Моролинги
Шрифт:
— Том!
Ом-ом-ом, загудело эхо.
— В яблочко! Не буду спрашивать, что читал Лиувилль во время отдыха в Поджо-Сан-Лоренцо. Ты, наверняка, помнишь. Скажи лучше, от кого ты бегаешь?
— А то не знаете!
— От Виттенгера? Брось! Пока я с ним, он не опасен. Давай, я отвезу тебя на турбазу. Ты чем тут питаешься?
— Спасибо, не голодаю. О себе побеспокойтесь.
— С чего это мне беспокоиться?
— Если вы на флаере, то считайте, что вас засекли. Сейчас
— Рунд? А кто это?
— Местный босс. Мы на его территории. Из-за вас они найдут меня. Улетайте, номер вашего комлога я помню, надо будет — свяжусь. Улетайте, прошу вас.
Он не блефовал, это было ясно.
— Ладно. Как с тобой связаться?
— Сказал же, сам свяжусь.
— Тебе хоть мыла оставить?
— Пошли вы…
Раздалось несколько гулких шагов, потом — совсем глухих, потом все стихло. Бенедикт спустился до ближайшей лестничной площадки и ушел вглубь энергостанции.
Я потопал вверх по лестнице.
Пока я раздумывал, где бы сесть, у симулятора возникла неожиданная дружба с диспетчерским компьютером авиабазы «Ламонтанья». Думаю, этой дружбе помог автопилот, который еще помнил старого хозяина. Втроем они посадили флаер как фуникулер на жестком тросе. Плевать, — подумал я про Дуга и его предупреждение.
Дуг выскочил из люка на посадочной площадке, как чертик из коробки.
— Я кому сказал, нельзя здесь! — орал он, перекрикивая ветер.
— Твои проблемы… — отмахнулся я. — Я могу потерять тридцать пять тысяч казенных денег, а ты свободу. А может и здоровье, — я поправил бластер подмышкой. Ремень и вправду натер плечо.
— Погоди, — сказал он спокойнее. — Давай вместе решим, как поступить.
— Давай. Но ты не скромничай. Ночь длинная, успеешь сто раз перекрасить и заменить номера. Учить тебя, что ли…
— Учить не надо. Не люблю. Гони пятьсот, — малый соображал быстрее симулятора.
— После работы. И крась в зеленый, мне еще к моролингам надо будет слетать.
При упоминании о моролингах Дуг оцепенел. Затем снова поразил меня скоростью принятия решений:
— Могу навесить пару импульсных излучателей. «Панцерфауст» — отличная модель. Есть «Стингеры», но они хуже. По пять штук за каждый.
— Обойдусь.
Но сам подумал, а почему бы и нет.
— Не обойдешься, — прошипел он мне в спину.
24
За дверью в номер Виттенгера царила подозрительная тишина. Я постучал и назвал свое имя.
— А, Фёдор, входите, мы вас ждем, — раздался за дверью звонкий девичий голос.
«Ура, сработало!» — возликовал я всей душою и
Предо мной предстала потрясающая картина. Рука сама тянулась к комлогу, чтобы запечатлеть для истории, как начальник Департамента Тяжких Преступлений, полковник Виттенгер сидит в углу кровати, обхватив руками подушку и подобрав ноги. Никогда б не подумал, что он может быть таким маленьким. Шишка сидела на корточках и терла пол мокрой губкой. Прикроватный столик очутился на своем месте, но вряд ли самостоятельно — на нем лежала самая обычная отвертка.
Шишка, не поднимая головы, кокетливо-возмущенно ворковала:
— Господи, какая грязь. Фёдор, у вас, небось, такая же. О гостях здесь совсем не заботятся, — с этими словами она сполоснула губку в пластмассовом ведерке, стоявшем рядом.
Виттенгер умоляюще простер ко мне руки, мол, спасай, выручай, ну сделай хоть что нибудь! На крючке рядом с дверью весела кобура с бластером. Только я на нее посмотрел, как Шишка заявила:
— Я его разрядила, а то инспектор чуть было не покалечился. Неуклюжий он, право…
Она почесала щеку плечом.
— Федр, убери ее! — завопил инспектор. — Почему ты меня не предупредил?!
— Хм, а я думал, вы тут в картишки режетесь, тихо — мирно.
— С картишками тут совсем плохо, — заворковала Шишка. — Ночами так грустно и одиноко, вы не представляете… Я пробовала научить роботов, но они такие бестолочи. Представляете, вдвоем вистуют на восьмерной. Дураки! А инспектор такой бледненький, такой несчастненький… Жена, верно, за ним совсем не смотрит… — она посмотрела на инспектора едва ли не со слезами на глазах.
— Инспектор сейчас одинок, — подлил я масла в огонь.
— Оно и видно. Но мы это как-нибудь поправим… Я тут курицу стащила, на кухне. Инспектор отказывается есть. Вы, Фёдор, хотите курицу?
— Хочу!
— Жаль, — вздохнула она. — Я думала, инспектор потом съест.
— Где вы ее нашли? — спросил я у человека, который теперь лишился и курицы.
— На складе туристического снаряжения, — ответила она за инспектора. — Там мыши бегают — просто ужас! И холод жуткий.
— В спальниках спали?
— Да, в них… — она насторожилась.
— С обогревом? — снова спросил я и снова получил утвердительный ответ. — Ну вот, инспектор, а вы спрашивали, почему у спальника, который дала вам Катя, так быстро сели батареи. Шишка и здесь вам досадила. А вещи зачем воровали? — я опять обратился к Шишке.
— Воровала? Ах, одежду… Не воровала, а покупала. Я оставляла за нее деньги. Нужна же мне чистая одежда. Душевых тут навалом, а одежды нет.
— Про деньги постояльцы ничего не говорили.