать экзамен на получение статуса Идущего по пути? — замелькал перед глазами ректор. — Господа! — Николай Павлович обернулся к своим коллегам. — Думаю, мы сегодня стали свидетелями невозможного… Как вы считаете, целесообразно ли сейчас поставить деснице «отлично» по всем предметам? Магия, что буквально гудит в воздухе от недавно творившихся здесь заклинаний сопоставима с уровнем Возвышения!
Возлюби болезнь свою
Научно-образовательная:
психология
рейтинг книги
