Мост из пепла
Шрифт:
Однако, прежде чем я успел принять решение, давление исчезло и донесся шум возни. Я отбросил защитные экраны и подбежал к окну. Мне удалось разглядеть лишь движение теней немного левее парадной, в которой прятался наш противник. Я проник в разум Квика и окунулся в стремительную последовательность движений.
…Мы блокировали выпад ножа, а потом нанесли удар ребром ладони. Мы лягнули врага и приблизились к нему для нанесения новой серии ударов. Последовала короткая пауза, а потом четкий, рассчитанный последний удар…
Я мгновенно разорвал контакт. Лежа в темноте,
Позднее, впустив Квика обратно, я спросил у него:
— Что ты сделал с телом?
— Сбросил в канал.
— Разве необходимо было?..
— Он не предоставил мне выбора.
— А в противном случае?
— Я всегда ненавидел гипотетические вопросы.
Он подошел к своей постели и улегся. Я последовал его примеру.
— Что тебе известно о том, куда мы направляемся и что нас там ждет? — спросил я.
— Абсолютно ничего. Лидия сказала, что это важно. Остальное меня не касается.
— Откуда ты ее знаешь?
Квик закашлялся.
— Наверное, ты уже успел выудить все нужные тебе сведения из моего сознания, — после паузы ответил он.
— У меня нет привычки залезать в головы друзей.
— Приятно слышать.
— Ну, так как вы познакомились?
— Лидия однажды спасла меня, когда я убегал от полиции. Подошла ко мне прямо на улице Омахи, назвала по имени и сказала, что мне следует пойти вместе с ней, если я хочу оказаться в безопасности. Так я и сделал. Она продержала меня у себя дома, а потом помогла выбраться из города. Раздобыла мне фальшивые документы и устроила на работу. Позднее я выполнял некоторые ее поручения.
— Какого рода поручения?
— Ну, курьер, телохранитель и тому подобное.
— Мне не совсем понятно, что ты имеешь в виду.
— Вот и хорошо. Давай спать.
— Она — один из членов вашей организации?
Квик помолчал немного, а потом сказал:
— Честно говоря, не знаю. Иногда я думаю, что да. Но уверенности у меня нет. Она, несомненно, нам сочувствует.
— Понятно.
— Сомневаюсь. Спокойной ночи.
— Спокойной ночи.
Утром мы отвратительно позавтракали и нашли транспорт, который вывез нас за город. Я произвел сканирование, но ни в чьих мыслях не фигурировало тело, обнаруженное в канаве. Возможно, оно так там и лежит. Может, здесь подобные события не вызывают у окружающих особого интереса.
До рудника мы добирались больше часа, так что, когда наконец оказались на месте, было уже довольно жарко. Тут выяснилось, что часть наших спутников приехала сюда на экскурсию, и мы с Квиком подошли к ним поближе, чтобы послушать рассказ экскурсовода.
Вскоре он подвел нас к заброшенной открытой разработке, и все дружно двинулись по тропе, ведущей на противоположную сторону. Пока мы шли вдоль огороженной территории, экскурсовод объяснял, что когда-то здесь добывали уран, отсюда удалось вывезти более восьмисот тонн редкого металла, но к концу двадцатого столетия месторождение иссякло. Большая часть урана ушла во Францию.
— …А здесь, — говорил экскурсовод, опираясь одной рукой о заграждение, а другой указывая вперед, — очень интересное
Туристы возбужденно загомонили. Я подошел поближе к заграждению, чтобы рассмотреть это место как следует. Картина, представшая моим глазам, была самой обычной — большой каменистый котлован, дно которого испещрено трещинами.
Все сходится. Наверное, в похожее место отправился галилеянин, чтобы подвергнуться искушению… Неужели нельзя обойтись без иронии, новый Господь? Ты отобрал Землю у ее хранителей, чтобы разбазарить ее без всякого смысла… Ты утверждаешь, что поведешь их в иной мир… Тебя больше не интересуют зеленое, коричневое, золотое, поляны, долины, лишь это сухое, жаркое место, наполненное песком, скалами… и дышащее смертью. Что для тебя смерть? Врата…
— …Самопроизвольный процесс ядерного распада, продолжавшийся более миллиона лет, — рассказывал экскурсовод. — Мы до сих пор не знаем, что послужило толчком к его началу. Ничего нам не известно и о том, какое генетическое влияние он мог оказать на местные формы жизни. Странные мутации могли разбрестись по всему миру за миллионы лет, что прошли с тех пор, как реактор погас. Кто знает, какие растения или животные, столь распространенные сегодня, ведут свое начало от атомного котла, некогда здесь тлевшего? Есть над чем поразмыслить. — Он замолчал и усмехнулся. — Мир мог бы быть совсем иным, если бы не скалы в этом необычном котловане — единственном природном реакторе, существовавшем когда-либо на Земле.
— А разве человечество зародилось не в Африке? — спросил один из туристов.
— Многие исследователи думают именно так, — ответил экскурсовод.
— Значит, можно предположить, что именно здесь все и началось?
Экскурсовод снова улыбнулся. Я видел в его разуме, что ему задавали этот вопрос бессчетное множество раз. Он начал отвечать, тщательно взвешивая слова.
— Ну, никто, конечно, не может сказать ничего определенного. Но вот что интересно…
Я похлопал Квика по плечу.
— У меня возникла одна мысль. Пошли.
Он кивнул, и мы вернулись на транспортную площадку.
— Интересно рассказывал, — поделился Квик. — Только вот никак не могу понять, зачем она отправила нас сюда.
— Ради меня, — ответил я ему. — Я ничего про это не слышал.
— Правда? Мне казалось, всем известно…
— С образованием у меня пока еще достаточно напряженно. Она хотела мне кое-что доказать.
— Что?
— Что опыт не был навязан моей психике в то время, когда Лидия являлась моим терапевтом, — и что история, которую она мне рассказала, имеет под собой вполне доказуемую фактическую основу. Это на случай, если у меня возникнут вопросы. Ладно. Я ей верю. Проклятье!