Мосты
Шрифт:
— А где он?
Саррет, как оказалось, ехал в том же купе, что и Марв, а кроме него — ещё два человека, офицеры Дома Полиции, которые, разумеется, тоже выдавали себя за тех, кем не являлись. Элье, впрочем, в это купе идти не полагалось — Марв был против, чтобы его «сестра» оказалась в подобной компании.
«Пока, во всяком случае», — многозначительно добавил он прежде, чем уйти.
До города Каввиста, стоявшего конечным пунктом в Эльином билете, ехать нужно было около полусуток. Элья надеялась, что за это время к ней хоть кто-нибудь заглянет, но за следующие пару часов заглянул только проводник, вместе с полагавшимся
Ветка, по которой ехал поезд, проходя через Аасту, забирала к северо-востоку, поэтому пейзаж, мелькавший за Эльиным окном, был хоть и однообразен, но незнаком. И Белобора отсюда, конечно, уже не было видно. Элья знала, что где-то через пару часов поезд пересечёт границу Марлийского округа и, соответственно, Шегуру, один из притоков Шемы. Именно над Шегурой был протянут созданный Великими Архитекторами мост — тот самый, центральная часть которого терялась в тумане, и который за всю его историю так никто и не смог пересечь. Элья слышала, что мост можно увидеть из окон поезда, и пассажиры, путешествующие через Марлийский округ, специально высматривают его — однако в тёмное время суток нечего было и надеяться что-то разглядеть.
«Ничего, может, на обратном пути получится…» — подумала Элья.
Поскучав ещё с часик (нет бы догадалась книжку какую захватить!), девушка выбралась в коридор, чтобы хоть как-то разнообразить своё путешествие. И, к своему удивлению, в конце вагона увидела Марва и Саррета.
— О! — громко воскликнул Эльин «братец». — Сестрёнка!
Он большими шагами приблизился к Элье, Саррет шёл за ним.
Когда Марв оказался рядом, от него пахнуло вином. Он представил «свою сестру Тунну» соседу по купе, и Саррет вежливо поклонился. Его самого здесь звали Скергом.
— Ну, я тебе рассказывал про неё… — Марв говорил нарочито-развязно, но Элье показалось, что, даже несмотря на выпитое вино, он вполне трезв. — Сбежала из дома, самостоятельная сильно стала… А дом что? Дом на мне! Родители наши — старички уже, считай, куда я от них денусь-то теперь?.. Ну ничего, я её теперь ни на шаг от себя не отпущу, так решил. Нагулялась — и будет.
— Ещё чего! — фыркнула Элья. — У меня свои планы, и ты в них не входишь!
«Братец» распалился ещё больше. Его голос слышно было, наверное, не только в этом вагоне, но и в соседних. Но тут вдруг Марв неожиданно замолчал и покачнулся. Сделал он это так натуралистично, что Элья испуганно ахнула и вцепилась в его руку. Саррет поддержал за другую.
— Я думаю, вам лучше отдохнуть, — заметил он.
— Да?.. — Марв растерянно огляделся. — А как же Тунна?
— Я присмотрю за ней.
— Я никуда не денусь, — пообещала Элья. — Бедный мой братик… у него такое слабое сердце! — посетовала она Саррету.
— Угу, — промычал тот.
Они вдвоём отвели Марва к его купе. Двое оставшихся там пассажиров резались в карты. Увидев, как в дверь вводят Марва, они подскочили, взволнованно спрашивая, что случилось. Один чем-то напоминал Саррета — такой же высокий, с каштановыми волосами, в куртке из непромокаемого материала, которую он ещё не успел снять — в купе было нежарко; второй вообще был плохо похож на полицейского — полный, с жидковатой белёсой бородёнкой, которая
Как только дверь купе закрылась, Марв выпрямился и поставил бутылку на стол, посреди разбросанных карт.
— Ну, я думаю, сработаемся, госпожа Тунна, — со смешком заметил он, поворачиваясь к Элье. Покосился на Саррета: — А ты был прав, актриса она отличная. Как будто на самом деле за меня испугалась!
Элья польщённо улыбнулась. Как будто на самом деле не пугалась.
— Вам срабатываться особо не надо, — буркнул Саррет, сделав ударение на первом слове. — Мы с вами только до Каввиста.
— Так ведь дня три вместе куковать, — пожал плечами Марв.
Мужчины продолжали стоять и, сообразив, что это из-за неё, Элья опустилась на полку, поближе к двери.
— Я привык работать с командой, — заявил Марв, присаживаясь рядом. — Я быстро схожусь с людьми. Считаю, у друзей и дело лучше ладится. Два-три дня — и кажется, что человек тебе брат… ну или сестра, — ухмыльнулся он, покосившись в сторону девушки.
— Тогда тебе, наверное, сложно далось то задание, на которое вы ходили вместе с Весвером, — заметил Саррет.
— Что ты имеешь в виду? — улыбка слетела с губ Марва.
— Только то, что терять друзей всегда тяжело. Даже новообретённых.
— Это да, конечно… — Марв опустил голову. — Ужасный был день…
От Эльи не укрылся быстрый взгляд, который Саррет кинул на её «брата». Она занервничала. Ей сразу стало ясно: Саррет ненавидит этого человека. А если Марв был вместе с Весвером, когда тот погиб… учитывая, что погиб он, скорее всего, не случайно…
Соседи Марва и Саррета представились ей — назвав, конечно, вымышленные имена. Настоящие бы только запутали девушку. Того, который курил папиросу, звали Соккум, а второго Жерст.
— Ну что ж, слово мозгу нашей операции, — немного издевательски произнёс Марв.
— Про нашу операцию, — в тон ему отозвался Саррет, — я расскажу Тунне в её купе. Сейчас я просто хотел бы, чтобы она посмотрела на всех вас и узнала, с кем ей придётся сосуществовать до нашего побега. — Он повернулся к Элье. — Так что смотри, пожалуйста, и запоминай. Когда приедем в Каввист, где на твоё имя забронирована комната, будешь строить из себя послушную девочку и бегать в аптеку за лекарством для Марва, которому, впрочем, полегчает к моменту приезда. А на вторую ночь мы с тобой уедем. Блудная сестра опять оставит брата с носом… всё ясно?
— Пока да.
— Тогда пойдём. Я тебя провожу, как обещал твоему брату, и мы мирно побеседуем в твоём купе.
Они вышли. Дешёвые световые кристаллы на стенах вагона горели оранжевым, тускло и прерывисто. Из больших окон сочилась синева.
Элья задержалась у одного из них, напротив своего купе. Поезд как раз пересекал Шегуру. Сапфировая поверхность широкой реки переливалась в свете поднимающейся на небосклон луны, а над водой висело голубовато-серое облако, похожее на воронку, основание которой почти касалось воды. Очертания легендарного моста проглядывались только у берегов — изогнутые тёмно-синие тени, — а само облако было непроницаемо для взгляда. Но не смотреть на него казалось невозможным — скрытая в нём бездна и ужасала, и манила.