«Моссад» - первые полвека
Шрифт:
Что касается оперативно-агентурной работы, то она, естественно, велась без перерыва и ослабления, и создавались предпосылки для учреждения специального подразделения (в дальнейшем оно называлось «подразделение 131); его появление связывают с именем Беньямина Джибли, но кадровая и техническая основа были заложены про Герцоге.
Комитет «ВАРАШ»
Уже первые месяцы работы показали, что реорганизация Шаи и создание отдельных служб разведки (со специализацией на военную и общую или «политическую»), а также контрразведки и внутренней безопасности была своевременной и правильной. Однако это не исключало, а в известной мере и предполагало, исходя из законов саморазвития, как ненужного параллелизма в работе служб, приводящего к распылению сил и средств, так и определенных перекосов в деятельности
Впервые Комитет собрался в апреле 1949 года, после первой победы Израиля над арабами. Вместе с самим Шилоем и Хаимом Герцогом в работе этого комитета принимали участие Иссер Харел, начальник «Шин Бет», руководитель полиции Ехезекиль Сахар и Борис Гуриель из Политического отдела министерства иностранных дел. Руководители израильских спецслужб, а вслед за ними доверенные оперативники, называли этот комитет по его сокращенному наименованию на иврите «Вараш», хотя это название никогда открыто не упоминалось. Повестка дня совещаний в рамках «Вараша», место и время его заседаний, полный состав участников с первого дня и до сей поры являются большим секретом; более-менее известно только, что координационная работа, деятельность как профессионально-стратегического штаба проходила и в периоды, когда возникали серьезные трения во взаимоотношениях между различными ветвями разведсообщества.
Возможно, многое из того, что считается заслугой «Амана» или «Моссада», обеспечено хорошей координацией в рамках «Вараша», поскольку проведение больших разведывательных операций вряд ли под силу отдельным небольшим (в сравнении, например, с такими гигантами, как КГБ или ЦРУ) спецслужбам; впрочем, справедливость требует считать «Вараш» ответственным и за большие просчеты разведывательного сообщества, в частности за войну Судного дня.
Когда «Вараш» собрался в первый раз, Р. Шилой назвал его просто «координационным комитетом». То, что на совет руководителей спецслужб был также приглашен начальник национальной полиции Ехезкиль Сахар, не должно удивлять (кстати, в современной России «руководители силовых ведомств» МО, МВД и ФСБ сотрудничают достаточно тесно; в «несовременном» СССР также предпринимались попытки их сближения, вплоть до полного объединения в рамках одного ведомства).
Да, практически получалось так, что без крайней необходимости полицию не посвящали в важнейшие политические секреты, но она была и остается фактически самой многочисленной спецслужбой Израиля и при необходимости — а эта необходимость не раз возникала и в мирное, и в военное время, привлекалась к спецоперациям на территории государства. Крупные контрразведывательные акции по линии Шин Бет и военной разведки не могут происходить без участия полиции — просто не хватит людей. Кроме того, в составе полиции было в последующие годы создано Следственное управление Национальной полиции Израиля, работающее в тесной взаимосвязи с «Шин Бет», «Моссадом», «Аманом» и другими спецслужбами. Фактически можно считать, что существует в рамках Национальной полиции ещё одна спецслужба, которая работает в тесной взаимосвязи с другими ветвями разведывательного сообщества, прежде всего с «Шин Бет». При общей израильской манере засекречивать все и вся здесь режим секретности особенно жесткий; на сегодняшний день известно только, что это ведомство действует в структуре общего Следственного управления и называется Особый отдел специальных расследований и заданий (МАТАМ). Организационно МАТАМ состоит из четырех подразделений: разведывательного (осуществляет агентурное проникновение в подрывные организации и сбор информации), государственной безопасности (борьба с государственными преступлениями), общего (борьба с организованной преступностью), отдела национальных меньшинств.
