Монстр
Шрифт:
— Он что-то нашел, — бормотал пьяный Берт в тот вечер, когда его потянуло на откровенность. — Поэтому его и убили. Он ведь не первый раз задерживался в штаб-квартире, возможно, не первый раз ковырялся в компьютерах генетиков. Искал то, что они не сохраняли на сетевые диски. Думаю, он что-то нашел. И его решили убрать. А вместе с ним подчистили все, чтобы во время расследования ничего не нашли. Все взорвать — и концы в воду.
Я слушала его и не знала, как относиться к этой версии. Они с Маркусом были хорошими друзьями. Настолько близкими, насколько это было возможно. Берт работал в Корпусе гораздо
— Там было что-то еще… — пробормотал Берт в самом конце разговора. — Зачем камеры все-таки вырубили?
Когда я вопросительно посмотрела на него, он уточнил:
— Запись. Секунд за тридцать до взрыва… Ее все-таки отключили.
Тогда я не придала этому значения, но сейчас, стоя на пороге гостиной, на границе света, зажженного в коридоре, и темноты, царящей в комнате, я смотрела на мужской силуэт, выделяющийся на фоне окна, и мой мозг цеплялся именно за эту деталь. Тридцать секунд до взрыва, в которые в лаборатории происходило что-то так и оставшееся тайной.
Не знаю, как долго мы стояли друг напротив друга в молчании. Я не решалась зажечь свет, поэтому Маркус сам щелкнул выключателем на другой стороне комнаты.
Я мгновенно забыла, как дышать, глядя в прозрачно-серые глаза в обрамлении очень черных ресниц. Только теперь я поняла, что не включала свет, потому что боялась увидеть вытянутый зрачок.
У него заметно отросли волосы, подбородок и щеки были покрыты многодневной щетиной, мятые брюки и рубашка смотрелись на нем так, как будто он только что их с кого-то снял, но улыбался Маркус точно так же, как делал это три года назад в маленькой переговорной со скучными белыми стенами: доброжелательно, сдержанно и чуть отстраненно.
— Здравствуй, Нелл.
Забыв о том, что между нами всегда существовала некоторая дистанция, я в два шага преодолела разделявшее нас расстояние и заключила Маркуса в объятия. Он обнял меня в ответ и тихо рассмеялся, щекоча шею горячим дыханием.
— Я знал, что ты будешь рада меня видеть, — почти прошептал он. — И я рад. Если бы ты знала, как мне тебя не хватало все это время…
В его голосе прозвучало что-то такое, что заставило армию мурашек совершить марш-бросок по моей спине. Я чуть отстранилась, чтобы снова посмотреть на его лицо. Неужели тогда, два года назад, в нашу последнюю встречу, мне не показалось?
— Где же ты был все это время? — сквозь неизвестно откуда взявшиеся слезы спросила я, окончательно забывая обо всех границах и касаясь кончиками пальцев его заросшей щетиной щеки.
— Это очень длинная история. — Маркус мягко, но настойчиво высвободился из моих объятий, на мгновение сжав руку в своей. — А у нас мало времени. Вы узнали о проекте «Ангел», и теперь вам всем грозит такая же опасность, как и мне.
В голове
— Заваришь нам чай? — спросил он с едва заметной насмешкой в голосе. — А я тебе расскажу короткую версию для начала.
Я кивнула и пошла на кухню, чувствуя благодарность за то, что он сориентировал меня, дав задание. Такая простая и понятная вещь, как приготовление чая, помогла мне успокоиться и снова почувствовать связь с реальностью.
Хотя сидящий на моей кухне лохматый и небрежный Маркус Фрост едва ли мог считаться нормальной частью реальности. Но тем проще мне было воспринимать его не менее фантастический рассказ.
— Проект начался еще два с половиной года назад. Я узнал о нем примерно за месяц до того, как в меня стреляли. К тому моменту Рантор создала свою первую химеру, но она… через какое-то время оказалась неуправляема.
— И что с ней стало? — опасливо поинтересовалась я, ставя на стол две чашки — для него и для себя.
— А что обычно происходит с неудачным результатом эксперимента? — не глядя на меня ответил он, беря в руки заварочный чайник и разливая по чашкам чай. — Ее утилизировали.
— Это тоже была… я? — слова застревали в горле, но я все равно заставила себя задать этот вопрос.
Маркус покачал головой.
— Нет, Лина — это версия 2.0, так сказать. Вариант улучшенный и дополненный. Для первой версии Рантор брала другого человека, но та личность не оправдала ее ожиданий. Видимо. И она выбрала тебя.
— Но почему именно меня?
Маркус пожал плечами, машинально почесывая заросший подбородок.
— Честно говоря, не знаю. Возможно, она питала к тебе какую-то симпатию или, наоборот, антипатию. Или твои личностные характеристики оказались наиболее подходящими. Возможно, определяющей стала комбинация факторов. Или это лишь стечение обстоятельств, и на твоем месте могла оказаться любая. Насколько я понимаю, теперь мы этого уже не узнаем?
Он посмотрел на меня вопросительно, и я почему-то отвела взгляд, словно мне стало неловко. Но ведь это не я убила Рантор, а мой двойник!
— Она меняется, — тихо заметил Маркус, продолжая сверлить меня тяжелым взглядом. — Лина. В ней становится все меньше тебя и все больше этой твари — хамелеона. Происходит то, что случилось с версией 1.0. Только на полтора года позже. Интеллект, который ей достался от тебя, уступает инстинктам хищника.
— Значит, со временем она станет обычным монстром?
— Если мы это не остановим.
Я едва на обожглась чаем, услышав это.
— Каким образом?
— Рантор нашла способ подавить растущее доминирование хамелеона. Но для проведения этого ритуала ей было недостаточно только крови. Ей был нужен оригинальный организм. Ты. Но она понимала, что похищать тебя — опасно и накладно. Поэтому собиралась перейти к новой версии. Версии 3.0. Подозреваю, что Лина это поняла. И именно это спровоцировало убийство. Рантор не учла, что Лину так просто утилизировать не получится. Возможно, именно вторжение Корпуса позволило Лине убить свою создательницу до того, как та уничтожила ее. Там ведь наверняка поднялась суматоха.