Московская плоть
Шрифт:
– Я если и пойду куда-нибудь, то уж точно не в офис. У меня аллергия на офисную пыль и на слово «дела». Можешь пойти сама. Тебя, между прочим, тоже короновали.
– Насколько я поняла, моя миссия начинается с наступлением ночи.
– Мышка, ты очень скоро поймешь, что разделение нашей миссии на день и ночь весьма условно. К тому же у меня давно выработался стереотип поведения, построенный на моих индивидуальных биоритмах. Я не могу днем работать. У меня с утра и до обеда – отходняк. А ты и так привыкла вставать на работу. Вот и давай построим нашу работу, – Уар скривился, произнося это слово, – на взаимозаменяемости и взаимопомощи.
– Послушай,
– Именно, – обрадовался Уар, – откосить! И я рад, что наконец-то хоть кем-то правильно понят. Когда умер Дед, я сразу понял, что меня коронуют. Но я этого не хотел больше всего на свете. Я поэтому и напился на панихиде.
Уар хотел, чтобы этот допрос скорее завершился – уж очень раздражало его бессмысленное теребление Марией камней, предназначенных для игры в го. Он много десятилетий посвятил ее изучению и относился к этому виду интеллектуальных развлечений с пиететом. Уар перебрался за столик к молодой жене, пересадил ее к себе на колени и, откинув тяжелую копну ее пепельных волос за спину, медленно провел губами по самому совершенному контуру, который доводилось ему видеть за долгую жизнь, – от ушка до плеча.
– Ну, как знаешь, а я так не привыкла. – Марья решительно поднялась из-за столика, не ответив на ласки мужа.
– Вот и поезжай тогда принимать дела!
Уар был разочарован и раздосадован. Как быстро проходит все хорошее! За всю свою долгую жизнь приятные мгновения он мог пересчитать по пальцам.
– Эх ты… упырь несознательный… Адрес офиса давай.
Царевич удивленно пожал плечами и назвал:
– Волхонка, пятнадцать.
Марья оделась, спустилась в подземный паркинг и села за руль своего отремонтированного «форда». Проехав по Волхонке, она сначала не нашла нужный адрес. Дом под номером пятнадцать отсутствовал. Она включила навигатор. Прибор привел ее к храму Христа Спасителя. Ничего не понимая, девушка решила объехать это место еще раз и, не заметив помеху справа, ударила «ауди» с флажками. Боковое стекло мягко опустилось и яркая блондинка, сидевшая за рулем, закричала:
– Глаза разуй, коза! Может, ты еще задом наперед ездить будешь?
На ДТП приехал целый генерал. «Думские» машины находились под его личным контролем.
– Прошу выйти и предъявить документы, – обратился он к Марье.
Да что ж такое?! Что за невезуха? – подумала Марья, выбираясь из машины под торжествующим взглядом блондинки. Покопавшись в сумке, она достала права и попавшую под руку черную пластину с высеченной звездой, которую во время церемонии вручил ей Фофудьин перед тем, как Бомелий предпринял последнюю, бесстыдную и отчаянную попытку закрыть ей вход в комьюнити. Попытку, стоившую ему зуба.
Генерал протянул было руку за документами, но когда взгляд его упал на торчащий из-под прав угол черного звездодыра, с лица его как ветром сдуло всю деловитую спесь. Он резко вытянулся перед Марьей и взял под козырек. Затем, схватив под локоть блондинку и запихнув ее в «ауди» чуть ли не пинками, отзвонился депутату:
– Ты кому, урод, тачку дал? Тебе теперь крутиться на вилах и объясняться с теми, кого твоя крашеная дура умудрилась
Почуяв, что ситуация неожиданным образом переменилась в ее пользу, девушка не стала дожидаться разбора полетов, за что генерал был ей несказанно благодарен, хоть и удивлен, и поехала к храму. Чем черт не шутит? – подумала она, заезжая в подземный паркинг храма.
Но въезд для нее был тут же перекрыт бдительной, но зажравшейся охраной, смотревшей на «Форд-фокус», как солдат на вошь. «Каждая кочка мнит себя Джомолунгмой», – разозлилась Марья и, наученная предыдущим опытом, вынула черную пластину-звездодыр. И дальше с удовлетворением наблюдала, как таращатся в ужасе и, придя в себя, спешно берут под козырек охранники, как бежит со всех ног главный начальник АХЧ, кланяясь, пересаживает ее на пассажирское сиденье, сам садится за руль и загоняет «форд» в персональный лифт, который поднимает машину прямо в рабочие помещения. Девушка с трудом сдерживала изумленное «ВАУ!», стараясь сохранять подобающее выражение лица.
Покинув машину, которую лифт тут же увез обратно в паркинг, Марья оказалась в начале длинной дворцовой анфилады. Вдоль стен, увешанных старинными французскими шпалерами, на мраморных консолях высились отлитые из золота фигуры в странных изломанных позах с запрокинутыми головами. Анфилада скупо освещалась редкими напольными канделябрами. Отсутствие окон придавало внутреннему пространству вид сумрачный и немного музейный. Ничего похожего на деловую атмосферу офиса не наблюдалось. Наконец, Марья вышла к помещению, которое, хоть и с большой натяжкой, можно было назвать рабочим. За старинным резным бюро, выполненным из ароматного сапелли махагони, что-то писал в своем «Молескине» Параклисиарх. Повернувшись всем корпусом к девушке, он с поклоном пригласил ее устроиться в громоздком кресле с тиснеными голубыми птицами по золотому полю на обивке. На мраморном столике в вазе из севрского фарфора благоухали свежие зеленовато-белые розы, которые, на вкус Марьи, гораздо лучше смотрелись бы в чем-нибудь попроще. И вообще, все здесь было как-то чересчур. И ничто не напоминало о том, что это служебное помещение – офис пиар-службы холдинга.
35
Параклисиарх был рад, что он не ошибся в этой девушке. Она оказалась внимательным, вдумчивым слушателем, что, по его мнению, должно было способствовать скорой ее адаптации и успешной самостоятельной деятельности на новом поприще. Малюту удивил вопрос новоиспеченной Матери ночной Москвы относительно холдинга ЗАО МОСКВА. Впрочем, рано или поздно ее все равно пришлось бы вводить в курс дела.
– Холдинг был создан Мосохом в незапамятные времена, существовал под разными названиями, но всегда носит его имя. В него входят все учреждения и предприятия, начинающиеся с «МОС»: МОСТОРГ, МОСШИНА, МОСРЕЗИНА, МОСШВЕЙ, МОСПРОДУКТЫ, МОСИСКУССТВО, МОСБАЗА, Банк МОСКВЫ…
– Кто бы мог подумать?! – удивилась Марья. – А Моссовет?
– Нет, Моссовет – это как раз франшиза. Как и мэрия Москвы, – пояснил Параклисиарх, – а вот марка Moschino, винтовка Мосина и модель Кейт Мосс – это наши бренды.
– Так что, комьюнити само трудится на всех этих предприятиях?
– В некотором смысле холдинг – это такой всемосковский аутсорсинг. Кто бы что ни затевал, все равно консалтинг, бухгалтерское и юридическое сопровождение осуществляем мы. Так что мимо рта не пронесем.