Особый отдел специальных расследований располагает самой современной системой обработки и накопления информации, услугами
МАТАМ занимается также сбором информации о многочисленных новых общественных организациях, прежде всего о «новых», возникающих по итогам волн иммиграции, а также об отдельных лицах; ведет борьбу с организованной преступностью, в рядах которой все чаще появляются международные связи, финансовыми махинациями и контрабандой наркотиков. Спецподразделения в составе Национальной полиции находятся на передовых участках борьбы с арабским экстремизмом (и с терроризмом, но об этом отдельный разговор). Так что привлечение руководителя полиции к работе в координационном совете начальников разведслужб совершенно закономерно.
По имеющимся данным, на первых заседаниях не было только Шауля Авигура из «Алии-Бет», которого интересовала не столько разведывательная информация как таковая, сколько её практическое применение для нужд главной своей задачи — обеспечения иммиграции. Впоследствии он не раз присутствовал на заседаниях комитета — и его служба нуждалась в сотрудничестве с другими ветвями разведывательного сообщества, и он сам пользовался в кругах руководства, как впрочем и вообще в Израиле, большим уважением и авторитетом.
Бунт шпионов
«Вараш» под председательством Рувена Шилоя уже на первом этапе своего существования выполнил одну важнейшую работу — подавил то, что сейчас вспоминают как «бунт шпионов».
Бунт возглавил Ашер Бен-Натан, оперативный псевдоним «Артур». «Красавчик Артур» — так часто называли привлекательного, щеголеватого и пользующего большим успехом у женщин Бен-Натана в тесном кругу руководителей израильских спецслужб.
Биографическая справка.
Ашер Бен-Натан родился в Австрии в 1921 году. В 1938 году ему удалось бежать от нацистов в Палестину. Он вступил в «Алию-Бет» и занимался переправкой евреев на историческую родину. Потом он, разносторонне одаренный человек, выступая под именем журналиста Артура Пиера и хорошо отрабатывая свое «прикрытие», одновременно был координатором по линии разведки (то есть фактически резидентом) в послевоенной Вене, а позже возглавил оперативный отдел в Политическом департаменте Гуриеля. Этот департамент Министерства иностранных дел, несмотря на его «безобидное» название, по распределению обязанностей, принятом в 1948 году, выполнял функции внешней политической разведки. Как формулировал сам Гуриэль в докладной записке на имя премьер-министра, «Мы собираем информацию о собственности арабских стран и экономических связях между арабами и Европой». Напомним, что это был период становления всей государственной системы Израиля, когда каждая информация представлялась первым израильским шпионам новой и важной.
Оперативные работники департамента МИД, возглавляемого Борисом Гуриелем, внедряли своих агентов в арабские страны, работали в европейских странах и помимо всего прочего успешно устанавливали связи с иностранными, прежде всего европейскими, разведывательными службами. Они использовали прикрытие посольств и консульств Израиля в европейских странах, в таких традиционных центрах международного шпионажа как в Лондоне, Риме, Париже, Вене, Бонне, Женеве. Это давало определенные преимущества в плане безопасности (дипломаты не подлежат юрисдикции страны пребывания), но и ограничивало оперативные возможности, поскольку сотрудник посольства или консульства был открыто связан со своим правительством и мог нанести неловкими действиями ущерб политическому престижу своей страны; шпионаж традиционно считается занятием, несовместимым со статусом дипломата, хотя власти многих стран исходили и исходят из посылки, что все иностранные дипломаты являются шпионами.
Резидентуры в различных европейских странах имели свою агентурную сеть — в основном состоявшую не из граждан Израиля, которая за деньги или из морально-идеологических соображений поставляла необходимую информацию. Некоторые сведения, поступавшие от этих агентов, действительно позволяли проводить успешные операции — например, по срыву поставок вооружения в арабские страны. Наиболее значительным достижением политического департамента стало получение через агента в Дамаске военных планов сирийской армии. Эта информация была жизненно важной для Израиля.