Море Мечей
Шрифт:
— А какое отношение все это имеет к моей хозяйке? — спросила женщина.
— Да мне просто надо попасть к ней… то есть к ее дому, или крепости, или кораблю — уж не знаю, где она живет, — согласился Лелоринель. — От самой Шилы Кри мне ничего не нужно. Изменится что-нибудь или нет, это будет зависеть от нее. Думаю… — И он выразительно поглядел на веревки.
Женщина довольно долго разглядывала его, обдумывая странный рассказ, потом снова сделала какой-то знак стражникам.
Один поспешно приблизился к Лелоринелю и вы тащил длинный зазубренный нож.
Стараясь не обращать внимания на явно разочарованные рожи охранников, эльф поглядел на женщину и заметил на ее пальце свое кольцо, без которого не чего было и надеяться победить в схватке с Дзиртом До'Урденом.
— Оружие тоже верните, — приказала женщина подчиненным, и все трое недоуменно, точнее просто тупо, уставились на нее.
— Чтобы добраться до Шилы Кри, придется пройти опасный путь, — пояснила она. — Оружие тебе наверняка пригодится. Если не разочаруешь меня, может, и увидишь Шилу Кри, хотя неизвестно, выслушает она твою байку или просто убьет.
Лелоринелю оставалось лишь смириться. Эльф забрал свои вещи и оделся, стараясь не делать резких движений и вести себя так, будто грубых верзил здесь и вовсе нет.
В скором времени все пятеро выехали из северных ворот Лускана.
Глава 10. ПРОКЛЯТАЯ ЗИМА
— Это от Дзирта, — сказал Кассиус, протягивая Реджису свиток. — Его доставил один неприятный тип из Лускана, знаменитый чародей, так, по край ней мере, он сам утверждает.
Реджис принял послание и развязал бечевку.
— Думаю, оно тебя обрадует, — поторопил его Кассиус.
— Ты что, читал? — недоверчиво спросил Реджис.
— Этот чародей из Лускана по имени Валь-Дуссен, считающий себя шибко умным, забыл имя того, кому я должен передать письмо, — неохотно пояснил Кассиус. — Поэтому мне пришлось его просмотреть, и из содержания я понял, что оно предназначается либо тебе, либо Бренору Боевому Топору, либо обоим.
Реджис кивнул, как если бы объяснение его устроило, хотя советник мог, и не читая письмо, прийти к тому же заключению. Интересно, а кому еще могли послать сообщение Дзирт и Кэтти-бри? Но хафлинга слишком заботило, что написал Дзирт, поэтому он ре шил оставить все как есть, развернул свиток и прочитал послание.
Лицо его сразу озарилось улыбкой.
— Возможно, варвар жив, — заметил Кассиус.
— Похоже, — согласился хафлинг. — По крайней мере знак на теле той женщины не означает того, чего мы больше всего боялись.
На лицо Кассиуса как будто набежала тень, и Реджис это заметил.
— В чем дело?
— Ни в чем.
— Но я же вижу, — не отступал хафлинг и вдруг нахмурился: — Что с женщиной?
— Ее нет, — сознался Кассиус.
— Умерла?
— Сбежала. Несколько дней назад. Советник Кемп отправил ее на рыболовецкое судно из Таргоса. Едва корабль вышел из гавани,
— Ну так, значит, она погибла, наверняка замерзла в ледяной воде, — заявил Реджис. Он прекрасно знал, что в холодном Мер Дуалдоне невозможно долго продержаться даже в разгар лета, не говоря уж о поздней осени.
— И команда тоже так думала, — подтвердил Кассиус — Но она, похоже, воспользовалась каким-то заклятием, потому что ее видели в воде неподалеку от западной части Таргоса.
— Тогда она наверняка лежит бездыханная где-нибудь на берегу озера — такого заплыва и погоды никто не выдержит, — предположил хафлинг, — или полубезумная бродит где-нибудь у кромки воды.
Кассуис энергично помотал головой.
— Сдается мне, эта Джул Перец — хитрая бестия. Ее не нашли, а на одной ферме, к западу от города, пропала одежда. Скорее всего, она давно уже на пути из Долины Ледяного Ветра, так что я только рад распрощаться с ней.
Реджис думал о другом. Он соображал, не грозит ли бегство Джул Перец неприятностями его друзьям. Женщина знает Дзирта и наверняка захочет свести с ним счеты.
Все же волноваться он не стал, ведь такие, как Дзирт и Кэтти-бри, могут за себя постоять. Если Джул Перец и перейдет им дорогу, тем хуже для нее.
— Я должен навестить Бренора, — сказал он Кассиусу. И, спрятав письмо за пазуху, хафлинг выскочил из дома старейшины и пронесся через весь Брин Шандер в надежде поймать какой-нибудь торговый караван, отправлявшийся бы этим утром к дворфским рудникам.
Удача его не подвела, и вскоре Реджис уже ехал в телеге, груженной мешками с зерном. Ехать было удобно, поэтому почти всю дорогу он проехал.
Вечером этого же дня Реджис наконец разыскал Бренора. Бывший король был сильно не в духе, но с тех пор как отбыли Дзирт и Кэтти-бри, это было его обычное состояние.
— Вы же поднимаете худую породу! — орал рыжебородый король на двух молодых рудокопов, черных от грязи, каменной крошки и пыли. Бренор выхватил из тележки кусок добытой породы и раскрошил одной рукой. — Вы что, думаете, здесь есть хорошая руда?
— Копать очень трудно, — стал оправдываться один из рабочих, он был еще молод, черная борода едва прикрывала кадык на толстой шее. — Шахта очень глубокая, приходится висеть вниз головой…
— Пф! Ты меня, наверное, с кем-то путаешь! Думаешь, мне интересно слушать твое нытье? — заорал Бренор. Стиснув зубы и сжав кулаки, он зарычал, как будто скопившийся внутри него гнев настойчиво искал выход.
— Мой король! — вскричал тут же молодой дворф. — Мы спустимся и добудем хорошую породу!
— Пф!
Бренор развернулся и, толкнув пузом тяжело груженную тележку, опрокинул ее. И, словно такой раз рядки ему как раз и не хватало, замер, уперев крепкие руки в бока, уставясь на перевернутую тележку и рас сыпавшиеся по коридору камни. Потом он закрыл глаза.
— Не надо спускаться, — спокойно обратился он к рудокопам. — Идите помойтесь и поешьте. Порода как порода — это вашему королю крепости не хватает, похоже.