Мор мечей
Шрифт:
– Митла нам не союзник, – сказала Жизель. – Давайте сразу все проясним. Если герцог Митлийский меня узнает, то бросит в тюрьму. Или что похуже.
Кронмир задумался, пытаясь выбрать слова повежливее.
– Вы подвергаете нас всех риску?
Сотню шагов они проделали в молчании, только позвякивала впереди тележка лудильщика.
– Мастер Кронмир, вы не показываете мне свои крапленые карты, а я вам свои. Я хорошо знаю места к северо-востоку от Митлы, как и сэр Томазо.
Томазо Лупи упорно смотрел в сторону,
– Потому что вы собираетесь объявить Митле войну?
– Если вы такой умный, – сказала герцогиня, – может, вы сообразите держать свои догадки при себе?
Митла казалась вымершей. Они подъехали к воротам города – великолепным, высотой в пятьдесят футов. Стены показались Кронмиру неприступными. На дорогах было почти пусто, в город направлялось разве что несколько крестьянских телег с припасами. Сэр Томазо ускакал вперед и поговорил с лудильщиком. Кронмир подозрительно смотрел на них. Рыцарь поступил умно: купил какую-то мелочь, щедро заплатив за нее. Род взятки. Пожал бродяге руку, как будто равному, и поскакал обратно.
Кронмиру очень не нравилась тишина. У него волосы на загривке дыбом вставали. Лудильщику она тоже не нравилась – он раскинул свою лавку, не въезжая в город. Примерно за пятьдесят шагов до ворот, открытых, как жадные пасти, Кронмир остановился.
– Давайте объедем город.
Сэр Томазо и герцогиня переглянулись.
– Это будет странно, – сказала герцогиня.
– Не так и странно, – возразил беронский рыцарь. – Тот мужик сказал, что у северной стены расположился ифрикуанский торговец лошадьми. Может быть, мы хотим купить свежих коней.
Жизель в первый раз улыбнулась Кронмиру.
– Непохоже на совпадение.
Они развернули лошадей и поехали вокруг. Город молчал. Никто не расхаживал по стенам, что само по себе вызывало тревогу. Конская ярмарка оказалась почти пуста, всего два торговца: ифрикуанец в бурнусе с великолепными конями из своей страны и местный, с равнинными скакунами. Они сидели рядышком, сетуя на отсутствие покупателей. Жизель пошла к ним, а Кронмир молча принялся их изучать. Жизель быстро сторговала четырех ифрикуанских меринов и одну кобылу. Покупка была дорогая, и М’буб Али восславил Аллаха и долго кланялся герцогине. Потом она решила переговорить с местным, а Кронмир поклонился ифрикуанцу.
– Должно быть, непросто было добраться морем из Дара вместе с конями?
Темнокожий поклонился в ответ и радостно улыбнулся, сразу став гораздо моложе.
– Ха. Я делал это шестьдесят раз. Я знаю о плавании с лошадьми больше, чем любой человек на свете. А еще я скромный, – добавил он и улыбнулся шире.
Торговец щелкнул пальцами, и вертевшийся рядом мальчик убежал.
– Я хотел купить госпоже кофе, но она слишком сильно спешила.
– Хм, – только и ответил Кронмир. Торговец явно заманивал его. – А самое последнее плавание не было ли тяжелее остальных?
Взгляд
– Очень интересный вопрос.
– Я сам плавал по морю, – пожал плечами Кронмир.
– Я так и подумал, что ты не из этих мест, хоть и говоришь гладко.
– Я из империи за морем, – честно объяснил Кронмир.
Мальчик вернулся с латунным подносом, кувшинчиком и крошечными медными чашечками. Сэр Томазо перестал любоваться лошадьми, как юнец, впервые оказавшийся в борделе, и подошел к ним. Кронмир сел на предложенную подушку и отпил кофе.
– Я видел битву с двумя морскими чудовищами. И подумал, что перевозить коней сейчас… – Он не стал продолжать, надеясь зацепить торговца.
– Время нынче странное, – согласился М’буб Али.
Джулас Кронмир почти уверился, что имеет дело с человеком одного с ним ремесла.
– Насколько странное? Настолько, что халиф готов терять деньги на хороших конях, лишь бы получить новые сведения?
М’буб Али помолчал. Поднес чашку к губам, прищурился. Кронмир закрыл оба глаза, потом открыл.
– Мы не отсюда, – осторожно сказал он.
Вернулась Жизель, переговорившая со всеми, присела на ковер и взяла чашку кофе.
– Благодарю. Я люблю кофе.
– Предположим – только предположим, – что это может быть правдой, – сказал М’буб Али.
– Думаю, это не причинит мне вреда, – кивнул Кронмир.
Он улыбнулся Жизель и взглядом попытался дать понять, что ведет непростой и деликатный разговор. Она опустила глаза.
– Думаю, мы можем обменяться не только деньгами за коней, – смело заявил Кронмир.
Он торопился, из Митлы почему-то хотелось сбежать как можно быстрее. Торговец не моргнул глазом.
– Тебе известен человек по имени Павало Пайам? – рискнул Кронмир. Так утопающий хватается за соломинку.
Но на этот раз соломинка оказалась крепкой.
– Очень интересное имя. Друг. Соплеменник. – Он помолчал и отпил кофе. Вздохнул. – И один из самых верных слуг моего хозяина. Клинок веры. Гроза немертвых.
– Я встречал его в Харндоне.
– В далекой легендарной Альбе? – Торговец сверкнул зубами. – Я начинаю думать, что ты либо тянешь меня в ловушку – а тогда учти, что мои люди хорошо вооружены, – или что эта встреча случилась волей самого Аллаха.
– Второе, М’буб Али, – вставила Жизель. – Мы хотим посмотреть на то, что зовем Тьмой. Ваши люди знают немертвых. Это одно и то же?
М’буб Али оперся на локоть и налил себе еще кофе.
– Думается мне, что часть пути нам предстоит проделать вместе.
Они выехали еще до рассвета, навстречу алому солнцу. Дождь прекратился, горы к северу сверкали снежными шапками. Дорога шла по самой плодородной и ухоженной земле, какую Кронмир видел в жизни. Одно поле спелой пшеницы сменялось другим.