Морроувинд
Шрифт:
Но всё же он пошёл. Сул-Матуул не оставлял выбора, ему нужен был лук.
Погребальные Пещеры Уршилаку - это целая система тоннелей и залов, пробитых в толще горной породы. Старательные эшлендеры не хуже гномов долбили эти тоннели и заносили споры небольших святящихся грибов, дабы их мёртвым мумифицированным предкам не мог угрожать внешний мир.
"Отвратительный обычай",- подумал Кай-Са, разглядывая очередное рассохшееся, пахнущее пылью тело покойного данмера. Тело было мумифицировано в сидячем положении - голова лежала на подтянутых к груди коленях. Сцепленные
Аргонианин покачал головой. Не так должен воин тратить свою Жизнь-После-Смерти, не так. В Аргонии тела павших воинов кладут на огромный лист иттрос - кувшинки, что растёт и в землях теплокровных, но отличается значительно меньшим размером - и отправляют в болота. Когда тело павшего утянет на дно и его вечный дух освободится, то он станет частью болот и лесов родины. Он превратиться в вечного стража родных земель.
Блуждая по тоннелям Погребальных Пещер, Кай-Са окончательно убедился, что лук найти будет непросто. Он тщательно обшаривал каждую пещеру в поисках Костогрыза, но ничего не отыскал, кроме неприятностей на свой хвост.
С первым стражем Пещер аргонианин столкнулся в узком проходе. Скелет - страж гробницы какого-то знатного эшлендера - ходил кругами около деревянной покосившейся двери, цепляя стены длинным ржавым обломком кривого ятагана, отчего по всему тоннелю раздавался жалобный скрежет железа по камню.
После того как толстая арбалетная стрела с глухим стуком ударилась об стену, беспрепятственно пролетев между рёбер скелета, Кай-Са бросил серебряный арбалет, сделанный охотниками за нечистью и достал свои короткие клинки. Конечно, Тень справился бы лучше, но длинным двуручником особо не помахаешь в узком тоннеле.
Скелет сделал выпад. Опасный выпад, любой живущий, из плоти и крови уже давно бы поплатился за такую беспечность, но страж гробницы не чувствует боли, не знает ни смерти, ни усталости. Клинки Кая-Са только бесполезно проскрежетали по старым костям.
Скелет - создание магическое. Не имея мускулов, связок, нервной системы невозможно существовать, двигаться, драться. Только магия может вдохнуть хоть какое-то подобие жизни в старые кости. Такие существа могут быть опаснейшим противником, если не знать их слабые места. Кай-Са знал.
Аргонианин сделал ложный атакующий удар по ногам. Скелет, пользуясь своей памятью о прошлой жизни, инстинктивно опустил обломок своего ятагана, дабы защитить голень. Тут Кай-Са совершил рывок вперёд и вогнал остриё клинка прямо в пустую глазницу скелета.
Это и есть их слабое место. Пустая черепная коробка служит вместилищем для центового узла сети заклятий, опутывающей мертвеца и придающей ему это подобие жизни. Если разрушить этот центр - заклятье распадётся, словно карточный домик.
Скелет одну долгую секунду стоял неподвижно, как показалось аргонианину, удивлённо взирая на противника. Кай-Са уже было подумал, что центр заклинания находится в другом месте (такое тоже возможно) или это заклинание вообще поддерживается без центрального узла (такое тоже бывает,
Чем дальше пробирался Кай-Са вглубь Пещер, тем чаще стали попадаться ему стражи этих мест. С одними ему приходилось драться, от других он просто прятался, выжидая момента, когда путь будет свободен, а от третьих приходилось убегать. Скелеты, конечно, не могут устать, но вот выслеживать жертву, не имея достаточного зрения и вообще не имея слуха - невозможно. Они стражи, охранники, а не гончие псы.
Аргонианину было очень неуютно в этих Пещерах. Он каждую минуту ждал обвала каменного свода, с торчащими из него сталактитами. Их острые концы, напоминающие длинные копья легионеров, казалось, смотрят прямо на Кая-Са, отчего ему вспоминались картины недалёкого прошлого, когда он был схвачен в плен.
Помотав головой, он отогнал все ненужные мысли. Кай-Са принялся за дыхательные упражнения, приводящие его в медитативное состояние подобное магическому трансу, только без лишения всех чувств из-за глухой непроницаемой и в то же время невидимой стены, что возводит маг для погружения в это состояние.
И тут до аргонианина дошло, что тоннель привёл его в залу, созданную руками эшлендеров. Зала небольшая, чашеобразная, без видимых выходов. Она была озарена светом множества бледно-голубых грибов. Там внизу (Кай-Са стоял на возвышении и охватывал взглядом всю залу) кто-то был. Чёрная тень, которая была отчётливо видна на фоне серого камня. Судя по тому, как плавно кружит эта тень, можно сделать вывод - это призрак. Но самым важным было то, что призрак охранял мумифицированного эшлендера, в руках у которого был длинный лук. Ошибки быть не могло - это и есть Костогрыз.
Кай-Са потянул из-за плеча Тень. Пора и мечу поработать по-настоящему. Рукоять стала тёплой от прикосновения аргонианина. Кай-Са поудобнее перехватил клинок и широким шагом отправился навстречу призраку. Глаза его загорелись, превратившись в два язычка пламени.
Призрак заметил противника и в мгновение ока оказался перед аргонианином. Он взмахнул своей рукой с длинными когтями, но Кай-Са успел в последний момент закрыться мечом. Призрак взвыл и откатился назад, восстанавливая свою конечность.
Эти создания чрезвычайно живучи, несмотря на то, что уже не принадлежат к миру живых. Их существование поддерживается силой мага, наложившего заклятье, которое отторгает душу и заключает её в бесплотную оболочку. Такие заклинания очень страшны по своей сути, они обрекают душу живого существа обитать вне плоти и не дают этой душе отправиться в свой посмертный путь. Используемые магами Гильдии заклинания вызова духов менее жестоки. С помощью своей силы волшебники пробивают барьер между вещественным миром и Обливионом. Их заклятья вылавливают нужную душу, заключая её в оболочку, но это временно, так как волшебные силы магов тоже небезграничны.