Море, море, не губи...
Шрифт:
— О майн гад! Не звони, если тебя в местную полицию загребут.
Егорова только фыркнула. Один раз была такая фигня, а в памяти на всю жизнь осталась. В то лето все бурно праздновали День Десантника и так уж случилось, что Катя прониклась. Сначала шаталась с ребятами по улицам, надрывая горло песнями, а потом, понятное дело, в фонтан залезла. В центральном парке. Что она… лысая, отставать от других?
Попрощавшись с подругой, принарядившись в длинный белый сарафан, собрав волосы в хвост, Катя пошла ужинать.
Глава 9
Столы накрыли на улице, перед бассейном. Услужливые официанты шныряли между отдыхающими спеша уносить грязную посуду и готовить места для следующих оголодавших туристов. Чуть поодаль разместился человек-оркестр, сомнительно радуя давно забытыми хитами всех стран. Подстраховался, чтобы никого не обидеть.
Катя расположилась ближе к артисту, взяв себе овощей и мяса на гриле. Бокал вина ей принес улыбчивый мальчик, а вместе с ним еще и стакан неизвестного коктейля похожего на "Пина-коладу". Вредничать Егорова не стала. Дома ей не до разгула, а тут можно…
— Сегодня у нас веселое состязание на пляже! — на разных языках произнес аниматор, демонстрируя широкую радостную улыбку. — Отвоюем канат первенства!
— Отвоюем-отвоюем, — хмыкнула Катя, потягивая из трубочки спиртное. Вино уже давно закончилось.
Пока она представляла, что же будет на пляже, артист запел “ Восемнадцать мне уже”… На первых аккордах музыки Егорова подпрыгнула, едва сдерживаясь от плясок, кстати, желательно самых позорных.
— Жабира мина шкоре, — а вот после слов еле словила брызги изо рта. Подпеть, видимо, не удастся, ибо слов не знала.
В любом случае, настроение значительно поднялось. Она оказалась не одна, кого зацепил легкий хит, потому как с разных уголков террасы слышались голоса, вторящие музыканту.
На пляже лежаки выставили ровненькими рядами, как на парад. Кто-то уже вальяжно располагался для просмотра занимательного состязания, а кто-то топтался у кромки воды. Катя выбрала себе шезлонг в первой линии и присела.
Как гриб после дождя появился все тот же услужливый парень и предложил фрукты. Отказываться не стала. Взяла себе черешни. Побольше. Почти ведерко, напоминающее те, что в кинотеатре с попкорном выдают.
Аниматор вынес толстый канат и стал шутками и прибаутками собирать вокруг себя людей. Егорова ела ягоду и присматривалась к участникам.
Оказалось, что набирали две команды. Почему аниматор работал на два отеля — хрен его знает, но виделось все масштабным и веселым. К команде достаточно крупных мужиков с животиками, присоединялись их жены. Правды ради, эти воинственные фурии быстрее выиграют первенство, чем их мужья, думала Катя. Глаза воинственные, позы уверенные… Не то что их благоверные с пивасиком в руках.
Егорова и дальше бы сидела, наблюдая за представлением, если бы ко второй команде не
Вот тут Катьку переклинило. Отставив в сторону тазик со сладкой черешней, она стряхнула невидимую грязь с рук, ударив несколько раз ладонями друг о друга, и подалась к “своим”.
Че там весельчак говорил? Первенство забрать? Ну, держитесь, буржуи…
Глава 10
Как и почему Егорова оказалась первой во всем творящемся безобразии — не поняла. У каната с разных сторон на точке старта ждали команды: она со своей бригадой за спиной и, мать его, Эдик, со своими.
— Раз… Два… Старт! — скомандовал аниматор и начался полный пиз… Черти что, короче.
Все кричали и пыхтели. Катю вцепившуюся в канат таскало по песку как брелок за ключами. Порой ее откровенно подвешивали. В общем, пользы от нее мало, но старалась она изо всех сил. Буравила гневным взглядом красавчика и орала “своим” поднапрячься… Налечь посильнее, так сказать.
Эдик смотрел на нее с явным недоумением, и трудно скрываемой улыбкой. Казалось, еще пара натужных действий и он разразится диким хохотом. Только Егоровой плевать. Главное победить!
И все же, их команда проигрывала, хоть и была в численном перевесе. Поджарые, следящие за собой мужчины с гребаного лайнера, явно сильнее.
С детства родители говорили Кате, что она не умеет проигрывать. А сейчас выиграть казалось архи-важным. До такой степени, что либо мир у твоих ног, либо ты лузер и иди утопись к чертовой матери.
Прикидывая варианты со скоростью света, Егорова не долго думая, выдала первое, что пришло в голову, глядя на Эдика:
— Хочешь сиськи покажу?
Хрен знает, что его выбило из колеи, но он разжал руки, а Егорова заорала во все горло: “Тащи-и-и!”
И их команда выиграла.
На этом бы цирк закончить, но эйфория от победы ощущалась Егоровой так сильно, что она стала выплясывать под свою же мелодию. Попрощавшись со здравым смыслом она гарцевала вокруг “буржуев”, глядя с превосходством и строя им самые нелепые гримасы. А когда к ней присоединились еще пара изрядно пьяных дядек из ее команды, так она в конец обнаглела. Покрутила задницей рядом с Эдом, ехидно ляпнув:
— На сладенькое повелся, глупенький… — и захихикала.
Красавчик смотрел на нее нечитаемым взглядом, не отпускал из контакта глаза в глаза.
— Повелся, — улыбнулся Эдик и перехватил ее поперек талии, прижимая к себе. — И намерен получить обещанное.
— Эй, а ну руки убрал! — трепыхалась Егорова.
— Как только… так сразу.
Альфа-самец закинул ее себе на плечо и двинулся к пустующему деревянному пирсу.
— Эй, ты куда собрался? Поставь меня на место! — болталась вниз головой Егорова и молотила его по упругой заднице. — Люди-и-и-и! Помогии-и-ите!