Мотылёк
Шрифт:
— И что с ним?
— Я обработал данные по нему. Всё, что нашёл. Вышло нечто неожиданное: с момента прилёта здоровым на Сангри он был на балах всего два раза, и оба раза с нашей первой загадкой — Лорой. Затем он нигде не появляется, хотя из дома тестя исправно уходил почти каждый вечер. Вопрос наклёвывается: где он проводил всё это время? Ведь насколько я помню, светские вечера заканчиваются отнюдь не в детское время.
19
— Лора, успокойся и помолчи немного, —
Женщина всхлипнула и послушно замолчала. Слёзы прорвались, когда она начала объяснять, что у неё пропал муж. Застывшая до сих пор посреди комнаты, от непререкаемого тона Эрика она пришла в себя и огляделась. Кресло стояло неподалёку, и Лора села в него — забравшись с ногами и притискивая их к себе. Почему-то казалось, что это поможет не только успокоиться, но и спрятаться от чего-то страшного, что появится вот-вот… Но и эти движение и поза не отвлекали от настойчивой мысли, что внезапное исчезновение Эмиля, причём явно добровольное, всё равно опасно и страшно.
— Успокоилась?
— Да. — Лора вытерла слёзы с лица и с надеждой вслушалась в уверенный голос Эрика. — Ты поможешь?
Она не стала полностью спрашивать. Эрик наверняка сам догадается, какой помощи она просит. И оказалась права.
— Помогу. Только не плачь. Начнём?
— Начнём.
— Где его вирт?
— Здесь, в моих руках.
— Ты смотрела остальные сообщения?
— Он всё стёр. Здесь только предупреждение, что дело о разводе начато и будет производиться без него. Все документы он уже выслал.
— Дилетант… — пробормотал Эрик. — Стёр он. Лора, запомни главное: его вирт не трогай сама и никому не давай. У меня есть специалисты, которые смогут восстановить его записи и разобраться, что происходит. Поняла?
— Да, поняла. — И, пока не забыла, Лора сразу спрятала вирт Эмиля в карман пижамки. — А когда ты приедешь, Эрик?
— Я уже в пути.
Она услышала улыбку в его голосе и с облегчением вздохнула. Теперь стал понятен странный фон с его стороны в беседе. Лора ещё раз вздохнула и спросила:
— Как долго тебе ещё ехать?
— С полчаса. Всё. Отключаюсь. Если будут новости, перезваниваемся.
Последнее он сказал спокойно и твёрдо, так что Лора и впрямь уверилась, что всё будет хорошо. И полностью пришла в себя, когда опустила свой вирт. Огляделась. Маленькая спальня Эмиля. Пустынно, и везде порядок. Нет, вон рубашка еле держится на спинке стула. В ней Эмиль, кажется, был вчера, когда она входила к нему… Ой, забыла сказать Эрику о нечаянно прочитанном сообщении от старшего брата Эмиля! Ничего. Через полчаса Эрик будет знать об этом. Это новость из тех, что может потерпеть.
До разговора с Эриком комнатка-спальня Эмиля казалась мрачной и тусклой. Теперь она превратилась в обычную комнату с обычным интерьером для человека, который здесь почти не живёт, а лишь спит по ночам. У них обоих нет гардеробной, как у более достаточных людей, поэтому, как и в её комнатке-спальне, здесь стоит одёжный
Лора вдруг подумала, что Эмиль мог выйти и через обычную входную дверь дома. Быстро набрала номер пультовой охраны. Дежурный ответил, что ночью, после её приезда, из дома никто не выходил. Вот как значит… Эмиль ушёл не парадной дверью. Неужели выскочил через окно? Или воспользовался другим выходом?
Глаза машинально остановились на зеркале шкафа. С минуту Лора смотрела на зеркало, не видя его. И вдруг соскочила с кресла. Почему она сидит здесь? До приезда Эрика уже меньше получаса, а она всё ещё в домашней одежде для сна!
Лора вылетела из спальни Эмиля, проскочила общую комнату и остановилась перед собственным шкафом. К появлению Эрика она должна успеть — выглядеть на все сто! И точка! Лихорадочно вытянула ящик стола для косметических процедур, быстро принялась за кожу лица — обиходить её, быстро окуталась облаком лучших духов — тех, которые она выбирала по старому принципу: нравятся и не чувствуешь на себе — значит, твоё! Критическим оком вглядываясь в то, что постепенно появлялось в зеркале, она чуть не пела: Эрик сейчас приедет! Это для него, любимого! Это ДЛЯ него хочется быть красивой! Это РЯДОМ с ним хочется быть красивой! Чтобы ему нравилось, что рядом с ним такая женщина! Чтобы он мог гордиться ею!
Не дождавшись, пока кожа впитает привычный комплекс кремов и лосьонов, она вскочила со стула и бросилась к одёжному шкафу. Сердце пело! Значит… Значит, надо надеть что-то такое, чтобы пела она вся! Чтобы Эрик видел, какая она — ради него!
Выбрала что-то лёгкое, с ненавязчивым цветочным принтом — блузку-размахайку и брючки, сунула ноги в туфельки с каблучком, чтобы бегать как летать. И снова — к зеркалу. Быстро — лёгкий макияж на лицо. Снова быстро расчесала волосы, подняла сзади и сколола зажимом: длина хоть и небольшая, но хочется при Эрике выглядеть женственной.
Застыла, глядя в зеркало, — ни одной мысли.
И снова вскочила с места и бросилась к выходу. Если она хочет встретить Эрика по-настоящему, это надо сделать на улице. Здесь, в доме, в любой момент может кто-то войти! А значит — поцеловаться по-настоящему не дадут. Только в машине и можно будет.
Чуть споткнулась на лестнице вниз, к входной двери, — пришлось перескочить через ступеньку. Добежала до двери — и замерла. Да что она делает?! Как девчонка!
Вышла из дома уже неторопливо, хотя ноги горели от желания мчаться, но быстро повернулась к дороге перед домом: не пропустить бы, издалека бы увидеть! А ещё лучше пройтись по тротуару до самой дороги: здесь место старое, вокруг дома зелень, а перед входной дверью — голый асфальт. К самой двери могут подъехать лишь машины по делу.