Монарх lll
Шрифт:
— Не стоит… У вас нет выхода. — процедил я сквозь зубы, чувствуя себя грабителем.
Старуха с мрачной решимостью встала на ноги и направилась к выходу. Оставив убитых горем людей, я направился следом. Спустя несколько минут я уже стоял в королевской казне.
Золото меня не интересовало, а вот артефакты и древние свитки…
— Вы можете быть свободны… И… Помните о наших условиях! — повернулся я к женщине.
Старуха молча кивнула и с завидной резвостью заковыляла прочь, а я потянулся к своей пространственной
Но во дворе меня уже ждали…
Вот уже шла третья неделя заточения пана Комаровского в казематах русского Смоленска. Местечко, прямо сказать, не радовало. Холодные каменные стены, высокая влажность, спертый воздух от большого скопления немытых тел, нужник в полу без перегородок — всё это угнетало тонкую натуру Мариуша.
И это еще можно было назвать везением. Комаровского и остальных офицеров распределили в специальные камеры по шесть человек. Им регулярно приносили холодную колодезную воду, давали свежую еду и даже приносили газеты с последними новостями. Правда, на русском… Но многие из польских дворян хорошо знали язык северных варваров. В общем, они могли даже красить свой досуг свежими весточками из свободного мира. Более того, два раза в неделю им приносили нарды и карты, чтобы они могли насладиться доброй игрой.
А вот обычным солдатам было гораздо хуже. Так что пан не унывал и мечтал поскорее оказаться на воле. Он не сомневался, что найдутся адекватные генералы, что смогут с драгунскими полками выбить дерзких русских из Смоленска. Сил-то изначально у польского корпуса было значительно больше на этом направлении!
А русский медведь не мог распылять свои резервы. Огромная страна требовала огромных вооруженных полков на границах. Слишком много было желающих откусить лакомый кусочек от Империи. Поэтому и Годунов не мог собрать здесь всю свою мощь! Это обнадеживало…
В этот день пан Мариуш, как обычно, решил скоротать время за игрой в нарды со своим сослуживцем, паном Войчехом. Он был славным малым. Знал кучу анекдотов и никогда не терял оптимизма. Эта его заразительная черта нравилась многим, особенно в таком безрадостном месте.
Только они бросили кости, как дверь в камеру открылась, и на пороге возник надзиратель. Мужчина зашел внутрь, и за ним показались еще двое. Вооруженные артефактными винтовками и пистолетами.
— Собирайтесь, господа…
— Что случилось? — на ломанном русском задал вопрос Войчех.
— Конец… — сдвинув брови к переносице, мрачно сказал надзиратель и сурово посмотрел на пленников.
— Нас расстреляют?
Смирение и страх выступили на лицах поляков.
Суровая мина на физиономии гостя сменилась на искреннюю улыбку:
— Конец вашим и нашим мучениям! Мир! Варшава признала поражение, вернула все земли, отводит войска и готовится выплачивать контрибуцию.
— Как?! — невольно воскликнул Мариуш. — Сигизмунда убили?!
— Ага! В честном поединке! Собирайтесь! Поедете домой. У нас как раз сегодня обмен пленными.
Комаровский был в шоке… Все были в шоке… Никто не ожидал, что эта война так быстро закончится. И никто не мог себе представить, что Польша проиграет какому-то там деснице…
Спускаясь по разбитым ступеням главного входа в королевскую резиденцию, я разглядывал нового гостя. Во дворе, в небольшом отдалении, стоял мужчина. Его Янтарные глаза будто сканировали меня, а заостренные кончики ушей, увешанные золотыми серьгами, ставили под вопрос, человек ли передо мной.
Стоило мне сойти с лестницы, как незнакомец двинулся навстречу. Его движения были столь грациозны и отточены, что казалось, будто он парит над землей.
— Долгорукий Глеб Ярославович, я полагаю? — остановившись напротив меня, первым заговорил мужчина.
Откуда он знает обо мне? Еще не во всей империи это стало широко известным фактом, а тут другая страна!
— Он самый. С кем имею честь? — решив посмотреть, к чему выведет наш разговор, я принялся внимательно рассматривать незнакомца.
— Можете называть меня Греймдар.
— Какое интересное имя. — задумчиво произнес я, пытаясь вспомнить широкую палитру Земных имен.
И такого имени не было! Хотя это еще ничего не значит, может у него родители были не в себе. Я слышал, что кто-то даже называл своих чад «Шишкой», в честь известного бренда. В мире немало идиотов…
— Смею заметить, что вы навели немало шороху. — продолжил мужчина. — И порушили планы серьезным людям.
— Война — это всегда разрушение чьих-то планов. Так же, как и их реализация. Все зависит лишь от точки зрения.
— Верно подмечено. — чуть сузив глаза ответил собеседник. — Вот только я как раз со стороны тех, у кого они оказались разрушены.
— Могу вам лишь посочувствовать. Но не от всего сердца.
— Право, не стоит. Это далеко не последняя моя партия. — махнул рукой мужчина. — И тем не менее факт того, что причиной моих неудач стали вы, вынуждает меня принять некоторые меры.
— Попытаетесь убить? Не советую. Многие пытались, да только зубы обломали.
На мои слова Греймдар лишь тихо засмеялся.
— Поверьте мне, захоти я вас убить — это не составило бы большого труда. Причиной моего появление стало лишь любопытство.
— Вы очень любознательный человек, раз рискнули ради этого проникнуть на территорию города, объятого Гоном.
— Вы абсолютно правы! Жажда знаний всегда была моей главной слабостью. Но без знаний не обрести подлинной силы! Поэтому я стараюсь потакать своему «пороку».
— Будь все люди так же «порочны», только представьте, как прекрасен стал бы наш мир!