Мой босс... Козел!
Шрифт:
Юлия Петровна прискакала, словно лёгкая лань. На минуточку — во взрослой лани где-то сто двадцать кэгэ веса, и Юлия Петровна ничем не уступает, только двигается, словно мотылёк. И как она так умудряется? Пропорхала изящным бегемотиком от двери и встала рядом, застыв в почтительном ожидании.
— Юлия Петровна, — вкрадчиво начал начальник, — А скажите мне на милость, по какому принципу вы выбираете мне секретаря?
Конец фразы прозвучал со скрытой угрозой. Менеджер, вероятно, уже привыкшая ко всему, спокойно ответствовала:
— По профпригодности.
—
А палец ничего такой, длинный, красивый.
— А в чём дело, Борис Иванович? — поинтересовалась эйчар. — Девушка успешно прошла все тесты.
— А фамилию её вы читали?
Тут Петровна — ей отчество шло явно больше, — явно смутилась, но быстро взяла себя в руки:
— Ваши помощницы не носят бейджики. Её фамилия останется на бумаге в личном деле.
Молчание.
— Вы хотите сказать, что у меня в приёмной огород?
Я немного запаниковала. При чём тут огород?
— Борис Иванович! — менеджер с укоризной смотрела на шефа и озвучила мой мысленный вопрос: — При чём тут огород? А хотя, — она мстительно сверкнула глазами, — в огороде пахать нужно. У вас тут самый напряжённый участок. Вот «это», — лёгкий наклон головы в мою сторону, — на настоящий момент лучший вариант.
Шеф поморщился.
— Свободы. Идите.
Мы с Петровной переглянулись, синхронно повернулись и направились к выходу. Вот и всё собеседование. Обидно, блин. Такая зарплата!
— Мария! — грозный оклик начальства застал меня уже в дверях. — А вы куда? Лично вас я не отпускал!
Женщина скосила глаза, одними губами произнесла «Удачи!» и… оставила меня на съедение. Или на удобрения.
Разворачиваюсь и с достоинством встаю на прежнее место. Шеф злится, — это видно невооружённым глазом, — и, неожиданно, задаёт вопрос:
— Когда замуж выходите?
Мои глаза превращаются в два блюдца. Однако отвечаю с не меньшим достоинством:
— Не планировала в ближайшее время.
— В ближайшее, это сколько? Месяц, два?
Вот… интересно ему!
— Нет. Год, два, три.
— А что так? — босса, кажется, отпустило. Он откинулся на спинку своего шикарного кресла и вертит в пальцах ручку. А ручка стоит, навскидку, как ежемесячный ипотечный взнос. — И жениха на примете нет?
Вот как объяснить, что мне замуж совсем не хочется? Во всяком случае, сейчас. От одного еле избавилась.
— Нет, — надеюсь, было не слишком заметно, что процедила сквозь зубы.
— Почему? — бровь босса изогнулась чёрной дугой.
— Это личное. — Блин, блин, мне нужна эта работа! Главное, по уверениям Петровны, босс не пристаёт.
— А за меня замуж пошла бы? — веселится начальник.
Специально медленно окидываю его взглядом. Оцениваю. Красивый, зараза. Но не модельной красотой, а какой-то хищной, мужской, брутальной.
— Нет, — коротко и ясно.
— Почему? — совсем развеселился босс. — Я женщинам очень нравлюсь. Многие мечтают получить от меня колечко на безымянный пальчик.
— Во-первых, я не многие, — отвечаю ледяным голосом. — Во-вторых, я не сторонница романов на работе, не смешиваю
— Почему?
Его заклинило, что ли?
— Потому. Роман, после непродолжительного времени, канет в лету, а работать надо ещё, надеюсь, долго.
Шеф ненадолго замолчал, продолжая вертеть ручку. Затем облокотился запястьями о стол, стал серьёзным, словно снял маску весельчака и повесы, и заговорил деловым тоном:
— График работы ненормированный, за переработку в выходные дни и праздники — премия. Никаких опозданий, вынос информации за пределы кабинета карается увольнением со штрафом, отпрашиваться тоже не пытайтесь — не отпущу. Больничный — только если вы уже труп. Личная жизнь не воспрещается, но не в ущерб работе. Должностные обязанности — согласно инструкции, требования к внешнему виду озвучит мой личный помощник. Идите.
Выдал всё это и уткнулся в экран компьютера. А кто у нас личный помощник?
— А…
— Все вопросы к Ольге, — тихо рявкнул, не отвлекаясь от монитора.
Ну, к Ольге, так к Ольге. Повернулась и пошла к Ольге.
— Оля, согласуй с кадрами, — услышала, как босс произнёс уже спокойно по селектору.
Вышла из кабинета начальника и только тут, в приёмной, осознала, что спина вся мокрая.
— Ну, слава богу, — выдохнула Юлия Петровна. Оказывается, она всё это время ждала в приёмной. — Хоть кого-то утвердил. Пошли, провожу в отдел кадров.
И тут я вспомнила:
— О каком огороде шеф говорил? — Ну, теперь-то я могу с полным правом называть Бориса Ивановича шефом.
Ответом мне было сдержанное хихиканье собеседниц. Оля, так вообще, лбом в стол упёрлась и хрюкала. С каждым мгновением моё непонимание накалялось всё сильнее. Да в чём дело-то?
— Прости, — немного успокоившись, сказала Оля. — Просто моя фамилия Осот. Ольга Викторовна Осот[A1].
— А моя — Редька, — утирая выступившие слёзы в уголках глаз, призналась эйчар.
А-а-а, тогда понятно. Моя фамилия — Капуста. Мария Дмитриевна Капуста.
[A1]Осот — сорное растение.
Глава 3
Когда я вышла из центра, рабочий день большинства сотрудников подошёл к концу. Одна за одной из подземного гаража выезжали машины. Счастливая, я прижала к груди сумочку, где в кошельке пыхтел телефон, радуясь пополнению банковской карты. Это Юлия Петровна выпросила для меня аванс, чтобы я могла прикупить немного одежды. Костюмы у меня есть, вот с блузками и туфлями напряг. Офисный дресс-код требовал только белые блузки и туфли-лодочки. Поэтому с энтузиазмом мотылька лечу в ближайший торговый центр за обновками. Зарплата — раз в неделю, значит, мне нужно всего пять блузок, ну и пары две туфель. Куплю классику, так надёжнее. А костюмы — аж три штуки! — висят в шифоньере совсем новые, купила на распродаже в шикарном бутике. Не носила, потому, что очень уж цвет специфический — стальной и перламутрово-серый, да и некуда было. Не в душный редакционный кабинет же? Зато сейчас вписываюсь.