Мотылёк
Шрифт:
Когда она вышла, её встретил импозантный джентльмен в чёрном костюме, довольно улыбнувшийся при виде вышедшей к нему дамы, и предложил опереться на руку. Они прошли по коридору далее и оказались в самом зале, в котором, как обнаружила Лора, её спутник успел заказать столик.
— Я бы предпочёл отдельный кабинет, — с видимым сожалением сказал Эрик. — Но пришлось выбирать между ресторанами с кабинетами и великолепной едой.
— Ты прав, — призналась Лора, исподтишка, но с интересом оглядывая заполненный зал. — Я почему-то тоже очень голодна. А тут такие запахи — ммм…
После первых блюд
— Лора, я не силён в этикетах. Поэтому спрошу напрямую. Будь ты свободна, вышла бы ты за меня замуж?
В первые секунды после его слов она почувствовала оторопь. Вот так? Сразу? Может, он шутит? Но, всматриваясь в потемневшие от ожидания аквамариновые глаза Эрика, Лора узнавала того мужчину, который стоял позади встревоженных людей, пытавшихся договориться с и-моргами. Того мужчину, чей жёсткий взгляд не только пообещал вызволить её из страшной ситуации. И Лора поняла, что с Эриком нужно быть прямой — такой же, как и он. Если сначала с языка чуть не сорвалось: «Ты уверен, что настало время говорить об этом?», то сейчас, после недолгой паузы, она сказала:
— До того как Эмиля чуть не убили и-морги, он сказал: если я влюблюсь по-настоящему, он сразу подаст на развод. Да, вышла бы.
Она не думала поймать его в ловушку его же собственных слов. Чётко и ясно, как умела, объяснила, что она согласна и не собирается ждать.
— Это было до, — задумчиво сказал Эрик, тоже вглядываясь в её глаза. — Ты уверена, что сейчас твой муж всё ещё придерживается высказанного тогда?
— Я спрошу его сегодня же, — ответила она просто.
Больше они к этой теме не возвращались, только ели и говорили бесконечно. В основном — друг о друге. Интересовало всё — от привычек до предпочтений. Лора всё поражалась мимоходом: она? Так откровенна? Обычно она уходит от прямых вопросов и старается не отвечать тогда, когда её пытаются спровоцировать на откровенность. Но Эрик её не провоцировал, и на его вопросы она отвечала с радостью.
Жизнь её — что она сознавала — не была отмечена какими-то яркими событиями. Поэтому мимо её сознания как-то проскочил вопрос Эрика о том, как, например, её отец относится к Эмилю. А потом Лора удивилась, когда услышала совсем уж неожиданное для себя. Эрик признался:
— У меня есть дом. Личная собственность. Ты привыкла постоянно путешествовать. Захочешь ли ты осесть на месте?
— Твой собственный дом?
— Ну, не совсем дом — поместье. Он ждёт своей хозяйки, но…
— Поместье… — повторила Лора, с трудом заставляя себя улыбаться в рамках приличия, хотя её губы с трудом удерживали счастливую улыбку.
— Понял, — просто же сказал Эрик и улыбнулся в ответ.
Потом они танцевали, и, прижимаясь к Эрику, Лора думала только об одном: перевёрнута страница её жизни. Что ждёт её с новой, ещё не исписанной страницы? И решила: что бы ни ждало, она с Эриком, а значит — ничего страшного. И это главное. Он сильный. Она тоже постарается быть сильной. Думая о предстоящем, она видела лишь одну преграду — отца. Он, будучи снобом, может отказать Эрику в её руке. Но тогда придётся пойти против его воли. Ведь она, Лора, давно уже взрослый и самостоятельный человек. Значит, пора думать о самостоятельных решениях.
Он отвёз её домой — довольно
Наконец она вздохнула, и Эрик вышел из машины, чтобы открыть ей дверцу и проводить до двери. Кодовый ключ у неё имелся, поэтому Эрик выждал, пока она не скроется в доме, после чего она, не включив света возле двери — хватало из холла, — наблюдала в маленькое витражное окно, как он уезжает.
Медленно развернулась и, стягивая перчатки, стала подниматься к коридору на первом этаже, к тем же комнатам, где они снова жили с Эмилем. Рассеянно складывая тонкие перчатки, она думала, пришёл ли с бала Эмиль, не спит ли он, есть ли возможность поговорить с ним об обещанной свободе сегодня же. Для себя Лора решила, что поговорит с отцом об Эрике сразу после того, как Эмиль убедит её, что не будет отступаться от ранее данного слова. Она улыбнулся. Ну, почти данного. Любопытно, а как Эмиль будет жить дальше? Наверное, с бОльшим облегчением порхать по балам? Ведь теперь не обязательно возвращаться домой и всё-таки отчитываться перед женой (хотя бы в рамках этикета), где именно он был. Или теперь его будут донимать те дамочки, которые изо всех сил желают выйти замуж хоть за кого?
Сумка на длинном ремне оттягивала плечо. Одежды она купила мало, но сейчас Лоре казалось, что её и не нужно много. Если она собирается некоторое время общаться только с Эриком… Эрик — она снова неудержимо заулыбалась. Эрик!.. Ей хотелось кричать, выкликая его имя как заклинание. А вдруг появится?
Сама не заметила, как прошла коридор и оказалась у дверей в свои комнаты.
Странно. Свет из-за неплотно притворённой двери в их общую комнату подсказывал, что Эмиль дома. Так рано вернулся с бала? Что его заставило так быстро прийти домой?
Лора вошла и оставила сумку у самой двери. С вещами разберётся завтра, а сейчас не терпится поговорить с мужем.
По дороге к его комнате Лора сбросила жакетик от костюма на кресло и почти полетела к Эмилю. У двери в его комнату она снова обнаружила полуоткрытую дверь, в которую просачивался приглушённый свет. Слегка поцарапав ногтями его дверь, чтобы предупредить о своём приходе, она заглянула в проём и весело сказала:
— Если ты не спишь, можно к тебе?
Эмиль, лежавший на кровати (чему она немало удивилась — уже?), правда, нерасстеленной, сказал, что можно, и быстро свернул экран вирта.
— Лежи, — разрешила ему Лора, когда он сделал попытку подняться. — У меня к тебе вопрос. И дело.
— Слушаю.
— Эмиль, помнишь, ты сказал, что освободишь меня, если я влюблюсь?
Вместо ответа, муж внимательно пригляделся к ней и нехотя улыбнулся.
— Не только помню, но, если хочешь, могу повторить.
— Эмиль, я влюбилась, — призналась Лора и засмеялась, вороша свои волосы тем, что пропускала их с боков сквозь растопыренные пальцы. Она было села на кровать рядом с Эмилем, но радость её распирала, и сидеть на одном месте было трудно. Лора вскочила и прошлась перед его кроватью.